"Поль Жослен: ежедневно: две-три заметки"
"Одинадцатого октября (1938) "Известия" обзавелись новым специальным корреспондентом. Псевдоним я выбрал случайно, не думал, конечно, о герое Ламартина (А. Ламартин "Жослен"). Эренбург продолжал писать длинные статьи, а Поль Жослен ежедневно передавал две-три заметки", - так вспоминал Илья Григорьевич в мемуарах о своей журналистской работе.
Эренбург начал писать в 1910-м, выступив со стихами. Но уже в годы Первой мировой войны посылал из Франции корреспонденции и статьи на родину - в "Утро России" (Москва) и "Биржевые ведомости" (Петроград).
Корреспондентом "Известий" маститый писатель ("Хулио Хуренито", "Трест Д.Е.", "Рвач") стал в мае 1932-го, и, как он писал автору этих строк уже в 1955 году, "различные статьи предвоенных лет помогли мне в работе над романом "Падение Парижа".
Выступая перед студентами Ленинградского университета в сентябре 1947 года, Илья Эренбург говорил нам о том, сколь многим он обязан газетной работе. В ту пору на слуху еще оставались его статьи военных лет, печатавшиеся в "Красной звезде", "Правде", "Известиях".
А в тридцатые он считал себя известинцем, от газеты ездил из Парижа во многие страны Европы. Статьи писателя, составившие книги "Затянувшаяся развязка" (1934) и "Границы ночи" (1936), рождались на газетных страницах. С начала гражданской войны в Испании (1936) прежде всего от Михаила Кольцова ("Правда") и Ильи Эренбурга ("Известия") советские читатели узнавали о событиях на антифашистском фронте.
...Говоря о том, что Поль Жослен писал в номер "Известий" по две-три заметки, Эренбург ошибался. В номерах от 26 и 27 января 1939-го Жослен - автор четырех заметок, 11 февраля - пяти, 12 февраля - шести... Его заметки (всего около двухсот) шли по телеграфу из Парижа даже в те дни, когда "сам" И. Эренбург посылал корреспонденции под своим именем из-под агонизирующей Барселоны.
Испанская республика пала. Но Эренбург-Жослен продолжал разоблачать пособников фашизма. Он предрекал соглашателям, что, предав Испанию, они предадут собственные народы. Так и случилось.
12 апреля 1939-го в "Известиях" появились три заметки Жослена. Ночью Сталин позвонил редактору газеты Я.Г.Селиху: "Кто такой Поль Жослен?" Селих: "Эренбург". Сталин: "Я так и думал". И повесил трубку. В "Известиях" сделали вывод, что Поль Жослен рассердил Сталина. Перестали печатать и Жослена, и Эренбурга. Начиналось время заигрывания с фашистской Германией, которое привело к "договору о дружбе" с будущим врагом.
Осенью 1939-го Эренбурга вызывают в Москву. Он медлит, ссылается на нездоровье, говорит на встрече с нашим полпредом в Париже, что не знает, чем ему заняться в Москве. К тому времени многие бывшие "испанцы" оказались репрессированы.
В Москве распространялись слухи об Эренбурге-невозвращенце. Однако после падения Парижа, летом 1940-го, Илья Эренбург вернулся на родину и приступил к роману о разгроме Франции, который почти завершил к 22 июня 1941 года. В первый день войны Илье Григорьевичу позвонили из "Известий": "Напишите для нас, вы ведь старый известинец"...