Мы и НАТО: врозь нельзя, вместе трудно
Президент Владимир Путин принял во вторник генерального секретаря Североатлантического альянса Яапа де Хооп Схеффера, который приехал в Москву для участия в работе Совета Россия-НАТО. Совет отпраздновал уже пятую годовщину существования и был вроде как юбилейным. Однако никакой праздничной атмосферы не ощущалось.
"В войска в ближайшее время поступят новые системы высокоточного оружия... Ваша задача - в совершенстве овладеть новейшими поколениями техники и вооружения, конечно, обучить этому подчиненных, сделать их высококлассными специалистами", - эти слова Путин произнес на торжественном приеме в Кремле в честь выпускников военных академий и университетов. Он прошел прямо перед встречей президента со Схеффером.
Как заверили "Известия" источники в Кремле, "так получилось не нарочно". Однако сама встреча Путина и Схеффера оказалась на удивление теплой.
- Добрыдэн! - генсек НАТО, добродушно улыбаясь, попробовал приветствовать Путина на русском.
Президент напомнил, что в этом году не только пятилетие Совета, но и десятилетие Основополагающего акта об отношениях России и НАТО.
- За этот в историческом плане достаточно короткий промежуток времени отношения между Россией и Североатлантическим альянсом поменялись, - так же мирно улыбаясь, отметил Путин. - Мы перешли от периода конфронтации к сотрудничеству.
Схеффер, в свою очередь, подчеркнул: "Нет альтернативы нашим хорошим, здоровым отношениям - НАТО не обойтись без России, а России не обойтись без такого хорошего партнера, как НАТО". Но это оптимистичное заявление никак не сдвинуло с мертвой точки груз накопившихся проблем. Их в очередной раз перечислил глава МИД Сергей Лавров: "Дискуссия продолжается по вопросам, где пока еще позиции России и стран НАТО недостаточно близки: это проблемы ПРО, ДОВСЕ, Косово".
Не сблизились позиции и после двухчасовых переговоров в Кремле. Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), на выполнение которого Россия собирается наложить мораторий, Схеффер на своей пресс-конференции назвал "яблоком раздора", подчеркнув, что он "является краеугольным камнем в вопросе европейской безопасности и должен таким и оставаться".
— Я надеюсь, наши российские друзья и также страны-союзницы по НАТО будут продолжать обсуждать будущее договора, потому что иначе это приведет к негативным последствиям, — дипломатично пригрозил генеральный секретарь и привел "убийственный" аргумент. — Насколько мне известно, в ДОВСЕ нет положения о моратории.
Не поддержал он и российскую инициативу об использовании радиолокационной станции в азербайджанской Габале в качестве альтернативы американской системе ПРО в Польше и Чехии. "Президент Путин очень подробно разъяснил мне свои предложения, — заявил Схеффер. — С моей точки зрения, РЛС в Габале не разрешит проблему угрозы пуска ракет со стороны государств-изгоев".
Тем не менее, дискуссия партнеров будет продолжена на следующей неделе — на встрече Владимира Путина с президентом США Джорджем Бушем.
Игра в одни ворота закончилась
Россия не хочет выполнять соглашения, которые игнорируют "партнеры" по НАТО
Дмитрий Литовкин, Николай Хорунжий
За 10 лет отношений России с НАТО и 5 лет существования Совета Россия—НАТО Москва предпочитала сотрудничать с блоком, а не враждовать. Только в последний год эти отношения осложнились. Во многом — из-за ситуации с заключенным еще в 1990-е годы Договором об обычных вооружениях в Европе (ДОВСЕ).
ДОВСЕ подписали на волне распада СССР и Восточного военного блока. Документ должен был уравнять военные потенциалы НАТО и Варшавского договора. "Уравнял" своеобразно. Варшавского договора нет вообще. За последние 10 лет в районах применения договора у НАТО танков, пушек и другой техники стало в три раза больше, чем у России. ДОВСЕ попытались спасти в 1999 году в Стамбуле. Адаптировать договор, как выражаются дипломаты, "к новым реалиям". Не получилось. Парламенты стран НАТО отказываются ратифицировать документ. Якобы Россия не выполняет взятые на себя обязательства по выводу войск из Приднестровья и Грузии (хотя юридически эти обязательства не прописаны в договоре, а сами Стамбульские соглашения вообще договором не являются и не подлежат ратификации парламентами).
Самое любопытное, что эти "обязательства" фактически выполнены Россией: из Приднестровья выведены и уничтожены 364 единицы тяжелой боевой техники. Сейчас здесь остаются только российские миротворцы (они не подпадают под действие договора) и небольшая военная группировка, охраняющая склады с боеприпасами (они здесь со времен Второй мировой войны). Чтобы ликвидировать склады, нужно специальное решение. Статус миротворцев в Абхазии и Южной Осетии вообще не имеет никакого отношения к ДОВСЕ. Вывод баз в Грузии завершится в 2008 году (хотя опять же в Стамбульских соглашениях сроки вывода российских войск из Гудауты и Вазиани не оговорены, а базы в Ахалкалаки и Батуми в них не упомянуты).
У Москвы к НАТО встречные претензии. В Основополагающем акте Россия—НАТО, например, говорится: "члены НАТО будут совместно с другими государствами-участниками стремиться к укреплению стабильности путем дальнейшего развития мер по предотвращению любого потенциально угрожающего наращивания обычных сил в согласованных районах Европы, включая Центральную и Восточную Европу". При этом по договору, подписанному США и Румынией в 2005 году, Бухарест предоставил американцам 3 базы и полигон. Кроме того, в Болгарии и Румынии будет размещено по 5 тысяч военнослужащих США. Получается, создание американской военной инфраструктуры в Румынии и Болгарии идет вразрез с положениями Основополагающего акта.
Москва предлагает отменить фланговые ограничения для России. В ответ натовцы говорят, что этот вопрос надо обсуждать на двусторонней основе с Турцией и Норвегией (хотя ДОВСЕ должны ратифицировать все 30 стран-участниц).
— Очевидно, что ДОВСЕ устарел, перестал быть инструментом военного равновесия в Европе и превратился в инструмент политического давления на Россию. Прикрываясь буквой договора, страны НАТО во главе с США пытаются демонтировать сложившийся в годы "холодной войны" стратегический паритет, постепенно создавая систему, нейтрализующую ядерный потенциал России, — считает профессор Академии военных наук Вадим Козюлин.
Сейчас Москва хочет изменить модель отношений, которая сложилась в 90-е годы, когда сотрудничество с ней было основано на ее же односторонних уступках. В этом смысле и стоит воспринимать слова Владимира Путина о возможном выходе из ДОВСЕ. При этом никаких юридических препятствий для выхода из соглашения у России нет. ДОВСЕ ратифицировали всего 4 из 30 стран: Россия, Украина, Белоруссия и Молдавия. А с точки зрения международного права прекращение участия в договоре, который так и не вступил в силу, является суверенным правом любого государства.
Россия может и не заявлять о выходе из договора, а просто "заморозить" его выполнение до тех пор, пока наши "партнеры" его не ратифицируют. В этом случае "партнеры" лишатся права инспектировать наши воинские части. А у нас появится право беспрепятственно передислоцировать войска из-за Урала в Европейскую часть страны.