Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
В Европарламенте заявили о попытках ЕС помешать переговорам по Украине
Происшествия
Силы ПВО сбили 15 направлявшихся к Москве беспилотников
Мир
FT узнала о планах Хуанга вернуться на пост главы Nvidia
Мир
NYT узнала о переброске еще одного американского авианосца на Ближний Восток
Экономика
В Москве маткапитала хватает лишь на 2,5 м жилья
Мир
Стояногло и Гагауз вышли во второй тур выборов главы Гагаузии
Мир
В Москве установили контакты со спецпредставителем Грузии по связям с РФ
Общество
Михалков назвал страны Запада «дворовой шпаной» без генетической памяти о войне
Происшествия
Силы ПВО сбили еще 11 беспилотников на подлете к Москве
Происшествия
Мужчина пострадал при падении обломков беспилотника в Белгородской области
Общество
Куранты Спасской башни возобновили работу после техобслуживания
Мир
В Польше зафиксировали рекордное число нападений на украинцев
Общество
В России назвали отрасли с зарплатами выше 500 тыс. рублей
Мир
Захарова назвала приступом русофобии возможное закрытие Эстонией границы с РФ
Происшествия
Силы ПВО уничтожили 15 беспилотников на подлете к Москве
Спорт
Дегтярев призвал МОК дать оценку действиям IIHF и властей Канады
Спорт
Сборная Испании по футболу проиграла Англии и прервала серию без поражений
Общество
Алексей Чумаков и Юлия Ковальчук стали родителями в третий раз

Советское значит различное

Прошлое нельзя изменить, но можно переосмыслить. Именно с такой целью в "Новом Манеже" организована выставка "Борьба за знамя. Советское искусство между Троцким и Сталиным. 1926-1936". Правда, несмотря на политизированный заголовок, проект разбирается не с идеологией, а с эстетикой. В случае с искусством советского времени можно вспомнить про единство и борьбу противоположностей
0
Федор Богородский. Да здравствует строй СССР! 1931 г.
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Прошлое нельзя изменить, но можно переосмыслить. Именно с такой целью в "Новом Манеже" организована выставка "Борьба за знамя. Советское искусство между Троцким и Сталиным. 1926-1936". Правда, несмотря на политизированный заголовок, проект разбирается не с идеологией, а с эстетикой.

В случае с искусством советского времени можно вспомнить про единство и борьбу противоположностей. Долгое время у нас провозглашалось безусловное верховенство соцреализма как творческого метода - соответственно культурными героями недавнего прошлого считались правоверные соцреалисты. Перестройка опрокинула прежнюю иерархию, в результате чего на вершину поклонения вознеслись некогда поверженные авангардисты, а официальные кумиры были преданы чуть ли не анафеме. Теперь же все они предстают тружениками единого фронта и поборниками общего дела - строительства новой жизни. Каждый матери-истории ценен, разногласия почти не в счет. Ради удобной концепции, где каждому найдется место под солнцем, деталями можно и пренебречь.

Конечно, появление нынешней выставки было бы нелепо объяснять с позиций некоего реванша. Хотя наверняка кто-то из зрителей воспримет сюжет именно таким образом. Например, показательной выглядела реакция прессы на недавний проект "Красноармейская студия", посвященный юбилею РККА. Едва ли не каждый второй рецензент усматривал там попытку ползучей реставрации - мол, устроители хотели бы вернуть на трон прежнюю официозную эстетику. На самом деле речь шла об исследовании и об укладывании в современное сознание былых культурных феноменов. То же самое происходит сейчас и в "Новом Манеже", несмотря на вкрапления работ актуальных художников. Их привлекли, скорее, для тонуса. Суть же выставки - в ретроспективном взгляде, который примирил бы старые противоречия.

Дело даже не в количестве экспонатов (их около 250) и не в обилии привлеченных институций, среди которых Третьяковская галерея, Исторический музей, Госфильмофонд, музейно-выставочный центр РОСИЗО и т.п. Наряду с хрестоматийными вещами для публичного обозрения вынули немало раритетов, которые и не всякому специалисту знакомы. Требовался неожиданный ракурс, чтобы показать глубинные связи между модернизмом и нарождающейся официальной эстетикой. Само заглавие подразумевало неоднозначность репертуара той поры, когда искусство Страны Советов стояло на перепутье. Сохранится ли романтика мировой революции или возобладает застывший культ вождя - ответ на этот вопрос еще не был очевиден. Чтобы проиллюстрировать ситуацию, требовалось представить советское искусство передовым, экспериментальным, вольнолюбивым.

Взглянешь - и правда расцветают сто цветов. Но при внимательном изучении возникают вопросы и обнаруживаются нестыковки. Рядом с искренним задором просматривается заказное бодрячество - чем дальше, тем больше. Еще и самого выражения "социалистический реализм" придумать не успели, а уже целые отряды художников торопились обслужить эстетические запросы власти. Проблемой становилось то, что сама власть до времени не могла свои запросы четко сформулировать. Когда окончательно определились, тогда и стали многие художники вылетать из обоймы за "чуждость взглядов и методов". Прочие перековались - во всяком случае, подавляющее большинство. Лишь отдельные сферы искусства - скажем, книжная графика или станковые лирические пейзажи - регулировались чуть менее жестко. Там и находили прибежище те, кто не желал следовать партийным указаниям.

Пожалуй, именно здесь пролегала реальная тогдашняя альтернатива. Или поступаешь в полное распоряжение власти, или сознательно отказываешься от всех выгод, чтобы тихонько заниматься своей "формалистической пачкотней". Вот этих последних, выбравших "безыдейность", на выставке почти не встретить. Оно и понятно: предметом рассмотрения стало не просто какое-то искусство, а социально-политическое - вернее, политизированное. А это поле всегда конкурентно и никогда не свободно для самовыражения.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир