Трудно быть разным
Ведь что, казалось бы, общего между персонажем Гауптмана Маттиасом Клаузеном, бросившимся с головой, как в омут, в последнюю свою любовь, и даже не помышляющим о земной любви Пименом из "Бориса Годунова", подвижным Лениным (он же Ленина играл!!) и иронично-умудренным лордом Болинброком из "Стакана воды". А все равно была в них во всех - от Ленина до Болинброка - какая-то человеческая основательность. Эдакая социальная надежность. Лаврову удавались люди глубокие, трагические, противоречивые (никогда не забуду, как величественно-страшен был он в роли Президента из пьесы Шиллера "Коварство и любовь"), но прощелыгу, пустого и бессмысленного, он сыграть все же не смог бы. Он и его бы наделил своими душевными качествами. Он ведь даже в Молчалине, по словам одного из критиков, был полон "несуетливого достоинства". И Соленый вышел у него серьезным и собранным. И в Городничем чувствовался ум. И в докторе Астрове - мужество и душевная сила.
Каждый, кто хоть раз общался с Лавровым, да просто стоял рядом, знает , каким спокойствием и благожелательностью веет от этого человека. Просто физически ощущаешь - не подведет, не сподличает, склочничать не будет. В нем воплотились лучшие качества не артиста даже, но служителя сцены. Именно так высокопарно и хочется о нем написать. Вот уже много лет после смерти Товстоногова он возглавляет БДТ. Этот тяжелый и не очень благодарный труд, кажется, самого его давно уже тяготит. Но спрашиваешь: "А кого на это место кроме Лаврова поставить можно?". И сам себе отвечаешь: "Некого".