Прошла зима, настало "Лето"
Группа "Лето" - компания юных дарований, развлекавшая публику своими уличными фестивалями несколько лет назад, решила тряхнуть стариной. Казалось, их перформансы остались в невозвратном прошлом, но нашлись желающие этот феномен реанимировать.
Эта сфера художественной деятельности большинству населения знакома только по слухам. Да и они со временем стали угасать. Прежде, в 90-е годы, московские акционисты брали эпатажем: то прохожих за ноги покусают, то кучу наложат под картиной Ван Гога, а то и вовсе возьмутся иконы рубить топором. Однако брутальность скоро вышла из моды.
Продолжатели традиций предпочли действовать экстравагантно, но без лишнего скандала. Акции группы "Лето" начала XXI века напоминали скорее студенческие забавы. Развесить нижнее белье на Манежной площади или устроить романтический ужин, свисая на веревках с городского моста, это, конечно, прикольно, но все же не так, как выложить собственными телами слово из трех букв на Красной площади. Сегодня, когда все окончательно остепенились, даже и такие шалости начинают претендовать на роль легенды.
Четырехчасовая видеодокументация былых подвигов вместе с фотографиями и письменными комментариями составили выставку под названием "История с продолжением" в галерее "АртСтрелка projects". Пожалуй, демонстрация законсервированных перформансов, кроме колыхания ностальгических чувств, имела целью еще и музеефицировать недавнее прошлое. Это лишь говорится, что архивные материалы не сопоставимы по воздействию с реальным присутствием на художественной акции. Нередко случается и наоборот: само действо выглядит бесцветным и натужным, а документация придает ему и зрелищности, и значения. Выложат такие свидетельства в ряд, как ордена на подушечках, и можно решить, что имеешь дело с эпохальным явлением.
Впрочем, участники группы "Лето", пусть и номинированы на ветеранские звания, еще достаточно молоды, чтобы сыграть бенефис вживую. Для вернисажа была разработана программа "Делать нечего" частью ремейки, частью новые перформансы. Лепились в линию на асфальте жевательные резинки, очерчивались мелом силуэты добровольцев на специальном коврике; зрителей то опутывали красной нитью из клубков, то вымогали у них по 50 рублей за конверты с загадочными предписаниями. Замечена была в толпе даже валькирия с крыльями из грампластинок. Но не досталось ей душ, достойных Вальгаллы, ибо слишком ленивым и благодушным оказалось ристалище. Может, просто милиции не хватало для драйва? Эпатаж выглядел игрушечным, страсть картонной. С другой стороны, как вспомнишь, что события 11 сентября в Нью-Йорке называют предельным случаем акционизма, так и подумаешь лучше уж такая вялость, чем иное вдохновение.