"Я хочу, чтоб у меня была белая кожа!"
Забей негритенка
Своего отца - африканского студента Института дружбы народов - Максим никогда не видел. Когда ребенку исполнилось три года, его мать вышла замуж. Отчим сразу невзлюбил чернокожего малыша, в итоге в шесть лет Максим оказался в детдоме, откуда его забрала бабушка Роза Сайфуловна. В этом году Максим стал учеником 2 "Б" класса 72-й школы. Учебное заведение для внука бабушка выбирала тщательно, даже консультировалась в департаменте образования. Чиновники рекомендовали эту школу как одну из самых "толерантных" в Западном округе. Но Максиму не повезло.
- Ты, черномазый, чего к нам пришел? - на первой же линейке набросились на мальчика одноклассники. - Нам тут только негров не хватало. Убирайся в свою Африку!
Сейчас с ним никто не хочет сидеть за одной партой, любимая игра на переменках у второклашек - "забей негритенка". Однажды дома бабушка увидела, как Максим расцарапал себе до крови руки.
- Я хочу, чтобы черная кожа слезла и выросла белая, - пояснил парень.
Корреспонденты "Известий" обратились за комментарием к администрации школы № 72.
- В этой ситуации я вижу одну проблему - в бабушке, - считает заместитель директора школы № 72 Олег Вольвач. - В последнее время мы только и делаем, что отвечаем на ее жалобы. В классе к Максиму и дети, и педагоги относятся нормально. У нас к ребенку никаких претензий - он обычный мальчик. Так же, как все, учится, где-то может и пошалить. Расовые конфликты исключены. У нас учатся ребята разных национальностей, разных вероисповеданий. Ни у кого претензий не было. Никто не запрещает ребенку ездить на экскурсии - бабушка сама отказывается его отпускать.
За последние 40 лет в России получили образование 70 тысяч африканцев. Каждый второй из них оставил здесь ребенка
Однако, по словам президента благотворительного фонда "Метис" Эмилии Менсы, расовые конфликты в Москве не такая уж редкость.
- За последний год мы зафиксировали шесть случаев жестокого обращения с темнокожими детьми в столичных школах, - поясняет "Известиям" Эмилия Менса. - Особенно после бесланской трагедии, когда по телевизору объявили, что один из террористов - африканец, в городе был какой-то всплеск агрессии.
Благотворительный фонд "Метис" был основан семь лет назад специально для помощи маленьким афророссиянам. Сколько их точно в Москве, статистика умалчивает. Известно только, что за последние 40 лет в России получили образование 70 тысяч африканцев. Каждый второй из них оставил здесь своего ребенка. Сейчас в фонде занимаются 350 маленьких мулатов. Их здесь учат иностранным языкам, танцам, национальным обычаям. И самое важное - знакомят между собой. По словам психологов, с 3-4 лет чернокожие малыши начинают испытывать комплекс неполноценности. Им кажется, что они неполноценные, что у них обожжена кожа.
- Мой отец - африканец американского происхождения, - говорит Эмилия Менса. - Почти 51 год прожил в СССР и никогда не страдал из-за своего цвета кожи. Тогда пропагандировались дружба народов, интернационализм. Вспомните хотя бы культовый фильм "Цирк" с Любовью Орловой. А вот мои дочери уже столкнулись с современными реалиями. Они не захотели оставаться в России, где их оскорбляли и унижали. Сейчас мы пытаемся помочь афромосквичам найти себя в жизни, научиться противостоять трудностям.
Почти все дети, посещающие фонд, - из неполных, малообеспеченных семей. На этом фоне афро-русскую семью Смирновых (фамилия изменена) можно было бы назвать счастливым исключением. У Ирины и Оби растут трое детей. Младшей три года, старшему - семь. Нигериец Оби получил три высших образования и российское гражданство. Но сейчас вынужден перебиваться случайными заработками. Подрабатывает грузчиком и водителем в одном из посольств.
- Устроиться на нормальную работу африканцу в Москве невозможно, - жалуется Ирина. - Муж регулярно рассылает резюме. По телефону с ним разговаривают любезно, но как только увидят - выставляют за дверь. Некоторые прямо говорят: ехал бы в свою Африку.
"Если есть цель - всего можно добиться"
Корреспонденты "Известий" обратились к знаменитым афророссиянам с вопросом, испытывали ли они когда-нибудь дискомфорт из-за цвета кожи. Исполнитель главной роли в телесериале "Афромосквич", актер столичного театра "Геликон-опера" Алексей Дедов говорит, что он с таким не сталкивался.
- Я родился и рос в Питере. В детстве, конечно, всех во дворе дразнили, клички придумывали. Кто-то лопоухий, кто-то носатый. Вряд ли это можно отнести к расовой дискриминации. Мой отец - выходец из Новой Гвинеи, сейчас живет в Чикаго. Стараюсь поддерживать с ним отношения. Но общаться сложно: находимся в разных плоскостях. Хотя у меня есть возможность, из России уезжать не собираюсь. Я люблю свою страну, мне тут хорошо.
Один из ведущих актеров театра "Сатирикон" Григорий Сиятвинда также считает, что черный цвет кожи ему в России не мешает.
- Я сибиряк, родом из Тюмени, - рассказывает он о себе. - Родители учились в Харьковском университете. Мама - математик, отец - врач из Замбии. Поженились, потом развелись. В школе я был всеобщим любимцем. Правда, сначала, когда пришел в класс, все пальцем показывали, шептались. А потом я заболел. Учительница за это время провела воспитательную беседу с ребятами, и когда я вернулся, отношение резко изменилось. Меня даже выбрали командиром "звездочки". Когда поступал в Щукинское, приемная комиссия долго совещалась, принимать меня или нет. Но - дали "добро". Правда, честно предупреждали, что могу оказаться невостребованным. Слишком неожиданный персонаж для русской сцены. Пессимистические прогнозы, слава Богу, не оправдались. Если есть желание и цель, с любыми трудностями можно справиться.
Алексей Александров, председатель Комитета межрегиональных связей и национальной политики Москвы: "Недоверие обществу компенсируется преданностью к "своим" и враждебностью к "чужим"
Существенную роль в барьерах взаимопонимания между приезжими и принимающим населением играет различие жизненных стилей и ценностных приоритетов у представителей мегаполиса (это личная свобода, независимость, карьера и т.д.) и выходцев из традиционных обществ, где большое значение имеют родо-племенные отношения. В условиях отсутствия развитого гражданского общества и наличия социальных проблем этническая консолидация зачастую служит главным средством достижения определенных социально-экономических выгод. Еще одной причиной такого обособления является и негативная реакция принимающего населения. А именно от самочувствия принимающего населения коренным образом зависит мир и стабильность как в городе, так и в государстве в целом. Наличие рядом с московской молодежью преуспевающей "неместной" их настойчивость и рациональность часто вызывают определенное раздражение. По большому счету проблема состоит в концентрации социального неблагополучия и связанных с этим проблем, таких, как пенсионное обеспечение, предоставление медицинской помощи, занятость свободного времени детей и подростков, школьное образование, различие стартовых условий жизни и приоритетов, наконец, преступность. В этой связи, возможно, правы исследователи, увязывающие рост негативных установок с разрастающимся комплексом социальных обид, принимающих тем не менее форму не социального, а этнически окрашенного протеста. Недоверие обществу компенсируется преданностью "своим", что нередко сопровождается враждебностью к "чужакам" вообще. Есть мнение, что само по себе сокращение доли русских в районах столицы не всегда несет в себе угрозу. Конфликтные ситуации начинают возникать тогда, когда рост этнического разнообразия сопровождается сокращением доли, называемого, конечно условно, среднего класса.