Семь лет за шесть убийств
Разгром «слоновской» преступной группировки стал подлинным триумфом прокуратуры Рязанской области. Перед судом предстали 22 человека. Для судебного процесса над ними на машиностроительном заводе заказали специальную клетку. 99 томов, почти две тысячи свидетелей и 130 потерпевших. Когда 25 января 2000 года огласили приговор, Леонид Степахов, получивший 15 лет, вцепился в прутья решетки и тряс ее что есть силы, выкрикивая проклятья. Среди подсудимых он был самым авторитетным, но не ожидал, что ему дадут такой большой срок. А те, кому удалось довести дело до суда, не ожидали, что встретятся с ним снова уже через четыре года.
"Слонам" платила вся Рязань
В "слоновской" группировке Степахов состоял с самого ее возникновения в конце 80-х. Банду организовал таксист Вячеслав Ермолов по кличке Слон. Сначала были наперстки, а еще позже - "разводка" продающих машины "лохов". Осекшись на одном из дел, почти все "слоны" получили сроки. Степахов и сам Слон сумели отделаться условными приговорами.
Расцвет группировки наступил в середине 90-х годов. Среди бандитского беспредела "слоны" чувствовали себя как рыбы в воде.
- Впервые мы узнали о группировке Ермолова 26 ноября 1993 года, - рассказывает следователь по особо важным делам Рязанской облпрокуратуры Дмитрий Плоткин, - в клубе завода Сельмаш, где собирались члены известной айрапетовской группировки, неизвестные устроили настоящее побоище. Несколько человек в масках с автоматами ворвались в клуб и начали палить без разбора. Погибли 8 человек, еще десять были ранены. Сам глава клана Айрапетов пришел ко мне на допрос и сказал, что это могли быть только "слоны". Между этими группировками началась настоящая война, Айрапетова скоро убили, а "слоны" подмяли под себя весь город. Группировка насчитывала до 800 боевиков. Дань ей платили все - начиная с газетных лотков. "Слоны" умудрялись выбивать деньги даже из убыточных предприятий, из колхозов, что дышали на ладан, из похоронных контор (дань с них брали памятниками для свежих могил своих бойцов). Позже, когда нам удалось раскрутить маховик этого уголовного дела, от потерпевших ни за какие посулы не удавалось получить признание в том, что они платят "слонам". В прокуратуре даже пошли на дерзкий шаг - сформировали из оперов лжебанду, они ходили по коммерсантам и предлагали крышу. Те удивлялись: «Вы что, ребята, мы же уже платим "слонам".
И удивление это было вполне искренним. В Рязани никто не смел даже попытаться отбить у группировки Ермолова добычу. Расправа была быстрой и кровавой. Как правило, эти убийства становились "висяками", лишь годы спустя часть из них удавалось раскрыть. Выяснить, что главным киллером группировки был Леонид Степахов, удалось далеко не сразу.>
Пузыря берегли для серьезных заказов
Пузырь долгое время не выделялся ничем. Бывший футболист местного "Спартака", бывший инструктор по физкультуре, числился заместителем директора небольшой фирмы. В прокуратуре не подозревали, насколько серьезную роль в группировке играет Пузырь. По мелочам его не нагружали. Пузырь устранял самых серьезных конкурентов группировки - воров в законе и авторитетов. На это не решались даже самые преданные "слонам" люди.
18 ноября 1994 года Степахов выслеживает и убивает Дмитрия Кочеткова - лидера чеченской преступной группировки. На одной из вечеринок Кочетков хвастается, что скоро вся Рязань будет под ним, и обещает разделаться со "слонами". Степахов разрядил в него обойму из пистолета во дворе ателье "Трикотажница".
6 февраля 1995 года группа Степахова убивает лидера "архиповской" группировки авторитета Александра Архипова. Последний, выйдя из тюрьмы, намеревается вернуть себе контроль над рядом коммерческих предприятий. Но на свободе он прожил не долго - Степахов выслеживает его и расстреливает машину из автомата прямо на ходу.
3 апреля 1995 года пришла очередь преемника Архипова - Ермошина. Как в гангстерской саге Степахов назначил Ермошину встречу для решения проблем. И хладнокровно убил выстрелом в затылок.
А 11 октября 1995 года произошла настоящая бойня. На этот раз наступил черед контролировавшего Рязанский мясокомбинат Сергея Чекирова. Застать жертву без охраны тогда не удалось. Дождавшись удобного момента, Пузырь расстрелял Чекирова из автомата вместе с двумя охранниками.
Степахов практически не оставлял улик. Вычислили его всего по одному слову, расслышанному во время "прослушки" сквозь треск помех. То, что дело смогли довести до суда, в прокуратуре считают чудом.
- По старому кодексу такого набора хватило бы для высшей меры, - говорит Плоткин, - но высшую меру уже не давали, а пожизненное еще не давали. Поэтому Степахова вместе с другими осудили на 15 лет лишения свободы. Чтобы добиться этого приговора, потребовалось почти 4 года следствия и суда. Каково же было наше удивление, когда Степахов вышел на свободу уже этим летом, то есть спустя четыре с половиной года после вынесения приговора.
Условное стечение обстоятельств
На приговоре Пузырь рвал прутья решетки отчасти из-за того, что из пятнадцати лет приговора восемь он должен был отбыть в тюрьме - в знаменитом Владимирском централе, выйти откуда до срока невозможно. Но уже в июле 2001 года его переводят со строгого режима на общий. Еще через полтора года из централа переводят в рязанскую колонию. В прокуратуре уверены, что эти перемещения не случайны - Степахову нужна была чистая характеристика с последнего места отсидки.
Последующие события в прокуратуре расценивают как заговор. В начале июня судья Рязанского райсуда Виталий Черноусов пересматривает приговор: вместо 15 лет - 11 с половиной. Судья сослался на поправки в Уголовный кодекс 16 декабря 2003 года: из кодекса исчезло понятие неоднократности, и любой подсудимый получил право ходатайствовать о смягчении участи. Черноусов же не только убрал понятие неоднократности, но и переквалифицировал обвинение в бандитизме со ст. 209 нового кодекса на ст. 77 УК РСФСР. Дескать, преступления Степахов совершал до 1997 года, вот и сидеть ему по старому кодексу.
Заседание прошло без прокурора, и в прокуратуре о решении узнали уже после того, как оно вступило в законную силу. А спохватились уже после того, как было принято второе решение. 9 июля тот же Виталий Черноусов удовлетворяет ходатайство Степахова об условно-досрочном освобождении (УДО).
- Это была пятница, - вспоминает прокурор Валерий Симкин. - Уже в понедельник все встали на уши, мы оспорили решение о применении УДО в суде. Но было поздно: Степахова и след простыл.
Мало кто в прокуратуре Рязани верит в столь удачное для Степахова стечение обстоятельств. Вслух подозрения в адрес судьи никто старается не высказывать, однако в том, что оба решения суда были хорошо подготовлены, не сомневается никто.
Самое любопытное, что на втором заседании присутствовал рязанский спецпрокурор по надзору за соблюдением законности в исправительных учреждениях Рязанской области Андрей Соловьев. Как значится в материалах суда, именно прокурор рекомендовал Черноусову отпустить Степахова. Узнав об этом, Генпрокуратура выслала в область специальную комиссию. Проверка шла несколько месяцев, и в середине октября в Рязанский районный суд обратился заместитель генпрокурора Николай Савченко с требованием привлечь Соловьева к уголовной ответственности за превышение должностных полномочий. По мнению Генпрокуратуры, Соловьев как минимум должен учесть взыскание Степахову в 2002 году за межкамерную связь.
Решения суда о привлечении Соловьева к ответственности еще нет. Но уже 13 октября на коллегии Рязанской областной прокуратуры было принято представление об отстранении Соловьева от должности. Не обошли стороной неприятности и Виталия Черноусова - ему пришлось срочно выйти на пенсию. Решение об освобождении Пузыря было отменено. Пересмотрели и решение о смягчении наказания. Было даже принято специальное решение о том, чтобы водворить Степахова в колонию немедленно. Адвокат Степахова Игорь Санфиров, правда, подал на это кассационные жалобы, которые еще будут рассматриваться в Верховном суде.
Но для того чтобы ознакомить Степахова с этими решениями, его нужно найти. А это прокуратуре ныне не под силу.
- На самом деле освобождение Степахова выявило целую проблему, - считает прокурор Рязанской области Юрий Рыжков. - Она состоит в том, что сегодня, после либерализации законодательства, на волю выходят настоящие убийцы. Может быть, с точки зрения гуманизма это и правильно, но, на мой взгляд, этот процесс необходимо поставить под определенный контроль. Суды ведь не изучают то, что совершил человек. Они смотрят лишь на то, как он вел себя в колонии, и нередко их решения выглядят не очень обоснованными. Да, сегодня районные суды имеют право принимать решения об условно-досрочном освобождении Я считаю, что это неправильно. Нужно, чтобы возможность УДО в каждом конкретном случае изучала специальная комиссия. Может быть, тогда мы сможем избежать того, что произошло. Сейчас для нас самое главное - это поместить Степахова обратно в колонию.
"Пересмотр приговоров стал рутинным делом"
Наверное, на этом материал можно было бы закончить. Однако, читая текст решения Рязанского областного суда, отменяющего пересмотр срока для Степахова, трудно справиться с изумлением. Да, все правильно: облсуд отменяет решения судьи Черноусова о сокращении срока до 11 лет и 6 месяцев и об УДО после 7 лет и 8 месяцев отсидки. Облсуд снижает Степахову срок всего на 4 месяца - теперь ему предстоит отсидеть 14 лет и 8 месяцев. Интересна аргументация, которую приводит в своем решении облсуд. Оказывается, судья Черноусов нарушил права осужденного! Рассматривая дело по ст. 77 старого кодекса, он, исходя из текста решения облсуда, ухудшил положение осужденного, потому что та статья предусматривает смертную казнь. Облсуд эту ошибку исправил: улучшая положение осужденного Степахова, суд фактически добавил ему 3 года и 3 месяца.
К сожалению, связаться с судьей Виталием Черноусовым не удалось - уйдя на пенсию, он сменил даже номер мобильного телефона. В Рязанском областном суде "Известиям" заявили, что расценивают случившееся не как умышленные действия судьи, а как его ошибку.
- Действительно, судья ошибочно применил ст. 77 старого кодекса, а не ст. 209 нового, - заявила "Известиям" сотрудник пресс-службы облсуда Елена Дегтева, - президиум суда эту ошибку исправил, выпустив новое постановление. Это нормальная практика, никакого корыстного умысла в действиях Черноусова областной суд не усматривает. Теперь дело правоохранительных органов - исполнить это постановление, и то, что у них это вызывает затруднения, к судебной практике отношения не имеет.
Адвокат Леонида Степахова Игорь Санфиров считает освобождение своего клиента абсолютно законным. Напротив, по его мнению, незаконно то, что происходит после этого освобождения.
- Действительно, за время отбывания наказания у Степахова было несколько взысканий, - заявил "Известиям" Игорь Санфиров, - все они погашены, а после 2002 года его отмечали только поощрениями. После внесения изменений и дополнений в Уголовный кодекс в декабре 2003 года многие осужденные обращались в суды с вопросом о пересмотре приговора, в их числе и Степахов. И даже если приговор был бы пересмотрен незаконно, отменять это решение нельзя. Закон прямо запрещает пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу в сторону ухудшения положения осужденного. А именно это произошло после решения облсуда.
Любопытно, что досрочное освобождение Степахова не считает ошибкой и опальный ныне спецпрокурор Андрей Соловьев.
- Я до сих пор не жалею, что предложил его отпустить, - говорит Андрей Соловьев. - Вообще, вы уверены, что он скрывается? Может быть, он просто ждет решения Верховного суда. И я посмотрю, как мои коллеги будут смотреть мне в глаза, когда в случае отрицательного решения он сам явится в колонию досиживать. Я говорил с ним, он стал верующим человеком. Я специально спрашивал его по Писанию, он очень хорошо его знает. Но это все субъективный взгляд. Если же рассматривать все произошедшее с точки зрения документов, то сами законодатели подстегивают нас к тому, чтобы уменьшать сроки пребывания людей в колонии. Пересмотр приговоров после поправок к кодексу вообще стал рутинным делом. В судах такие дела идут пачками, и очень редко их кто-то обжалует. Что касается УДО, то мы не имеем права отказать в нем человеку только потому, что думаем, что он плохой. Отказать мы можем только в трех случаях: если у него есть непогашенные взыскания, если у него уже было досрочное освобождение по прошлым судимостям, а также если он совершил тяжкое преступление в колонии. То, что он совершил на воле, не учитывается. Взыскания, полученные за время нахождения в СИЗО, тоже не учитываются. Только в прошлом году мы выпустили 1600 заключенных по УДО. Около 500 из них были осуждены за преступления не менее тяжкие, чем Степахов. Но никто этого не заметил. А Степахова здесь просто очень хорошо знают.
Чем закончится эта история, пока не понятно. Точку в деле должен поставить Верховный суд. Однако даже в случае неблагоприятного для Степахова исхода дела правоохранительным органам еще предстоит его найти. По словам адвоката Игоря Санфирова, его клиент не скрывается. Но и в "зону" действительно не торопится. Обвинение в побеге ему предъявить невозможно, он вовсе не обязан возвращаться в колонию самостоятельно. Его водворение за решетку - дело правоохранительных органов.