Кто такой Аарон Лерберг,
В среду, 18 мая в Москве приступило к работе Общее собрание РАН. Действо проходит в высотном здании на Воробьевых горах, которое называют либо "флаконом" - за помпезную архитектуру, либо "золотыми мозгами" - за абстракционистский декор на крыше. В фойе академиков встречают девушки в черной униформе, они же ведут обслуживание в буфетах. Эти девушки работают на научных собраниях уже много лет. Я в жизни не видел столь не обезображенных интеллектом лиц, это даже не троечницы. Почему именно эти девушки работают в науке - загадка. Но академики на девушек внимания не обращают. Отнюдь не из-за возраста. Девушки торгуют бутербродами по столь смехотворной цене, что это поглощает все силы.
Не составляет труда предугадать, о чем будет вестись речь на собрании. Будет сказано об успехах академии по развитию наук. Кроме того, ученые будут доказывать, что при столь скудном вспомоществлении ждать милостей от науки государству не приходится. И пусть в президиуме разместился премьер Фрадков, даже оторванные от земных законов академики не столь наивны, чтобы поверить, что финансирование науки заметно увеличится.
Жалобы на отсутствие денег - ритуал, и власть впадет в недоумение, если не увидит очередную челобитную. Приятно, когда академики ходят с протянутой рукой. Сама наука сострадания у чиновника не вызывает. Но академикам за звание с недавних пор доплачивают ежемесячно 20 тысяч рублей. Больше в мире нет академий, где платят за одно звание. Но это никак не влияет на "утечку умов", потому что вовсе не седобородые академики тянутся в иностранные лаборатории.
Когда мы говорим, что государство должно поддерживать культуру, это, для сомневающихся, требует доказательной базы из высоких слов о смысле бытия. Когда говорим, что государство должно поддерживать науку, ничего доказывать не надо. 80 процентов прироста ВВП в развитых странах обеспечивают высокие технологии. В амуниции американского солдата не всякий кандидат наук разберется, а у нас студентов превращают в чернорабочих. Несколько лет назад президент сказал, что наука - высший государственный приоритет России. Но ощутимых изменений ласкающая слух формула не принесла.
В последнее время науку стараются посадить на самофинансирование. Если наука станет обслуживать лишь интересы компаний, от науки быстро останется пустое место. К тому же, если не брать сырьевой сектор, из всех предприятий у нас исправно действует лишь "Фабрика звезд", но от нее ждать заказов науке явно не приходится. Страна не может нащупать инновационный путь, и это говорит о том, что восторги по поводу роста экономики преувеличены, это все нефтяные доллары, промышленность же буксует - и наука на голодном пайке.
В связи с этим любопытно: могла бы наша наука устроить себе реалити-шоу, подобное "Фабрике звезд"? Вряд ли, ведь обществу имена ученых неведомы, вроде иностранных подданных. В нынешней Думе ученых нет, а о губернаторстве, в отличие от деятелей шоу-бизнеса, никто из академиков не помышляет. Хотя прежде, при Горбачеве и Ельцине, членов академии было немало и в правительстве, и в парламенте.
В 1920-х годах профессор Преображенский, увидев, как веселится Шариков, упал в обморок. С тех пор мало что изменилось, мы взыскуем хлеба и зрелищ, живем одним днем, прожигаем накопленное и воруем галоши в парадном. Государству в его нынешнем состоянии наука не слишком нужна. Вместе с ее невостребованностью происходит вымывание интеллигенции, которая была одним из родовых признаков России, но теперь неотличимо сливается с толпой.
Кто же такой Аарон Лерберг? С Петра I до Николая I, больше столетия, девять из десяти российских академиков были иностранцами. Лерберг - один из таких полузабытых немцев, символ времени. А ведь может случиться так, что этот символ возродится. Земля российская уже погружается в тотальное невежество и скоро по причине невостребованности перестанет рожать быстрых разумом Невтонов. Как при Петре, передовые достижения начнем привозить из-за рубежа, а мир будем радовать копиями Юлии Савичевой, явившей на "Евровидении" новое лицо России.
Такие же невзрачные, словно клонированные, девушки трудились в буфетах Общего собрания РАН. Кофе подавали всего за 5 рублей. Академикам было приятно - это было знаком уважения к науке.