Президент Пакистана Первез Мушарраф: "Я солдат и служу уже 40 лет"
В саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), который начинает свою работу 15 июня, будет участвовать президент Пакистана Первез Мушарраф. В интервью первому заместителю генерального директора ИТАР-ТАСС Михаилу Гусману пакистанский лидер рассказал, почему Пакистан хочет стать членом ШОС и как нужно бороться с терроризмом. Полностью интервью будет показано в очередном выпуске программы "Формула власти" на телеканале "Россия".
Михаил Гусман: Как вы оцениваете состояние отношений между Россией и Пакистаном?
Первез Мушарраф: Между нашими странами есть дипломатическое и политическое взаимопонимание. У меня сложились отличные отношения с Владимиром Путиным. Мы должны это использовать для развития наших торгово-экономических связей. Я всегда говорил Путину, что в отношениях с Пакистаном Россия не должна занимать индоцентристские позиции, необходимо смотреть на Пакистан исключительно с точки зрения развития двухсторонних отношений.
Гусман: Какую роль Пакистан и Россия могут играть в современной системе международных отношений?
Мушарраф: В мире много проблем, прежде всего — терроризм. Мы должны улучшить взаимодействие между нашими спецслужбами. Мы можем сотрудничать в Центральной Азии и Афганистане. У России всегда были сильные позиции в Центральной Азии. Пакистан также имеет экономические и торговые интересы в этом регионе. Пакистан стремится получить статус полноправного члена Шанхайской организации сотрудничества. И это еще одна точка соприкосновения между нашими странами.
Гусман: Какие сферы экономического сотрудничества между нашими странами наиболее перспективны?
Мушарраф: Пакистан может экспортировать в Россию товары текстильной промышленности. Другое направление сотрудничества — нефтегазовая сфера Пакистана. Особо хотел бы отметить возможное сотрудничество в военно-технической области.
Гусман: Теракты 11 сентября породили в мире волну исламофобии. Насколько ваша концепция "просвещенной умеренности" в исламе поможет преодолеть противоречия между Западом и Востоком?
Мушарраф: К сожалению, наше противодействие терроризму сводится к борьбе с его последствиями. Надо понять, что лежит в основе терроризма и экстремизма. Корень проблемы лежит в политических разногласиях, в которые вовлечены мусульмане — Кашмир, Босния, Косово, Ирак, Афганистан. Мы должны разрешить эти политические споры. Мусульмане чувствуют себя оскорбленными и униженными. И моя теория "просвещенной умеренности" в исламе касается именно этих проблем. Мы должны отказаться от экстремизма и терроризма. Запад и прежде всего США должны помогать развитию социально-экономических процессов в мусульманском мире.
Гусман: Какое значение вы придаете ШОС?
Мушарраф: Цели Шанхайской организации сотрудничества состоят в развитии экономических и торговых связей между странами, в укреплении мира и стабильности в регионе, борьбе с экстремизмом и терроризмом.
Гусман: Как складываются сейчас отношения вашей страны с Индией?
Мушарраф: Отношения между Пакистаном и Индией никогда не были на таком хорошем уровне, как сегодня. Тем не менее я уверен: наши отношения не будут развиваться, пока не разрешены основные противоречия. И ядро этих противоречий — кашмирская проблема. Кто может гарантировать, что между нашими странами не сложится в будущем такая ситуация, которая уже приводила к трем войнам? В кашмирском вопросе есть определенные подвижки, но этого недостаточно. Нужно двигаться вперед быстрее, предпринимать более конкретные шаги. Каждая из сторон должна пойти на уступки.
Гусман: Как развиваются демократические процессы в Пакистане?
Мушарраф: Я убежденный сторонник демократии, и я верю в нее. Говорю об этом совершенно искренне. Я также полагаю, что армия не должна руководить государством. Однако я убежден: независимо от того, кто руководит правительством, страна должна развиваться. Мы создали систему местного самоуправления, которая никогда не существовала до этого в стране. Мы дали власть женщинам, представителям религиозных меньшинств. Создали систему контроля и противовесов между тремя ветвями власти — президентом, премьер-министром и главкомом вооруженных сил.
Гусман: Вы сделали блестящую военную карьеру, начинали с простого лейтенанта. Сейчас вы политик, лидер страны. Кем сегодня вы себя ощущаете: политиком или военным?
Мушарраф: Я солдат, и служу уже 40 лет. Теперь я отвечаю за страну и стараюсь быть на высоте.
Гусман: Наша программа называется "Формула власти". Что такое "власть" в понимании президента Мушаррафа?
Мушарраф: Власть — это великое достояние, но она требует и величайшей жертвенности. Тот, кто не сможет жертвовать собой, обязательно потерпит крах. Те, кто во власти, превращаются в высокомерных гордецов, обречены на поражение.
Шестеро в одной лодке
Юбилейный саммит отмечающей свое пятилетие Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) открывается сегодня. Однако участники Совета глав государств ШОС начали стягиваться сюда за день, а то и за два. Владимир Путин прилетел в Шанхай. Город встретил его душным ветром, моросящим дождем и туманом. В условиях этих "общих угроз" глава российского государства оказался со своими коллегами, в прямом смысле слова, в одной лодке.
Непогода в Шанхае не нарушила программу лидеров, которая, по большей части, носила характер неформальной и даже развлекательной. Первым делом сажали дерево. Путин вместе с руководителями Китая, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана озеленил территорию резиденции "Сицзяо". Затем еще один ритуал: главы государств в честь юбилея открыли в "Сицзяо" памятный знак. После этого им осталось лишь побеседовать с представителями Делового совета организации, чтобы вечером поехать кататься на кораблике по главной шанхайской реке Хуанпу.
За прогулкой с центральной набережной наблюдали около 200 журналистов. Из тумана в сопровождении нескольких катеров показалось небольшое судно, в фигурках людей на верхней палубе угадывались лидеры государств ШОС. Оно не спеша проплыло вдоль набережной и вдруг... С противоположного берега, где находится суперсовременный район небоскребов Пудун, полнеба залилось разноцветными всполохами, зазвучала канонада, переходящая в страшный гул, начался китайский фейерверк. Продолжался он минут десять, но и этого оказалась достаточно, чтобы потрясти зрителей. Причем в данном случае уместно говорить о потрясении не столько от красоты увиденного, сколько о психологическом шоке. Когда все закончилось, Пудун со своими небоскребами был укутан серым дымом и походил, скорее, на Манхэттен 11 сентября 2001 года.
Шоу устроили исключительно для самих первых лиц, журналистов и отрядов полиции и военных, оцепивших весь центр Шанхая. Дело в том, что на дни проведения саммита центр города почти обезлюдел. Доступ туда разрешили лишь по спецпропускам. На дорогах нет машин, на тротуарах нет прохожих только полиция и военные стоят по стойке смирно между гигантскими небоскребами. Одна из сопровождавших российскую делегацию китаянок рассказала "Известиям", что живет в Шанхае уже десять лет, но таким город не видела никогда. Чтобы очистить его от людей, власти объявили пять выходных подряд, отменили занятия в школах, запретили гостиницам в центре принимать туристов.
Такой жизнью Шанхай проживет еще два дня. Главный из них, безусловно, сегодняшний, в течение которого Владимир Путин не только примет участие в Совете глав государств ШОС, но и проведет несколько двусторонних встреч. Наибольший интерес из них вызывает беседа с президентом Ирана Махмудом Ахмадинежадом. Он приглашен на саммит как глава государства-наблюдателя. Наряду с представителями Индии, Пакистана и Монголии.
Александр Латышев, Шанхай