Гильотинировал грехи
В будущем, когда Бог окажется окончательно забыт и ужасы ада перестанут пугать смертных, единственное, что заставит людей воздерживаться от грехов, - мысль о том, каким ты останешься в памяти потомков. Однако самые богатые жители планеты смогут решить и эту проблему: при рождении в их мозг будет вставлен микрочип, который запишет все, что видел и слышал его обладатель. Потом опытный монтажер составит из кусочков записи ролик, который и останется на память безутешным родственникам.
Алан Хэкмен (Робин Уильямс) - лучший монтажер. Он считает себя "пожирателем грехов" и, сидя за столом, напоминающим диджейский пульт (кстати, сами монтажеры называют его гильотиной), невозмутимо стирает все файлы, порочащие усопшего. Наследники получают конфетку. Однажды Алану пришел заказ нарезать ролик о влиятельном юристе, однако противники электронной памяти пытаются выкрасть микрочип.
Выходец из Иордании Омар Наим в своем первом полнометражном фильме задает массу любопытных вопросов, пытаясь рассмотреть проблему со всех сторон. Заставляет ли понимание того, что все твои слова и поступки записываются, меньше грешить? Или, наоборот, микрочип придает уверенность в том, что мастерски сделанный посмертный ролик создаст нужный имидж покойному? Поможет ли микрочип в раскрытии преступлений, став той самой сетчаткой, которая, по мнению детективов позапрошлого века, должна запечатлевать лицо убийцы? Можно ли копаться в чужой жизни и самому выбирать, что останется в памяти потомков?
Последний вопрос должен задавать себе Алан. Однако, глядя на Робина Уильямса, не чувствуешь, что его героя волнуют этические аспекты работы "пожирателя грехов". Действие "Окончательного монтажа", который мог бы стать сильнейшей психологической драмой, движется вперед исключительно благодаря перипетиям сюжета, а не внутренней борьбе главного героя. Впрочем, Робин Уильямс вовсе не плох. Он всем своим видом олицетворяет знаменитое "трудно быть Богом". Бог Уильямса усталый, сосредоточенный, сутулый, быстро стареющий мужчина, который настолько занят чужими жизнями, что ему некогда подумать о своей. Что уж тут говорить о самокопании.
В фильме любопытна работа оператора. Камера, становясь на точку зрения микрочипа, начинает двигаться так же произвольно, как и взгляд человека. Конечно, назвать новаторством такой прием нельзя - изобретен он был еще в начале XX века немецким экспрессионистом Фридрихом Мурнау. Однако сцена, в которой камера проходит путь младенца, появляющегося на свет, стоит отдельного упоминания. Жаль только, что Омар Наим нередко оставляет зрителя без сладкого, интригуя, но не показывая, что было дальше.
Режиссер "Окончательного монтажа" полтора часа умудряется держать зрителя в напряжении и тревожном ожидании чего-то ужасающего. Однако футуристический триллер, затрагивающий вопросы общечеловеческого масштаба, неожиданно превращается в местечковую разборку. Как будто воздушный шарик, надутый до огромных размеров и переливающийся всеми цветами радуги, вместо того чтобы улететь в небесную высь или, на худой конец, оглушительно лопнуть, вдруг вылетел изо рта хозяина и с пронзительным писком упал на землю, жалкий и сморщенный.