Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Средства ПВО за ночь сбили 293 дрона над Калужской областью
Мир
В МИД РФ обвинили страны Запада в пиратстве на государственном уровне
Мир
МВФ оценил дефицит финансирования Украины в 2027 году в $32–34 млрд
Мир
В Ормузском проливе после атаки произошло возгорание танкера
Происшествия
В Алтайском крае 31 населенный пункт остался без света из-за аварии на ЛЭП
Мир
Си Цзиньпин встретился с премьер-министром Канады в преддверии саммита АТЭС
Мир
В Токио заявили о якобы нарушении самолетами РФ воздушного пространства Японии
Армия
Российские десантники заняли опорный пункт ВСУ на ореховском направлении
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Происшествия
Силы ПВО сбили более 50 беспилотников при атаках на промзоны Уфы и Салавата
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Общество
Адвокат предупредил о рисках для руководителей после продажи бизнеса
Мир
Вэнс заявил об отсутствии нужды у американцев строить бункеры

Берегите зубы

На арене питерского цирка Чинизелли Андрей Могучий поставил красочное шоу "Кракатук". Проект "Фабрики искусств" московского продюсера Олега Чеснокова должен был стать провозвестником принципов очень популярного у французов и малоизвестного у нас "нового цирка", утонченного, эстетизированного и превращенного из зрелища в искусство. Андрей Могучий умеет делать зрелища и знает толк в искусстве. Он один из первых, а может, и первый в России начал ставить театрализованные уличные шоу. Он хотел, чтобы в театре взрослый человек мог радоваться, как ребенок. Идея раскрыть волшебство гофмановской сказки средствами циркового волшебства из той же серии. Сюжет, прямо скажем, выбран подходящий. "Щелкунчик" легко поддается переводу и на язык балета, и на язык драматической сцены, и на язык фэнтези, и еще на много разных языков
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
На арене питерского цирка Чинизелли Андрей Могучий поставил красочное шоу "Кракатук". Проект "Фабрики искусств" московского продюсера Олега Чеснокова должен был стать провозвестником принципов очень популярного у французов и малоизвестного у нас "нового цирка", утонченного, эстетизированного и превращенного из зрелища в искусство.

Андрей Могучий умеет делать зрелища и знает толк в искусстве. Он один из первых, а может, и первый в России начал ставить театрализованные уличные шоу. Он хотел, чтобы в театре взрослый человек мог радоваться, как ребенок. Идея раскрыть волшебство гофмановской сказки средствами циркового волшебства из той же серии. Сюжет, прямо скажем, выбран подходящий. "Щелкунчик" легко поддается переводу и на язык балета, и на язык драматической сцены, и на язык фэнтези, и еще на много разных языков. И на все эти языки Могучий и его верный и изобретательный сценограф Александр Шишкин попытались сказку Гофмана перевести.

Напридуманы воз и маленькая тележка. Арена превращается то в огромный торт, то в большую ванну, до краев заполненную мыльной пеной. Мимо зрителей проходят кибермыши-монстры, словно сошедшие с картин сюрреалистов и примкнувшего к ним Босха. Артисты на ходулях играют огромные пальто, которые спасают Машу от ловко лазающих по канатам грызунов в красных трико. На смену акробатам спешат вольтижеры, на смену сюрреализму соц-арт: большие плюшевые зверушки и чернокожие пионеры в оранжевых трусах не дадут нашу Машу в обиду жутким порождениям техногенного мира. В финале герои красиво летают под куполом цирка на "газетном" кораблике, а мастер сценической скороговорки лицедей Анвар Либабов с самого начала и до самого конца без умолку говорит что-то на полунемецком, полутарабарском языке.

Все эти многочисленные и часто забавные придумки должны бы радовать, но они, увы, удручают. Для изготовления качественного блюда нужно ясное понимание того, что именно готовишь. Что приготовил Могучий и его команда, не ясно мне и, боюсь, не ясно самой команде. "Кракатук" - не цирк и даже не "новый цирк". У цирка и старого, и нового основой представления все равно являются головокружительные трюки, пусть и оказавшиеся частью художественного замысла. В "Кракатуке" же, где основу команды составила неопытная молодежь, цирковые номера, мягко говоря, скромны по замыслу и по исполнению. Но "Кракатук" - это и не театр с элементами цирка, ибо жонглеры и воздушные гимнасты, как и положено в цирке, не играют героев, а просто обозначают их на сцене.

Можно было бы назвать увиденное визуальными фантазиями на тему "Щелкунчика" и посоветовать вообще убрать из афиши от греха подальше жанровую дефиницию "театр-цирк". Тем паче что Могучий придумал для своего спектакля весьма любопытное либретто. Девочка Маша, согласно этому либретто, оказалась современным подростком, живущим, как и все мы, в компьютерном мире и становящимся его частью и его жертвой. Это на самом деле очень гофмановская и очень романтическая идея: живой человек versus механический мир (романтики, пожалуй, впервые увидели в механизмах нечто зловещее и опасное для человека). Вот на ней бы и сосредоточиться. Не тут-то было. Некоторые работающие на эту идею удачные визуальные придумки здесь совершенно обессмыслены номерной структурой представления. Вот Щелкунчик попадает в тайную лабораторию Мышиного короля, и у него вместо головы вырастает большой четырехэкранный телевизор. Эге, смекает, зритель, а когда чары спадут - вместо телевизора опять будет голова. Минуточку, минуточку... Еще до того, как спадут чары, артист, играющий Щелкунчика, сам снимет этот злосчастный телевизор, покажет нам скромного качества силовое жонглирование и по окончании трюка, что совсем уж комично, собственными руками водрузит телевизор на место. Я готова принять любые правила игры, но должна же быть во всех этих порождениях богатой фантазии талантливых и симпатичных мне людей какая-то чистота внутреннего порядка.

В конце концов, даже эклектику можно при желании возвести в художественный принцип. Незадолго до питерского "Кракатука" мне довелось посмотреть спектакль Алана Плателя WOLF. Беззастенчиво и отважно бельгийский режиссер смешал и уравнял в своем представлении и цирк, и эстраду, и дискотеку, и оперное пение, и даже собак под музыку Моцарта на сцену выпустил. И не знаю, как других, а меня его рагу из разных жанров восхитило. Он-то как раз был искусным поваром, ясно понимающим, что именно он хочет приготовить. Он сам сочинял законы собственного зрелища. Авторы "Кракатука" запутались в чужих законах. Их избыточное и захватывающее порой представление - это полутеатр, полуцирк, полубалет, полуудача. Полупрорыв в новые для нас мультижанровые сферы. Зная упорство и потенциал Андрея Могучего, хочется верить, что прорыв этот станет полным наконец.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир