Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Товарооборот России и Вьетнама вырос более чем на 12% за восемь месяцев
Мир
Путин отметил взаимный рост интереса к изучению языков в России и КНР
Общество
Глава Минтруда сообщил о повышении соцвыплат в 2027 году по уровню инфляции
Мир
Лукашенко призвал Белоруссию и Латвию преодолеть политические разногласия
Общество
ГД приняла закон об увеличении лимита страхования по долгосрочным вкладам
Мир
Лихачев сообщил о сохранении объемов поставок урановой продукции в США
Мир
Лидеры народа сето потребовали от Эстонии компенсаций при закрытии границ с РФ
Мир
Посол РФ предложил Молдавии регулярно проводить встречи на уровне МИДа
Общество
Правительство РФ приняло меры по обеспечению грузами жителей Крыма
Общество
Глава Рособрнадзора заявил о проработке ограничения продажи микронаушников
Армия
Российская армия поразила объекты военной инфраструктуры ВСУ в порту Измаил
Мир
Иранские беспилотники атаковали американскую авиабазу в Кувейте
Общество
МВД предупредило о мошенничестве с розыгрышами от известных брендов
Мир
Уиткофф и Кушнер не смогли прилететь в КНР из-за переговоров с европейцами
Армия
Силы ПВО уничтожили 184 украинских дрона за ночь
Мир
NBC узнал о разногласиях из-за помощи Киеву при утверждении военного бюджета США
Мир
Путин проинформировал Си Цзиньпина о ситуации в зоне СВО
Общество
Минпромторг предложил эксперимент по цифровой маркировке детской мебели

Кровные деньги

В Беслане началась выплата компенсаций жертвам сентябрьского теракта и их близким. За каждого погибшего власти выплачивают 200 тысяч рублей плюс 43 тысячи - на погребение. Работники суда и сотрудники Минсоцзащиты говорят, что после прочтения некоторых исков им становится просто противно: родственники погибших родителей спорят, кому быть опекунами над сиротой, - на кону большие деньги. 1 сентября Мадина Хубаева повела своих детей - 11-летнего Руслана и 8-летнюю Илону в школу
0
Игорь Каргиев потребовал признать его отцом Руслана только после его гибели. При жизни Руслан носил фамилию матери
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
В Беслане началась выплата компенсаций жертвам сентябрьского теракта и их близким. Большие деньги стали причиной раздоров среди родственников жертв теракта: за погибших детей компенсацию получают их опекуны. Сейчас суды Осетии завалены исками о признании опекунства.

За каждого погибшего власти выплачивают 200 тысяч рублей плюс 43 тысячи - на погребение. Получившим тяжелые и средние ранения - 100 тысяч, а легко раненным и уцелевшим - 50 тысяч рублей. Компенсацию за несовершеннолетних детей, а их было большинство среди заложников, получают родители или опекуны. Работники суда и сотрудники Минсоцзащиты говорят, что после прочтения некоторых исков им становится просто противно: родственники погибших родителей спорят, кому быть опекунами над сиротой, - на кону большие деньги.

"У него в одночасье проснулись отцовские чувства"

1 сентября Мадина Хубаева повела своих детей - 11-летнего Руслана и 8-летнюю Илону - в школу. После штурма в живых осталась только дочь. С проникающим ранением правого глаза она была доставлена в Москву, в Морозовскую больницу. Потом ее оперировали в Германии.

Опекунство над Илоной оформила ее бабушка - мать погибшей Мадины Александра Андреевна. В отделе по опеке администрации Правобережного района препятствий бабушке не чинили.

- Мы выяснили, что биологический отец детей Игорь Каргиев не принимал участия в воспитании детей, в браке с их матерью не состоял, дети носили фамилию матери, и даже в их свидетельствах о рождении в графе "отец" стоит прочерк, - сообщила «Известиям» участвовавшая в решении этого вопроса сотрудница Министерства труда и социального развития Северной Осетии Жанна Гецаева.

За погибших Мадину с Русланом и раненую Илону бабушке Саше в общей сложности полагается 586 тысяч рублей! Она уже получила половину этих денег, как возникло неожиданное препятствие - 11 октября Правобережный районный суд признал отцовские права за Игорем Каргиевым.

- Александра Андреевна с нашей помощью обжаловала это решение, - говорит Жанна Гецаева. - Мы будем участвовать в процессе и постараемся защитить интересы Илоны Хубаевой, а они, я считаю, состоят в том, чтобы опекунство над девочкой сохранялось у бабушки.

Вот что говорится в кассационной жалобе, подписанной Александрой Хубаевой: "Моя дочь Мадина Хубаева проживала в моем доме по улице Северной. Она была матерью-одиночкой и получала ежемесячное пособие на детей как одинокая мать. Чтобы содержать детей, вынуждена была работать на тяжелых работах. Каргиев тогда не заявлял о своих отцовских правах и не исполнял отцовских обязанностей по содержанию и воспитанию детей. Он вел праздный образ жизни, не работал, увлекался наркотиками, за что был осужден Правобережным районным судом в феврале 2000 года к 2 годам лишения свободы. И вот теперь, когда дети стали жертвами террористического акта и открылись возможности для получения материальной и гуманитарной помощи, у Каргиева в одночасье проснулись отцовские чувства, которые суд поспешил удовлетворить с грубыми нарушениями норм материального и процессуального права".

- За все годы он, может быть, один раз буханку хлеба в дом принес, - говорит об отце Руслана и Илоны сестра Мадины Марина. - Бил ее. А когда она требовала, чтобы он уходил и никогда не возвращался, он подходил к печке и говорил, что сунет голову в огонь. Он же наркоман, кто его знает, что у него в голове...

"Это мои дети"

Каргиевы живут на окраине Беслана. Первым делом Игорь проводит корреспондента "Известий" в свою спальню, где над большой кроватью два траурных портрета - жены Мадины и несколько застенчивого, очень похожего на отца 11-летнего Руслана. На столе в прихожей - фотографии Руслана и его сестренки, восьмилетней Илоны. Семейных фото практически нет. Игорь говорит, что все они в материалах дела в суде.

- Я возил Илону в Москву на лечение, а по возвращении узнаю от следователя прокуратуры, что теща оформила опекунство над Илоной и уже пользуется деньгами, - вступает в разговор Игорь. - Это при мне, живом отце. Я тут же с заявлением в суд, который 11 октября подтвердил, что именно я являюсь родителем обоих детей, хотя и не состоял с Мадиной в официальном браке. А значит, всякое опекунство незаконно и полученные нечестным путем деньги на ребенка придется возвращать.

Игорь поясняет, что расписываться с Мадиной они не стали сначала из осторожности - вдруг не заладится совместная жизнь, а затем из умысла: Мадина как мать-одиночка получала пособие на детей. По чьему умыслу в свидетельстве о рождении Илоны не указан отец, ему неведомо. По поводу ярлыка бездельника и наркомана у Игоря тоже своя правда:

- Мне действительно дали в суде четыре года назад условный срок за наркотики. Но мне их тогда подбросили. Я не кололся. И бездельником никогда не был. Это все знают. Жена и дети жили со мной на Степной, а не с тещей, как она утверждает.

- Что правда, то правда, - подтверждает сосед Каргиевых Сергей Дзабаев. - Дети у них тут и родились, и в первую школу отсюда ходили, хоть до нее и далеко - около получаса ходьбы. Вот и 1 сентября Мадина попросила у соседей цветы и отправилась с детишками на утренник. Я это сам видел.

Похожие отзывы и у других соседей.

- Наша семья не исключение, - признает сестра Игоря Каргиева Нонна. - Во многих дворах после смерти матерей 3 сентября начался постыдный торг за право опекать детей с целью воспользоваться большими деньгами. А о самих детях при этом мало кто думает.

"Отдай им деньги, а нам - ребенка"

Сотрудники Минсоцзащиты говорят, что случаи, когда родственники не могут поделить компенсацию, все же редки. Чаще бывает наоборот: когда родственники предлагают отдать компенсацию другой родне, а им - оставить ребенка.

Так было с родней 4-летнего Георгия Кониева. (В номере от 20 октября "Известия" рассказывали об этом мальчике.) 1 сентября вместе с мамой, папой и бабушкой он пошел проводить в первый класс старшего брата - 7-летнего Али. После штурма в живых никого, кроме Георгия, не осталось. С минно-взрывными травмами, открытым переломом левого предплечья, оторванными фалангами левой кисти и осколочными ранениями грудной клетки мальчик был помещен в Российскую детскую клиническую больницу. В больнице вместе с Георгием находится его тетя по отцовской линии - Марина, у нее дети-двойняшки на год старше Георгия.

- Мы две недели чуть ли не каждый день звонили родственникам с обеих сторон, чтобы они получили компенсацию, но никто не приходил, - рассказывает Жанна Гецаева. - Геннадий, брат погибшей мамы, говорил: пусть они (родственники по линии отца. - "Известия") возьмут, нам не надо. Звоним родным со стороны погибшего отца, а Олег, его брат, тоже наотрез отказывается: нет, говорит, не будем брать эти деньги, отдайте родным матери. И оба, Геннадий и Олег, независимо друг от друга говорят, что племянника на улице и без "этих денег" не оставят. Каждый говорил, что готов взять ребенка, а деньги пусть берет другой. В конце концов я говорю, что нельзя мне оставлять деньги на балансе, кто-то должен их получить. Тогда пришел Олег, брат отца, и получил.

Родственники погибших родителей маленького Георгия не скрывают своей обиды на социальных работников Беслана. В первые дни после теракта по одному из федеральных телеканалов показали сюжет о Георгие, и сотрудница одного из федеральных ведомств захотела его усыновить. Она попросила одну из сотрудниц соцзащиты в Беслане поговорить с родственниками, не будут ли они против.

- Передай им, что, если нужен ребенок, пусть берут в детдоме, а у нашего племянника, слава богу, родные есть, - это было самое вежливое, что ответили Олег и Геннадий.

Сейчас начинается оформление опеки над 4-летним Георгием. Окончательное решение еще не принято, но скорее всего ребенок останется в семье дяди по отцовской линии.

- Если есть возможность выбора, мы рекомендуем оставить ребенка в полноценной семье, где есть отец, мать и дети, - объясняет это решение Жанна Гецаева.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир