Кащей попал в герои-любовники
Похоже, что книги Джоан Роулинг о приключениях Гарри Поттера возбудили не только российскую канцелярскую промышленность (количество разного рода линеек, закладок, тетрадок и прочих школьных принадлежностей с гаррипоттеровской символикой превзошло все мыслимые пределы), но и послужили катализатором для российской детской литературы. Тот факт, что за последние несколько месяцев две "взрослые" писательницы Людмила Улицкая (в мае вышла ее книга "История про кота Игнасия, трубочиста Федю и Одинокую Мышь") и Марина Вишневецкая выпустили детскую прозу, говорит о многом. И модальность их поступка особой роли не играет. Не важно, почему они это сделали: потому что спрос на детские книги поднялся или потому что захотели дать "ответ Гарри Поттеру", к которому давно уже призывают различные радикальные группы (вроде людей с транспарантами "Телепузиков долой - за Незнайку мы горой"). Главное - что в результате получилось.
Если предположить, что во всей этой истории не обошлось без Поттера, то в случае с Вишневецкой скорее на память приходит "Властелин колец". Именно рецепт Толкиена взят за образец и умело перенесен на славянскую почву. Толкиен в своей истории Средиземья опирался преимущественно на скандинавскую, кельтскую и финскую мифологии, а Вишневецкая проделала то же самое со славянской. Точнее, с древнерусской литературой и фольклором. В ее книге есть все: от почти прямых цитат ("все ваши боги были у меня на посылках" или "омыл раны") до сюжетных и композиционных заимствований из "Повести временных лет", "Слова о полку Игореве", русских народных сказок (в основе сюжета "Сказка о молодильных яблочках") и даже сказок Пушкина. В одной сказке сплелись судьбы людей, богов и всякой нечисти. Причем Вишневецкая, с одной стороны, использует те сведения, которые удалось реконструировать о пантеоне славянских языческих богов: о верховном боге-громовержце Перуне, его антагонисте, боге воды, огня и подземного царства Велесе и богине Мокоши, которые вместе и образуют описанный в книге любовный треугольник. С другой стороны, если о других божествах, как, например, о Симаргле, почти ничего не известно, то это становится поводом для нового сюжетного хода (Симаргл оказывается покровителем воинов и наказан богами за то, что нарушил клятву и помог человеку).
Казалось, что можно сказать о таких "затертых" сказочных персонажах, как Кащей, Яга (точнее, Ягда), Лихо одноглазое, Серый волк - о них все известно с детства. У Вишневецкой Кащей и Ягда оказываются влюбленными друг в друга подростками из враждующих племен (привет "Ромео и Джульетте"), причем Ягда (точнее, красавица-княжна Ягода) становится в результате правительницей славян, характером схожей с княгиней Ольгой. Лихо и Серый волк - близнецы, родившиеся от связи Мокоши с Велесом, а уж игру Вишневецкой с этимологией слов пересказывать просто бессмысленно.
При всех напрашивающихся параллелях и тонкой игре с литературной традицией очевидно, что в результате получилась вещь достаточно камерная. Эта книга вряд ли послужит прообразом компьютерной игры или заставит школьников отправиться в Нескучный сад играть в Кащея и Ягду, а не в эльфов и хоббитов. Но это скорее достоинство.