ЖЗЛ для попсы
Деятельный питерский экстремальный бытописатель "эпохи нулевых", то бишь текущего момента, Илья Стогов развил на свой лад главный принцип советских эстрадных частушечников: "утром - в газете, вечером - в куплете". У Стогoff project все еще стремительнее: утром - в газете, клубе, на улице, вечером - в пухлой книжке.
"А Илья кует, аж душа поет!" - восклицал как-то очень давно музыкант Юрий Лоза. Стогов может использовать строку из древнего шлягера в качестве персональной гербовой надписи. Засветившийся несколько лет назад с доверительно-самоироничной, дневниковой прозой "mASIAfucker" и еще несколькими произведениями, "дактилоскопировавшими" нашу радикально видоизменяющуюся повседневность, Стогов пришел ныне к целому прозаическому циклу, характеризуемому как "первая в России книжная серия, рассказывающая о том, что происходит прямо сейчас". Тут нелишне было бы добавить: "...о том, что происходит прямо сейчас под окнами у Ильи". Ибо идеолог серии претендует на охват куда более объемный и способен ввести доверчивого читателя в заблуждение.
Серия, надо полагать, будет пополняться с конвейерной ритмичностью. Нам еще расскажут про обитающих среди нас русских панков, скинов, рейверов, революционеров и взлетевших и упавших "новых русских модных бизнесменов". Но первые два опуса посвящены перманентно отпеваемому русскому року.
Ну согласитесь, заявка тянет по крайней мере на кандидатскую диссертацию по культурологии. Однако быстро выясняется, что только заявка...
З6-летний автор с берегов Невы, опираясь на стилистику "постов в ЖЖ", точечное применение ненормативной лексики, форматную тематику и на свою нарочито лузерную откровенность, конечно, кажется "своим в доску". Но пишет он не о новой альтернативе, которая, разумеется, русский рок не сменяла и не в состоянии сменить по причине слабовыраженной творческой потенции, а о нескольких фактах из собственной биографии и радикальной курганской группе "Психея".
В любом явлении хорош, во всяком случае заслуживает уважения первородный экстремизм. Эпигоны же никакой революции совершить не способны, и удел их маргинальность. Прочитав первый стоговский летописный том, в этом нетрудно лишний раз убедиться.
Стогов как бы дистанцируется от "непонятного" ему поколения. Тем не менее пишет о нем. А чего писать-то, раз по жизни с ними почти не пересекаешься? И зачем объединять этих раздолбаев в какую-то волну, если заметил их от безысходки (следуя сюжету книги) и потому что дебоширят они по соседству, в родном твоем городе. Что же ни слова о куда более популярном Паштете и его I.F.K или FAQ? Или о Сиде с "Тараканами", или, например, о Дельфине? Чем не "четвертая волна", если уж так нужно доказать тезис о смерти русского рока.
Второй том совсем прост. И написан сотрудником "Нашего радио" Антоном Черниным по мотивам цикла программ, несколько лет выходивших на упомянутом радио. Очередной вариант летописи русского рока от "доисторических времен" до наших дней. Самому автору сообщить или резюмировать особо нечего, и он традиционно опирается на пространные воспоминания самих героев повести (которые, кажется, уже десятки раз всем все о себе рассказали). В нее, кстати, уже попали помимо наших рок-патриархов и почивших звезд "Мумий Тролль" и "Би-2", Шнур и Земфира... Спешат, спешат летописцы, хочется поскорее увековечить историю собственного созревания, не поверяя ее временем. И в этом никакого первопроходства, как видится Стогову, нет. Попса уже давно штампует о себе книжицы по типу "ЖЗЛ" и, конечно, с тем же желанием "здесь и сейчас". А когда еще-то? Потом поздно будет.