Стабфонд и таджики
В нашей стране сейчас два главных вопроса. Первый - надо ли убивать таджиков? И второй - надо ли расходовать Стабилизационный фонд? Что бы ни говорил русский человек прилюдно, в глубине души мы уверены: таджиков надо убивать, а Стабфонд надо потратить. Две жгучие проблемы не имеют, казалось бы, друг с другом ничего общего, но по существу это один вопрос. Россия все больше походит на мифологического правителя Эрисхитона, которого боги покарали за то, что он вырубил священную рощу, и обрекли на пожирание своих внутренностей. Убивать сограждан, пожирать недра и просаживать деньги это один полюс ценностей, на противоположном библейский завет плодиться и размножаться, подкрепленный человеколюбивым экономическим лозунгом "Обогащайтесь!"
Никогда еще финансовое положение страны не было столь благоприятным для экономики. Деньги в страну текут даже не рекой, а, как у начинающего картежника, хлещут фонтаном. Но показатели экономического роста месяц за месяцем снижаются. Фонтаны у нас сырьевые, подаренные природой, а экономику мы своим умом творим. В особо удрученном состоянии обрабатывающая промышленность, а высокотехнологичный сектор, наукоемкое производство, которое в развитых странах обеспечивает более половины роста экономики, вовсе лежит на боку. Недавний лозунг о том, что Россия, чтобы выбраться из сырьевой ямы, будет строить "экономику знаний", породил надежду в сердцах полуслепой интеллигенции, но теперь он забыт в угоду новым государственным идеям.
И еще жив лозунг об удвоении ВВП. По статистике четверть российского ВВП формируется за счет торгового оборота, а в развитых странах, где растет производство, не более 10%. Наше производство пребывает в условиях катастрофического отсутствия инвестиций, деньги уходят в разогретый фондовый рынок. И если вдруг в экономике появится еще больше денег, выкачанных из Стабфонда, они, это поймет любая кухарка, уйдут в торговлю и это приведет к еще большей инфляции, которая в сфере потребительских товаров уже поднялась до отметки в 20%. Наша экономика не переваривает шальных денег, которые текут в страну. Наша экономика вегетарианец. Если экономику заставить съесть кусок жирнее и больше, чем позволяет ее астеническое строение, это вызовет несварение и инфляционную катастрофу. Правда, для ВВП инфляция союзник. Но обыватель ВВП на хлеб не намажет, а от инфляции придется пояс затягивать.
Со стороны мы кажемся очень ленивыми новых технологий не выдумываем, машин не строим, заводы не ставим. Ленивые люди, кстати, самые злые. Но ленивыми нас сделала экономика мы катаемся в нефти, как кот в сметане. Интегральный экономический потенциал России на 72% формируется за счет сырьевого фактора, более 90% экспорта природные ресурсы. Стабфонд может сделать нас только хуже, еще ленивее. Лучше его оставить до тех времен, когда нефть в цене упадет, а мы опомнимся, поумнеем.
Теперь опять о таджиках и вообще о людях. Замечательный математик и крупнейший авторитет по теории турбулентности академик Владимир Захаров любит использовать физические модели для проверки социальных явлений. Академик Захаров пришел к неоспоримому, из строгих формул вытекающему выводу, что олигархи заинтересованы в уменьшении населения страны. Демографическая проблема, о которой сейчас столько говорят, для олигархов не является проблемой, это, наоборот, желанный результат. В сырьевой экономике необходим лишь обслуживающий персонал. Образование, повышение квалификации, создание рабочих мест совершенно пустое дело. Проще таджиков позвать.
Поэтому таджики в России обречены. Пока экономика не изменит курс, озлобленные аборигены будут и дальше убивать инородцев. Если же раздать на руки населению Стабфонд (Миронов и Рогозин предлагают каждому новорожденному в пеленки завернуть по тысяче долларов), то инфляция разгонится, цены возрастут, а цена жизни в обратной пропорции упадет. Таджики в России вполне могли бы составить личную гвардию министра финансов Кудрина, который защищает Стабфонд от лютых посягательств. Папу римского охраняют швейцарцы если таджики додумаются и переименуются в швейцарцев, то русский человек, который истово верит в слова, будет относиться к ним человечнее. Когда-то в личную гвардию Тамерлана набирали исключительно таджиков.