"Дочь довезли до больницы, и больше ее никто не видел"
В Беслане ищут пропавших без вести. Фото детей
Организованные поиски пропавших без вести начались по сути только в четверг. До этого считалось, что все пропавшие - это и есть неопознанные. Однако количество людей, которых нет ни среди мертвых, ни среди живых, значительно больше, чем количество неопознанных трупов и фрагментов тел. По данным оперативного штаба, неопознанными остаются 93 погибших, а список, составленный родственниками у Дома культуры в Беслане, где собираются родственники пропавших, насчитывает примерно 150 человек. Было больше - 12 детей, считавшихся пропавшими, опознали среди мертвых. Несколько человек найдены в больнице.
Среди пропавших - 11-летний Тимур Тедтов, сын заведующего отделом сельской жизни издающейся в Беслане газеты "Правобережье" Эльбруса Тедтова.
- Он шел в школу один, большой уже мальчик, - рассказали "Известиям" коллеги Эльбруса - сам он в это время занимался поисками сына. - 3 сентября, после того как началась перестрелка, Тимура видели выбегавшим из спортзала вместе с одноклассниками, они сами об этом рассказывали. Сначала бежали все вместе, потом кто-то упал, кого-то подхватили, и ребята потеряли друг друга из виду. А когда прибежали в безопасное место, оглядываются - а его нет. И до сих пор нет. Ни среди мертвых, ни среди живых. И среди тех останков, которые можно опознать, его тоже не нашли.
Таких, как Тимур, немало. Родители и родственники ищут пропавшую без вести 14-летнюю Сабину Мамаеву. Утром 1 сентября девочка ушла в школу, в девятый класс, тоже одна.
- Мы вместе дошли до угла и попрощались, - рассказала "Известиям" мать Сабины Фатима Мамаева. - Я работаю воспитателем в интернате и пошла к себе, а она с подружкой и учительницей - в школу. Она была одета в белую рубашку на молнии и с блестками и черную юбку, внизу треугольниками вырезанную, по бокам еще пряжки были пришиты до середины юбки. Высокая такая девочка, наверное, метр семьдесят, смугленькая.
Когда по городу разнеслась весть о захвате заложников, отец Фатимы прибежал к школе и провел там два страшных дня. Какова же была его радость, когда он увидел свою дочь живой и почти невредимой!
- Он рассказывает, что нашел ее, когда она лежала на боку на носилках, - продолжает свой рассказ Фатима. - У нее было пулевое ранение руки и то ли сильный синяк, то ли просто лицо запачкано. Она лежала во дворе училища рядом со школой, туда пострадавших оттаскивали. Отец и еще несколько мужчин подхватили носилки, донесли до машины - белая иномарка, джип, кажется. Даже по телевизору мы видели, как они бежали, по российскому каналу показывали. Сабина сама села в машину, а отец нагнулся и что-то ей сказал. По телевизору было не слышно, но он мне потом пересказал. "Саба, - он ей сказал, - ты на импортной поедешь". А она тоже бодрится: "Тогда все в порядке". Отец с ней не поехал, вернулся другим детям помогать. За рулем у иномарки был наш родственник, хороший мужик, он говорит, что довез ее до больницы, она сама вышла, а он поехал назад. А в больнице говорят, что такая к ним не поступала. Я даже в морг пошла, несмотря на мое состояние, но не опознала там моей Сабины, ее там не было. Тогда куда же мой ребенок делся?!
Поисками пропавших в результате теракта занимается несколько ведомств. Специальная координационная группа создана в прокуратуре Северной Осетии. Ее работу курирует заместитель прокурора республики Александр Панов.
- Перечень тех, о ком говорят, что их видели спасшимися после теракта, но в больницах они не значатся, примерно на 30 человек превышает количество неопознанных тел, - сообщил "Известиям" пресс-секретарь президента Северной Осетии Лев Дзугаев. - Людям, у которых пропали близкие, надо обращаться в районную администрацию. Там эти обращения фиксируют и начинают искать этих людей в клиниках и моргах. Заместитель прокурора республики Александр Панов выезжал в Беслан к родственникам и попросил их сдать кровь для того, чтобы установить личность неопознанных тел с помощью анализа на ДНК.
- А что касается тех, про кого говорят, что их нет ни в больницах, ни среди погибших, то это психологически очень тяжелый вопрос, - продолжает Лев Дзугаев. - Врачи говорили нам, что люди, которые так заявляют, находятся в таком состоянии, что могут ошибаться в том, что их ребенок или родственник вынесен живым. Люди не желают слышать, что их родной человек погиб, и не желают идти в морг, где находятся останки, с которыми даже специалисты не могут работать. Хотя есть случаи, когда находят детей в больницах. Мне рассказывали, есть два ребенка - они лежат в больнице, живы, но в шоковом состоянии и не могут назвать свои фамилии, к ним никто не приходит. А есть дети, которые неправильно называют фамилию, - что вы хотите, такой шок пережить!
В Беслане ищут пропавших без вести. Фото детей