Александр Михайлин: "Бороться с шустрыми соперниками было слишком тяжело"
известия: Можно ли назвать вашу победу на Суперкубке "возвращением Михайлина"?
Михайлин: Так я ведь никуда и не пропадал. В прошлом году мне пришлось довести свой вес до 100 килограммов, поскольку в самой тяжелой весовой категории было понятно, что на Олимпиаду поедет Тамерлан. Но сгонка веса была только на один год - на серию турниров, на которых можно было зацепиться за Олимпиаду. Вес берет свое, и, сдерживай я его постоянно, были бы проблемы со здоровьем. Даже если бы я вышел на Олимпиаду и выиграл ее в категории до 100 кг, после Игр я бы вновь вернулся в супертяжи.
известия: Как вам за две недели удалось сделать то, чего люди не могут сделать годами, - капитально сбросить вес?
Михайлин: Секрет: ограничение в пище и усиленные тренировки. Фактически мой рацион питания был пуст - легкие салатики и минералка. Но я допустил ошибку: стал сгонять вес очень поздно, за две недели до московского турнира. Поэтому 7 килограммов убил быстро, а остальные 9 сжигались очень медленно.
известия: Все равно - фантастический результат...
Михайлин: Да нет, нормальный. Когда цель есть, ты пытаешься ее добиться любыми способами. Сейчас вот вернулся к рабочему весу - 115-117 кг. Слава богу, резкие изменения веса на здоровье не сказались. Прохожу все диспансеризации, и никаких осложнений у меня не нашли.
известия: А как набирали вес? Наверное, ели все подряд?
Михайлин: Нет, конечно. А у меня диета была такая, чтобы вес был подвижным. Из-за того, что быстро согнал массу, вес никак не хотел набираться, стоял на отметке 103 кг. Пришлось усиленно заняться тренажерами.
известия: Вы как-то сказали, что категория до 100 кг не ваша и вам в ней неудобно. Чем именно?
Михайлин: Когда борешься в самой тяжелой весовой категории, испытываешь моральное облегчение. Ты не ограничиваешь себя в пище, и перед соревнованиями тебе не надо сгонять вес, как это делают борцы до 100 кг. После тяжелого веса, где борцы менее подвижны, перейти к шустрым стокилограммовым соперникам было тяжело.
известия: Теперь Тамерлан Тменов - снова ваш главный конкурент. Вы всегда говорили, что вы с ним друзья. В чем эта дружба заключается?
Михайлин: В том, что мы друг за друга болеем и поддерживаем. Живи мы в одном городе, виделись бы чаще. А учитывая, что он из Владикавказа, а я - из Москвы, приходится ограничиваться редкими, пусть и очень теплыми встречами.
известия: С какими чувствами смотрели Олимпиаду, где Тменов остановился в шаге от золота?
Михайлин: Когда первый раз не попал на Игры, была обида. Афинские баталии наблюдал без зазрения совести: чтобы оказаться там, я сделал все, что от меня зависело.
известия: А как отреагировали на поступок Дмитрия Носова, который вышел на матч за третье место со сломанной рукой? При неудачном раскладе такая жертва могла поставить крест на карьере...
Михайлин: В его ситуации, мне кажется, так поступил бы каждый. Олимпиада проходит раз в четыре года, и здесь люди пытаются зацепиться за любой сучок, чтобы попасть в призеры. Никто бы не стал говорить: «У меня рука болит, я снимаюсь». Тем более до того он встречался с Мехманом Азизовым и выигрывал у него.
известия: Но другие дзюдоисты почувствовали, что из Афин героем вернулся именно бронзовый призер Носов?
Михайлин: Журналисты сделали из Димы героя. А про другие подвиги наших борцов в Афинах забыли. Тменов был третьим в 2000 году, стал вторым спустя четыре года, то есть добился прогресса в самой престижной категории дзюдо. Виталий Макаров выиграл серебро, хотя никто не обращал внимания на то, что у него были серьезнейшие проблемы с ребрами.