Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Песков заявил о возможности переговоров Путина с Ким Чен Ыном на АТЭС
Мир
Путин подчеркнул значимость вклада военных КНДР в освобождение Курской области
Мир
Песков заявил о нежелании Москвы и Пекина решать чужие судьбы
Мир
Кушнер и Уиткофф обсудили с Ушаковым прогресс в переговорах по Украине
Мир
В Кремле ответили на вопрос о дате встречи Путина и Трампа
Мир
Песков согласился с мнением Трампа о действиях России на Украине
Мир
Россия и Иран договорились расширить сотрудничество в сфере надзорной деятельности
Мир
Ушаков заявил о важности предстоящей встречи Путина, Си и Трампа на саммите АТЭС
Армия
Бойцы ВС РФ поразили используемый для перевозки грузов ВСУ локомотив
Мир
Трамп заявил о сдержанном применении Россией силы на Украине
Мир
Премьер Эстонии выступил за бессрочное закрытие границы с Россией
Общество
Глава Минпросвещения назвал недопустимым сокращение стихотворений классиков
Авто
Подорожание годовых полисов ОСАГО принесло страховщикам 20 млрд рублей
Мир
Минтранс сообщил о переходе под флаг России более 130 судов с начала лета
Общество
Орешкин назвал санкции против Татьяны Ким признанием ее успеха
Мир
Мишустин отметил открытость России к экономическому сотрудничеству
Спорт
В Госдуме призвали наказать виновных за недопуск сборной России к ЧМ-2027
Армия
Глава ДНР сообщил о наступлении российских войск на дружковском направлении

Николай Цискаридзе: "В "Спартаке" танцуют ребята, которые словно вышли из женской колонии"

"Ничего другого, кроме успеха, я никогда не ждал и ждать не буду. Для балетного артиста самое главное - сделать карьеру в двух местах, в России и во Франции. Балет - французское искусство. Поэтому мы со Светой Захаровой очень гордимся тем, что нас первыми позвали выступить в Парижской опере".
0
Один из фаворитов публики -- Николай Цискаридзе (фото: Екатерина Штукина "Известия")
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

"Известия" уже рассказывали, с каким триумфом гастролирует в Париже балетная труппа Большого театра. Один из фаворитов публики — Николай Цискаридзе, исполнив главные партии в "Корсаре" и "Пиковой даме", улетел на три дня в Венецию — дух перевести... Но перед отъездом все-таки успел встретиться с корреспондентом "Известий" во Франции Юрием Коваленко.

вопрос: После "Пиковой дамы" вам досталось больше всего аплодисментов...

ответ: Не знаю, право. Мне кажется, что в этом балете удачное сочетание музыки, темы, хореографа. Ну и артисты не самые плохие... Участвовать в постановке Ролана Пети — конечно, подарок судьбы. В моем поколении я исключение, никому больше такой удачи не выпало. "Пиковая дама" не просто спектакль, поставленный на меня мировым классиком, но еще и моя визитная карточка. Меня ассоциируют именно с Германом.

в: Вы ожидали такого успеха в Париже после недавнего триумфа Большого в Лондоне?

о: Ничего другого, кроме успеха, я никогда не ждал и ждать не буду. Для балетного артиста самое главное — сделать карьеру в двух местах, в России и во Франции. Балет — французское искусство. Поэтому мы со Светой Захаровой очень гордимся тем, что нас первыми позвали выступить в Парижской опере. Это и определило нашу мировую карьеру. Когда французы хорошо принимают, значит, все в порядке.

в: Недавно Ролан Пети говорил мне, что хотел бы поставить спектакль о жизни Пушкина и пригласить вас и балерину Светлану Лунькину исполнить главные партии.

о: Я ответил ему, что два раза в одну и ту же воду войти нельзя. У нас уже была одна удачная встреча с Александром Сергеевичем — в "Пиковой даме", и не надо его дразнить... Хотя сама идея, конечно, красивая. Пети очень волнует история с дуэлью и трагической смертью.

в: Правда, что в ваших грузинских жилах течет французская кровь?

о: Моя бабушка, папина мама, которая умерла до моего рождения, была француженкой. Но мне об этом долго не говорили. Тем более что мама моя была из невыездных — по разным причинам. Но когда я узнал историю своей бабушки, многое мне стало ясно. Я понял, почему мне всегда инстинктивно Франция нравилась больше, чем другие страны.

в: Перед парижской премьерой "Корсара" вы молились прямо на сцене...

о: Я молюсь перед каждым спектаклем. Все, кто в моей жизни был мне близок, сегодня в мире ином. А театр - для меня храм. И я знаю, что в этот момент они на меня смотрят, что все они где-то здесь, рядом. Так всегда и везде - в Париже, в Москве, в Иркутске...

в: Человек вы, кажется, сентиментальный, легко плачете?

о: Плачу я, к сожалению, не легко, но иногда могу. Порой меня трогают очень странные вещи, и я сам этому удивляюсь. Вот совсем недавно я был в "Табакерке" на спектакле "Рассказ о семи повешенных" режиссера Миндаугаса Карбаускиса. Там есть сцена, когда родители прощаются с сыном. И у меня неожиданно так полились слезы... Но вообще-то я стальная кнопка. Скорее сам доведу кого угодно до слез.

в: Иногда вы производите впечатление сибарита.

о: Я ни на кого не хочу производить никакого впечатления уже много лет и веду себя соответственно тому, что мне сейчас нужно. У меня в жизни все есть. С самим собой мне все ясно. И я никому ничего не доказываю. Когда ты понимаешь, что у тебя нет больше времени ждать, не хочется тратить его зря.

в: Значит, вы всего в жизни достигли?

о: Не достиг, а доказал. То, что я достигаю, я делаю для себя. И если я кому-то не нравлюсь, то и не хочу ему понравиться. Ну а если понадобится завоевать этого человека, я найду средства, как это сделать...

в: Каждый знаменитый актер — нарцисс. Вы не исключение?

о: Как можно не быть нарциссом в балете, если твоя профессиональная обязанность — смотреться в зеркало каждый день в течение многих часов? Конечно, дело не в том, что ты любуешься собой, ты просто обязан за собой следить. По-моему, у каждого человека имеется склонность к нарциссизму, но поведение зависит от внутренней культуры.

в: Присуще ли вам чувство балетной ревности?

о: По молодости, конечно, оно было. Сейчас я смотрю на молодых танцоров с сочувствием. Дай бог, чтобы им досталась хотя бы четверть моего успеха.

в: Кто вам еще интересен из хореографов, кроме Ролана Пети?

о: Балетмейстеров практически нет, и это большая трагедия. Я очень дружу с хореографом Алексеем Мирошниченко из Петербурга и участвую во всем, что он делает. Это мой друг. Может быть, к нему я пристрастен, но считаю, что он талантлив. А вообще нынешнее поколение балетмейстерское — провальное. Когда носишь в себе огромное количество балетного "текста", то постоянно видишь, что откуда взято. Я много раз приводил такой пример: есть замечательный спектакль "Парк" Анжелина Прельжокажа. И там мне ясно, что откуда. Но в этом спектакле есть мысль и идея, а когда в произведении этого нет, я просто вижу, что одно украдено отсюда, а другое — оттуда... Я не понимаю, почему теперь все делают из балетов Петипа свою версию и присваивают ей свое имя.

в: Вы не собираетесь ставить балеты?

о: Ни за что! Я могу сделать любую версию классического спектакля. Это может любой мало-мальски образованный балетный премьер, но это не значит быть балетмейстером. Хореографами — как художниками и композиторами — рождаются, а не становятся. Это дар. Вы же встречались с Роланом Пети, с Морисом Бежаром, с Юрием Григоровичем. Когда вы беседуете с такими людьми, то касаетесь того пласта культуры, когда людям не просто есть что сказать, но они и мыслят по-другому. Со многими же нынешними хореографами разговаривать не о чем, их скучно слушать. У них одно желание — приставить собственное "я" к чему-то чужому и при этом поудачнее устроить так, чтобы денежки шли им прямо в карман.

в: Вы в балете консерватор?

о: Ни в коем случае. Просто есть вещи, которые я вначале предпочитаю посмотреть. Я очень удобный материал для любого балетмейстера, потому что у меня есть способности, которые я проявил еще в хореографическом училище на государственном экзамене. Но мне не хочется их демонстрировать, когда нужно ползать по полу. Мне интересно творить. Меня может зажечь какая-то музыка, идея. Я все время говорю: "Люди! Я хочу творчества". Однажды к нам приехал неординарный парень — Кристофер Уилдон — англичанин, работающий в New York City Ballet. Он сказал, что будет ставить "Гамлета" и пригласил меня. Я так готовился к этой партии, так мечтал. Верил, что что-то получится. Вдруг в разгар подготовки он говорит, что никакого "Гамлета" не будет. В итоге вышел спектакль под названием "Милосердные". Я к моменту постановки столько перечитал, настроился психологически, но выходить на сцену, чтобы ползать по ней... Не хочу! И вот так сложилось, что я этот спектакль не станцевал — заболел воспалением легких. Я знаю свой организм: если бы у меня была желанная премьера, то я бы до нее дожил и только потом разболелся...

в: Нужен ли русскому балету современный танец?

о: А как же! Все должно идти вперед. Но Россия — единственная в мире страна, у которой такой багаж классики. На ней держится весь мир. Нельзя этого терять. Однако у нас по сей день советское пресмыкание перед иностранцами. И мы все время хотим подражать Западу, на него ориентироваться. Такое раболепие меня убивает. Не надо этого делать! Пусть они на нас ориентируются! Я человек патриотичный и считаю, что наше русское — лучше, круче и больше.

в: С мужчинами в нашем балете, похоже, беда. И вот Большой приглашает танцоров из других стран — с Украины, из Белоруссии, Японии, Кубы...

о: Я бы не считал Украину и Белоруссию другими странами. Пусть на меня обидятся, но это единый русский народ. Да, я грузин по происхождению, но я русский артист и очень этим горжусь. Нигде в мире не было такого поколения актеров, какой был в Большом театре, — Уваров, Филин, Клевцов, Белоголовцев. Но, к сожалению, мы все стали взрослыми, нам на смену должны были прийти другие артисты. У нас есть очень хорошие, способные и одаренные ребята. Но последние наши балетные руководители абсолютно не хотели никого растить. Все, что мы имеем на сегодняшний день, — это замес от Григоровича, хотя он уже с 1995 года не работает в театре. У нас были и до сих пор есть танцоры, которых специально задвигают. И то, что пригласили некоторых артистов, — дело совершенно ненужное. Это лишняя трата денег.

в: Сегодня в России много исключительно одаренных артистов балета. Но почему мало кому удается "душой исполненный полет"?

о: "Душой исполненный полет" был возможен, потому что для каждого артиста подбирался репертуар. Нельзя маленьким и кургузым танцевать принцев. А длинным и субтильным — героев типа Спартака. Какой бы я ни был хороший артист, я не имею права танцевать эту партию. Не мое это дело. У нас же появляются в "Спартаке" ребята, которые словно вышли из женской исправительной колонии. Не должна каждая первая способная девочка танцевать главную партию в "Лебедином озере". Их должно быть две, ну, три, ну, четыре. Всё. У нас же состава больше, чем спектаклей в году. Это очень плохо — качество падает. В эпоху Улановой в Большом театре было два состава "Жизели". То же самое и в Мариинском театре. Но это были очень хорошие составы.

в: Галина Вишневская говорит, что она пела в театре для нескольких человек, которые понимали толк в опере. И вы танцуете только для людей понимающих?

о: Любой профессионал работает для нескольких человек в зале. Только они поймут нюансы. Остальная публика воспринимает балет подсознательно. Но от очень хорошего искусства никогда ни у кого не было плохого впечатления.

в: Для вас важнее мнение избранных, чем широкого зрителя?

о: Мне очень важно мое собственное мнение. Я себя обмануть не могу. Я знаю точно, что я сделал хорошо, а что нет.

в: Одна прима Большого мне говорила, что друзей в балете у нее нет и быть не может. Театр, по ее словам, это террариум. Да и вы сами считаете, что в театре ваш лучший друг — это Николай Цискаридзе.

о: Театр — это скользкое место, где можно больно упасть. Дружить бывает опасно. Случаются ситуации, когда приходится делать выбор — не человеческий, а профессиональный.

в: Вы входите в состав жюри телепрограммы "Танцы на льду", ведете передачу "Шедевры мирового музыкального театра" на канале "Культура", преподаете. Не отвлекает ли все это от служения Терпсихоре?

о: Нет. Если человек умеет служить, то это не отвлекает. А если не умеет, то его отвлекает все.

в: Кто ваша любимая актриса?

о: Их много. Разве можно не восхищаться Раневской, Марецкой, Нееловой, Демидовой, Гретой Гарбо или Вивьен Ли?

в: А ваша настольная книга?

о: Есть одна, которая всегда со мной. Это "Евгений Онегин". Каждый раз перечитываю как будто впервые. Пока растешь, переживаешь то за Татьяну, то за Онегина, то вообще — на стороне мамы Лариной...

в: С вашими замечательными актерскими данными у вас не было соблазна попробовать свои силы в кино?

о: Как-то не случилось. Все, что суждено человеку, все свершится. Нет, я не фаталист. Это просто мудрость житейская.

в: Вы по-прежнему вешаете свои награды на шею огромного игрушечного жирафа? Однажды вы мне рассказывали, что животное рухнуло, когда вы повесили на него свою Государственную премию.

о: Нет, на этом моем жирафе теперь и орден французский висит, и вторая Государственная премия. И он стоит устойчиво, а на его шее еще осталось много места...

в: Вы родились в Тбилиси. Ощущаете ли вы свои грузинские корни?

о: Иногда, когда слышу музыку. Просто я воспитан очень по-советски. У меня была интернациональная семья: няня-хохлушка, отчим-армянин, мама и я — грузины. У меня были русские педагоги. Я не могу сказать, что я какой-то определенной национальности. Я — советский ребенок.

Мне кажется, грузины сами себя потеряли и никак не могут найти. Жалко. Тяжело говорить об этом, но той Грузии, где я жил, больше нет. Мой дом в Москве.

в: Вам 34 года. Во французском балете мужчины уходят на пенсию в сорок четыре. Уход со сцены, наверное, мучителен для любого актера?

о: В России танцоры на пенсию уходят в 33 года, и это правильно. Правда, женский век гораздо длиннее, чем мужской. Балерин носят на руках, они гнутся, стоят на пальчиках. Но я еще могу выступать — у меня есть запас. Пока не дождутся...

в: Но ведь можно продолжить театральное существование в мюзикле. У вас уже есть опыт в "Ромео и Джульетте"...

о: Это не было для меня альтернативой. Мне просто очень нравился этот мюзикл. Параллельно с балетом я делаю очень много разных вещей. Но прежде всего у меня есть Большой театр. И если там надо провести восемь часов, я их проведу. Все отрепетирую и только потом повернусь налево, направо, займусь другим делом. Те, кто хочет кинуть в меня камень, преподносят это всегда по-другому. Но есть факты. И от моей работы на телевидении никогда не страдало ни качество, ни количество спектаклей в Большом.

в: Вы всегда ходили в лидерах — в училище были старостой, комсоргом. Нет ли у вас искушения поруководить чем-нибудь?

о: Искушение искушением, а умение — это совсем другое. В течение последних 15 лет в нашем театре искушались многие, а нормально руководить после Григоровича никто не смог. Жизнь покажет, я пока ничего не могу загадывать.

в: Не привлекает ли вас политическая карьера? Вас бы наверняка избрали депутатом в Думу по любому списку.

о: Ни в коем случае! Мне кажется, нет ничего более странного, чем действующие артисты в правительстве... То, что Света Захарова стала депутатом, — это ее выбор. Мне это непонятно.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир