Сладкая двоечка
Завершающийся на Лазурном берегу кинофорум вполне можно назвать фестивалем неоправданных надежд. Одним из главных разочарований стала новая картина Софии Копполы "Мария Антуанетта".
Фильм Копполы-младшей просто обязан был попасть в конкурсную программу Каннского кинофестиваля. Во-первых, дочка знаменитого режиссера, сняв "Девственниц-самоубийц" и "Трудности перевода", убедила мир, что она необыкновенно талантлива. А во-вторых, хотя бывшая королевская резиденция была в это время закрыта на реставрацию, французское правительство допустило-таки съемочную группу "Марии Антуанетты" в Версаль.
Ожидания были слишком велики, и результат их явно не оправдал. Ничего общего с тем, что Коппола делала до этого, костюмная история французской королевы (Кирстен Данст) не имеет. Что в общем-то объяснимо: до прогремевших на всю планету "Трудностей перевода" София была всего лишь подающей надежды дебютанткой, снимавшей дешевое (романтическое приключение Билла Мюррея и Скарлетт Йоханссон обошлось в 4 миллиона долларов) и внешне очень простое кино. После успеха своей второй картины американка получила карт-бланш, подкрепленный солидными для авторского кино инвестициями: "Мария Антуанетта" стоила уже 40 миллионов долларов.
София не забыла, что она дочка создателя "Крестного отца", и в лучших традициях великой саги первым делом позаботилась о семейном благополучии: роль Людовика XVI в ее фильме получил племянник Фрэнсиса Форда Копполы Джейсон Шварцман. Впрочем, конечно, не только ради кузена американка снимала "Марию Антуанетту" она хотела поведать миру историю австрийской принцессы, которая стала французской королевой, а затем пала жертвой революции.
Поведала, причем крайне подробно (за все эти рюши, туфельки и веера знаменитая художница по костюмам Милена Канонеро может получить очередного "Оскара"). Настолько подробно, что на пятнадцатой минуте фильма ловишь себя на мысли: "Такими темпами мы до гильотины и к утру не доберемся". Лучше бы и не добирались, потому что у первой половины фильма по крайней мере есть хоть какая-то драматургия: Мария Антуанетта, став женой будущего короля, никак не может убедить его исполнить супружеский долг (София Коппола намекает, что дофин больше интересовался мужчинами, но, так как фильм рассчитан на широкую зрительскую аудиторию, внимание на этом не акцентируется). А королева без наследника, как известно, никому не нужна.
Но вот контакт приключился, и тут бы автору "Марии Антуанетты" пустить по экрану титры... Так нет же, фильм продолжается еще час, и все это время в кадре не происходит ровным счетом ничего: королева гуляет с детьми, кормит овечек, бегает по лужайкам, в общем, радуется жизни, как бабочка-капустница. Может быть, это стеб? - тайно надеются поклонники Софии Копполы. Ни капельки. Американка всерьез решила оправдать свою героиню в глазах потомков: оказывается, даже крылатую фразу про пирожные, которые можно есть за неимением хлеба, Мария Антуанетта не произносила. Вот только потомкам от этого ни тепло, ни холодно.