Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Мир
Поверенный в делах Украины в США заявил об ограничениях работы Starshield для ВСУ
Мир
Ле Пен намерена прекратить помощь Украине в случае избрания президентом Франции
Мир
Песков заявил о возможности переговоров Путина с Ким Чен Ыном на АТЭС
Мир
Путин подчеркнул значимость вклада военных КНДР в освобождение Курской области
Мир
Песков заявил о нежелании Москвы и Пекина решать чужие судьбы
Мир
Кушнер и Уиткофф обсудили с Ушаковым прогресс в переговорах по Украине
Мир
В Кремле ответили на вопрос о дате встречи Путина и Трампа
Мир
Песков согласился с мнением Трампа о действиях России на Украине
Мир
Россия и Иран договорились расширить сотрудничество в сфере надзорной деятельности
Мир
Ушаков заявил о важности предстоящей встречи Путина, Си и Трампа на саммите АТЭС
Армия
Бойцы ВС РФ поразили используемый для перевозки грузов ВСУ локомотив
Мир
Трамп заявил о сдержанном применении Россией силы на Украине
Мир
Премьер Эстонии выступил за бессрочное закрытие границы с Россией
Общество
Глава Минпросвещения назвал недопустимым сокращение стихотворений классиков

Птичка

Видимо, я старею. У меня накопилось слишком много воспоминаний, которые всплывают к месту и не к месту. Модные тенденции провоцируют такой приступ. Я все это помню... Вот только одно из них.
0
Маша Трауб
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Видимо, я старею. У меня накопилось слишком много воспоминаний, которые всплывают к месту и не к месту. Модные тенденции провоцируют такой приступ. Я все это помню... Вот только одно из них.

Стразы, пайетки, атласные блузки...

Мама отправила меня в далекий горный пансионат - лечить недоразвитые бронхи. Пансионат стоял в ущелье. Рядом шумела горная река. Ближайший город - на горе. Город мертвых с проложенными туда пешеходными тропинками - "маршрутами здоровья". Как дойдешь до гробниц по тропинке номер три - значит, выздоровел. Мы готовились к смотру художественной самодеятельности, кашляя и задыхаясь, учили песни. Родители должны были привезти костюмы. Но за день до мероприятия пришла наш врач и сказала, что костюмы мы должны придумать сами, - родители не приедут. Сошла лавина. Единственную дорогу завалило. Я топала по тропинкам и плакала - у меня не будет наряда. А я уже всем девчонкам насочиняла, что мама привезет мне из Москвы блузку, расшитую бриллиантами. Мол, у нас в Москве все так ходят.

Моя мама тем временем летела на самолете, ехала на автобусе, ловила попутки. На последнем перевале машина встала - сошла лавина. Водитель радовался, что в живых остался, а мама вышла из машины и потопала вверх на гору - в село из пяти домов. Нашла местного жителя - владельца лошади, осла и мотоцикла с коляской. Тот привел ее в дом, его жена накормила чокнутую "городскую", дала свою фуфайку и шерстяные носки до колен - согреться.

- Слушай, что тебе туда ехать, а? Сиди здесь. Не хочешь - до рейсового тебя довезу, - уговаривал маму горец.

- Мне надо, очень надо. У меня там дочь. Ждет, - мама пила подогретое на огне вино и предлагала любые деньги.

- Слушай, ты дочери живая нужна или так - немножко мертвая? - злился горец. - Две недели подождала, еще два дня подождет. Поживи тут пока, там поедем.

- Сейчас надо ехать, тут же недалеко, я обещала.

- Женщина, мозги у тебя есть? Я летать не умею. Я же не птичка. Снег видишь? Гору видишь?

Мама схватила сумку и вывалила на стол что-то блестящее.

- Вот, отвезти надо, - сказала она. Это была моя праздничная блузка. Старая мамина, атласная, которую наша соседка-портниха расшила пайетками, бисером и оторванными от люстры в большой комнате псевдохрустальными висюльками.

То ли горец пожалел мою маму, то ли понял, что с этой женщиной проще согласиться, то ли мама предложила ему такую цену, за которую он готов был стать птичкой... Он сел в свой мотоцикл, закрыл маму в коляске овечьей шкурой, жена горца впихнула ей на дорогу сыр с еще теплым лавашом, прочитала молитву - и они поехали.

На празднике я была самой красивой. Мама этого не видела - она, как доехала, от всего пережитого выпила стакан местной семидесятиградусной водки в кабинете директора и спала беспробудным сном двое суток n

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир