Режиссер Алексей Герман-младший: "Мне и в голову не приходило превзойти отца"
известия: Наступление XX века ознаменовала Первая мировая война. Когда для вас наступил XXI век?<?xml:namespace prefix = o />
Алексей Герман-младший: Это слишком серьезный вопрос для девяти утра. Тем более что последнее время, до премьеры "Гарпастума", я постоянно отвечал на одинаковый набор вопросов: о чем фильм, почему Куценко в роли Блока, так что сейчас надо срочно перестроиться. Итак, о XXI столетии. По-моему, оно еще не наступило. Все, что сейчас происходит, это рудименты XX века. И потом, я не вижу колоссального культурного взлета, какой был в начале XIX и XX столетий.
известия: Говорили, что события 11 сентября положили начало новому веку.
Герман-младший: Нет, при всем трагизме произошедшего для наступления нового века этого недостаточно. Серьезные потрясения еще только впереди. Лет через 5-6, я думаю, случится что-то грандиозное. Мы всего ждем, но пока не знаем, чего. В 1910 году было то же самое: все понимали, что в атмосфере существует напряжение, которое по закону сохранения энергии не может раствориться, но во что оно выльется, никто не понимал.
известия: "Гарпастум" - фильм о поколении, чьи мечты оказались раздавлены колесом истории. То же самое пережило поколение вашего отца. Но разве подобное можно сказать о вас?
Герман-младший: Мы пережили такой же перелом, как и военные поколения, но только без крови. И до сих пор пребываем в растерянности. "Гарпастум" - очень близкая для меня история. У меня так же распалась компания, так же нелепо погибли в Чечне друзья. Мой двоюродный брат - замечательный художник, но в смутное время, в 1991-1993 годах, он подался в бизнес. И сделал это зря. А другие товарищи сели в тюрьму, потому что у них очень резко обеднели семьи и им пришлось любыми путями добывать деньги. Даже мои родители жили в ожидании катастрофы, и только молодежь вроде меня никакого слома времени не замечала.
известия: То есть вы, как и ваши герои, пропустили крах старого мира?
Герман-младший: Мы просто не задумывались об этом. Все события, которые происходили в стране, казались нам странным завлекательным аттракционом. Было столько впечатлений - стало можно смотреть новые фильмы, пить алкоголь, которого мы никогда не пробовали, посещать места, о которых мы и понятия не имели, - что голова была занята совсем не тем. А в это время мой отец переживал, что многие его друзья не могут найти работу, а на "Ленфильме" - темные коридоры, и фактически он - единственный, кто еще снимает кино.
известия: Это особенность молодости - не замечать изменений в мире?
Герман-младший: Видимо, да. Я не верю, когда 20-летние ребята по собственной воле, а не по велению преподавателей вовлечены во время. Я снимал кино про компанию, которая, может, знает, что где-то есть Ахматова и кто такой Блок, а может, и не знает. Я старался не делать кино про интеллектуалов, потому что не верю, что увлечение поэзией можно полноценно совмещать с любовью к футболу. Когда я встречаю энциклопедически образованных спортсменов, то искренне удивляюсь.
известия: Вы оптимистично настроены по отношению к жизни?
Герман-младший: Моментами. Сейчас у меня и у моих друзей все складывается, мы востребованы, наше кино смотрят, вроде бы даже хвалят. Но я стараюсь воспринимать действительность адекватно, понимая, что все еще впереди. Вторая картина режиссера в его творческой судьбе ничего не значит. И сегодня мне интереснее думать о будущем фильме, чем о только что законченном. Я, кстати, никогда не верил словам "картина - это твой ребенок" и тому подобное, и только позавчера, на первом показе "Гарпастума", я осознал, что это - правда. После премьеры фильма что-то выращенное внутри тебя отправляется в путешествие, в котором от тебя уже ничего не зависит. Ты можешь бежать рядом, нести тапочки, помогать этому ребенку не упасть, но пользы от этого практически никакой. Странно, с "Последним поездом" у меня такого чувства не было. Может быть, в "Гарпастум" было вложено больше сил и нервов.
известия: Вы чувствуете в себе силы снимать кино лучше, чем отец?
Герман-младший: Главное, что я чувствую в себе силы снимать кино. Невозможно снять лучше, чем "8 1/2", "Весь этот джаз" или "Последний сеанс". "Мой друг Иван Лапшин" тоже относится к этой категории. Поэтому мне и в голову никогда не приходило превзойти моего отца. Единственное, чего я хочу, - чтобы, посмотрев мои фильмы, если это когда-нибудь случится, он не сказал: "Лучше бы ты пошел в адвокаты". Мне важно доказать себе и окружающим, что я могу снимать фильмы в том направлении кинематографа, которое уважаю. Да, я делаю кино, которое было популярно в 1970-1980-х годах, и не собираюсь играть в игры вроде подражания сначала Тарантино, а потом клипам MTV.
известия: Вы заранее знаете, куда хотите двигаться?
Герман-младший: Если когда-нибудь я сниму 30 минут, которые по своей эстетике и таланту будут хотя бы отдаленно напоминать "Андрея Рублева", моя цель достигнута.