"Святой Себастьян" прибыл в Москву
В Пушкинский музей из Дрездена прибыл шедевр раннего Ренессанса - картина "Святой Себастьян" Антонелло да Мессины. Гастроль этого загадочного произведения проходит в тех же стенах, где оно уже хранилось когда-то в качестве военного трофея.
Не только "Святой Себастьян", но и 750 других полотен старых мастеров были вывезены в 1945 году из Дрезденской картинной галереи в Москву. Эта уникальная коллекция (назовем для примера хотя бы "Сикстинскую мадонну" Рафаэля) провела в СССР десять лет, прежде чем Никита Хрущев принял решение полностью вернуть ее дружественной ГДР. В 1955 году состоялся прощальный показ этих сокровищ к слову, очень важный для Пушкинского музея, который к тому моменту только-только начал очухиваться от статуса музея подарков Сталину. Выставку тогда посмотрели больше миллиона советских зрителей. С той поры "Святой Себастьян" многим у нас запал в душу.
И было из-за чего. Картина содержит немало загадок сюжетного свойства. Антонелло да Мессина, сицилийский художник, в середине XV столетия работавший в Венеции, трактовал историю казни христианского мученика весьма своеобразно. Дерево, проросшее сквозь мраморные плиты, обломок античной колонны в углу, развязавшаяся веревка у колена, безмятежная жизнь городских обывателей на заднем плане композиция наполнена множеством деталей, объяснить которые можно только гипотетически. "Святого Себастьяна" даже называют далеким предшественником сюрреализма. До последнего времени существовали кое-какие сомнения и в авторстве полотна, но в ходе недавней реставрации обнаружилась подлинная подпись Антонелло да Мессины.
К слову, трудновато решить, насколько корректно именовать "Святого Себастьяна" именно полотном. Произведение было написано автором на доске то ли одной темперой, то ли с добавлением масляных красок (этого немецкие реставраторы до сих пор не знают наверняка). Приблизительно в конце XVIII столетия красочный слой перенесли на холст, из-за чего возникли существенные повреждения. Дело до капитальной реставрации долго не доходило, и лишь несколько лет назад "Себастьяном" занялись всерьез: расчистили, укрепили, освежили. Вид теперь почти первозданный.
Гастроль проходит в жанре "выставка одной картины", но в реальности экспонатов набралось два десятка. К дрезденскому шедевру в ГМИИ присовокупили работы, которые лучше позволяют понять контекст и традицию. В зале появились слепки с античного Аполлона и "Умирающего раба" Микеланджело как образчики высокодуховного понимания обнаженной плоти. Живопись художников Гверчино и Больтраффио, гравюры Жака Калло и Хендрика Гольциуса, рисунок Луки Камбьязо все это вариации того же сюжета о начальнике императорской стражи, подвергнутом расстрелу из луков на Палатинском холме. По легенде Себастьян в период мученичества был уже немолод, однако с легкой руки да Мессины он всегда изображается цветущем юношей, принимающим страдания с непреклонностью на лице... Антураж для главного экспоната подобрался вполне уместный. Может быть, он отчасти компенсирует давнее зрительское умение, сегодня почти утраченное, воспринимать одно-единственное художественное произведение как самодостаточное явление, как целый мир.