Экспертиза на обочине
"Пристраиваемся с документами в коридоре..."
Дом 13 по Ленинградскому проспекту с 60-х годов известен каждому, кому доводилось оспаривать решения районных бюро медико-социальной экспертизы: здесь располагается Главное бюро. Это врачи, эксперты, психологи, медсестры, регистраторы, курьеры. Зачастую по одному человеку на две-три должности. Штат делится на 18 составов (специализированные - "по болезням" и территориальные - курирующие разные округа Москвы).
- Случается, мы принимаем до 150 человек в день, - говорит председатель состава № 6 Елена Николаева. - В каждом составе должно быть 4 врача, медсестра, медрегистратор, специалист по реабилитации, курьер. У нас же, например, четыре врача и медсестра, она же регистратор. В филиалах некомплект достигает 50%. В одних кабинетах за одними столами посменно работают два-три состава. Когда у нас заканчивается время приема, уступаем место другому составу, а сами с документами пристраиваемся где придется - хоть в коридоре.
Пациенты в большинстве случаев приходят сюда искать правды. То есть с известным настроем. И каждому надо объяснить, почему ему установлена та или иная степень нетрудоспособности, почему решение филиала было верным. Впрочем, случается, решения пересматривают в пользу инвалида. В общем, работа крайне нервная, требующая деликатности и умения понятно изъясняться. А последнее непросто: ну как объяснить инвалиду, не обидев, почему ему дают 2-ю степень ограничения трудоспособности, а не 3-ю, за которую пенсия положена на 650 рублей больше? Документально мотивировать решение невозможно: второй год действует закон, по которому размер пенсий исчисляется исходя из степени нетрудоспособности, но федеральное правительство до сих пор не утвердило четких критериев.
Людей, которые обращаются в Главное бюро или в филиалы впервые, с больничными листами на руках, или инвалидов, кому пришел срок переосвидетельствования, принимают без очереди. Пенсионеры, сражающиеся за 3-ю степень, записываются на прием за месяцы - слишком их много. "Мы же понимаем, - уверяют эксперты, - что пересмотра ранее установленной степени требуют самые бедные, для кого 650 рублей - большие деньги".
"Прежде чем строить вертикаль, надо было подумать"
Теперь 650 рублей стали большими деньгами и для самих экспертов.
- Пока мы подчинялись Москве, - рассказывает Людмила Молчанова, уволившаяся с должности заместителя начальника Главного бюро МСЭ по Москве, - зарплата врача с учетом "лужковской надбавки" и других доплат составляла 8-14 тысяч. Теперь, по федеральной тарифной сетке, без надбавки, врач, проработавший несколько десятилетий, получит в полтора-два раза меньше. Но ведь и мы москвичи и работаем для москвичей.
- Не спорю, вертикаль строить нужно, - убеждена начальник Главного бюро МСЭ Галина Лапшина, - но прежде следовало все продумать и подготовить. Раньше районные бюро подчинялись окружным управлениям соцзащиты. Теперь все 113 - нам. То есть штат увеличился со 100 до 1650 человек, но ни бухгалтерская, ни кадровая службы у нас не укомплектованы. Вакансии есть, но на такие зарплаты никто не идет работать. Не до конца продуманы вопросы финансирования. Москва снабдила все наши бюро оргтехникой, компьютерами и обеспечением для единой электронной базы данных, обучила сотрудников. Но мы не можем пролонгировать договор с владельцами этой программы - денег не хватает. Неужели придется возвращаться к бумажным носителям?
Работать в коридоре и писать на бумажках - полбеды. Как бы не пришлось принимать инвалидов прямо на улице. В свое время правительство Москвы предоставило бюро МСЭ право совершенно бесплатно занимать помещения в муниципальных учреждениях - поликлиниках, собесах и т.д. Но поскольку Бюро стало федеральным госучреждением с филиалами, город оказался освобожденным от обязательств. Кое-где префектуры уже уплотняют районные бюро. А телефонные узлы предупреждают об отключении телефонов. Логично: телефонисты не могут предоставлять услуги организациям, не имеющим ни свидетельства о праве собственности, ни договора аренды на помещения.
- Мы юридически не можем предоставить федеральным учреждениям помещения в безвозмездное пользование, как они того просят, - пояснил "Известиям" глава департамента имущества Москвы Владимир Силкин. - А после того, как Москву лишили субвенций на исполнение ею столичных функций, мы приняли решение сдавать им площади в аренду только по рыночным ценам.
Кстати, единственным субъектом федерации, сохранившим в своем ведении бюро МСЭ, оказался город Санкт-Петербург. Говорят, по личной просьбе губернатора Валентины Матвиенко.