Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Сенаторы-республиканцы предложили выделить Украине $129 млн
Мир
МВФ оценил дефицит финансирования Украины в 2027 году в $32–34 млрд
Мир
В Ормузском проливе после атаки произошло возгорание танкера
Происшествия
В Алтайском крае 31 населенный пункт остался без света из-за аварии на ЛЭП
Мир
Си Цзиньпин встретился с премьер-министром Канады в преддверии саммита АТЭС
Мир
В Токио заявили о якобы нарушении самолетами РФ воздушного пространства Японии
Армия
Российские десантники заняли опорный пункт ВСУ на ореховском направлении
Мир
Папе римскому Льву XIV попали в глаз брошенными из толпы четками
Происшествия
Три человека погибли при столкновении двух автомобилей в Ингушетии
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Мир
Поверенный в делах Украины в США заявил об ограничениях работы Starshield для ВСУ
Мир
Ле Пен намерена прекратить помощь Украине в случае избрания президентом Франции

Репу парят - щепки летят

Как и многих театральных сектантов ХХ века, Станевского и его коллег живо интересовала разнообразная архаика. И вообще все аутентичное, фольклорное, посконное, домотканое. То есть то, без чего культуру ХХ века представить уже невозможно. В некоторых случаях (и даже очень часто) упорные поиски первозданности сами становятся предметом спекуляции, в случае с "Гардзенице" они стали источником вдохновения. Помню, как впервые увидела этот театр лет двенадцать тому назад на фестивале в Торуни
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
Гастроли необычного польского театра "Гардзенице" очень удачно вписались в новый тренд Центра им. Мейерхольда, который впору уже переименовывать в Центр изучения античности. Древнегреческих классиков здесь ставят и ставят. Поляки сыграли на сцене ЦИМа спектакль по мотивам "Электры" Еврипида. Точнее говоря, по мотивам всей античности. Такой спектакль-ликбез.

Польский Центр театрального мастерства "Гардзенице" принадлежит к тому направлению в современном искусстве, которое (с большими оговорками, конечно) можно назвать "руссоистским". Его создатель и вдохновитель Влодзимеж Станевский был явно увлечен идеей превратить своих артистов из испорченных и избалованных детей цивилизации в тянущихся к естественности и простоте детей природы. Вышедший из "шинели" Ежи Гротовского, Станевский давно, еще в 70-е порвал со своим учителем, уехал в глушь под Люблин и в разрушенной немцами усадьбе создал эдакую театральную коммуну с некоторыми элементами сектантства. Во всяком случае желание отгородиться от порочного мира сыграло немалую роль в его сценических поисках.

Как и многих театральных сектантов ХХ века, Станевского и его коллег живо интересовала разнообразная архаика. И вообще все аутентичное, фольклорное, посконное, домотканое. То есть то, без чего культуру ХХ века представить уже невозможно. В некоторых случаях (и даже очень часто) упорные поиски первозданности сами становятся предметом спекуляции, в случае с "Гардзенице" они стали источником вдохновения. Помню, как впервые увидела этот театр лет двенадцать тому назад на фестивале в Торуни. Артисты Станевского играли один из самых известных своих опусов "Житие протопопа Аввакума", и не только они сами, но даже пространство вокруг них было заряжено какой-то фантастической энергией. Спектакль представлял собой не продуцирование смысла, пусть даже смысла сугубо театрального, а некий энергетический (точнее, экстатический) шквал. Он долетал до зрителей, сметая по пути все барьеры - языковые, идеологические, психологические, и ты волей-неволей вступал с артистами в резонанс. В их сценических радениях и в самом деле было что-то доцивилизационное, магнетическое, притягательное, аппелирующее не к доличностному (а, может, и надличному) началу в человеке.

Несколько лет тому назад в "Гардзенице" увлеклись античностью и стали перемежать лабораторные театральные опыты сугубо научными штудиями. Теперь Станевский очень много знает не только о древнегреческой драме, но и о вазописи, о принципах древнегреческого стихосложения, о технике жестов. Все эти знания он как раз и постарался уместить в спектакль, который поставлен по "Электре" Еврипида, но ни к Еврипиду, ни к его пьесе не имеет ни малейшего отношения. Если попытаться определить сюжет этого представления, то придется сказать так: это спектакль об античности. О том, что артисты "Гардзенице" успели узнать о ней и вот теперь спешат поделиться с дорогими зрителями. Сюжет трагедии распадается на отдельные сценки, которые не более чем иллюстративный материал для красочных рассказов о значении той или иной позы на греческой вазе, о нотах, которыми записывалась музыка к спектаклям, о мифе, который лежит в основе пьесы, об Еврипиде, который... И т.д. и т.п. Хор в древнегреческом спектакле был неким нравственным камертоном, так или иначе оценивающим действия героев. В спектакле Станевского он превратился в коллективного лектора, рассказывающего и показывающего зрителям кучу любопытнейших вещей. Этот рассказ куда как увлекателен, но помимо того, что этот сценический ликбез безнадежно убивает смысл еврипидовской пьесы (пьесы, надо сказать, очень непростой, состоящей в прихотливых отношениях с мифологической традицией), он разрушителен и для самой эстетики театра. Прежде прорваться к первоосновам жизни и искусства в "Гардзенице" пытались на эмоциональном уровне, выключив рацио и включив память тела. Вступив с прямой контакт с потоком жизни. Теперь этот прорыв пытаются совершить, переведя сложный сюжет на язык театрального примитива. Но эта попытка разъять великий текст совершенно рациональным путем оказалась сродни попытке поверить гармонию не алгеброй даже, а арифметикой: вот вам Еврипид, он прост, как "дважды два - четыре". Как урок в школе. Как тетрадка в клеточку. Как пареная репа. Вот-вот. Совсем как репа: готовить легко, но удовольствия от еды - никакого.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир