Столичные архитекторы написали письмо президенту и мэру
Во вторник в Музее архитектуры проходил "круглый стол" по проблемам сохранения архитектурного наследия XX века. Мероприятие задумывалось как "тихое научное сидение" в рамках празднования столетия знаменитого советского архитектора Алексея Душкина - автора станций метро "Кропоткинская", "Маяковская", "Новослободская", а также здания "Детского мира" и других московских достопримечательностей. Но, как сказала внучка архитектора профессор МАРХИ Наталья Душкина, "тихое сидение" на глазах превратилось в публичную акцию. Не мудрено - в МУАРе собрались люди, для многих из которых защита архитектурных памятников от инвесторов уже превратилась в профессию, а отслеживание очередных размашистых проектов застройщиков и противодействие им - в своего рода общественное служение. Поэтому дискуссий среди собравшихся быть не могло в принципе. Да и трудно спорить с очевидным: памятники в Москве действительно стремительно разрушаются. Особенно это касается зданий, построенных в 30-50-х годах.
- Мельников - полпред России на Западе, - рассказала Наталья Душкина. - Но все его постройки на грани уничтожения. Здание мельниковского клуба погибает. Его личный дом в переулке Старого Арбата перенес реконструкцию, но страдает от нового строительства, превышающего все мыслимые масштабы. Наследие конструктивизма в Москве находится в удручающем состоянии. Здание Мосторга продано "Бенеттону", дом Корбюзье потерял многие детали интерьера, планетарий поднимают на два этажа, после чего как памятник он будет фактически потерян, вокруг клуба "Каучук" - китайская деревня. В доме Жолтовского утрачены все интерьеры и столярка, сделаны бетонные перекрытия...
С конструктивизма выступавшие перешли на общую печальную долю архитектурного наследия в сегодняшней Москве. "Возьмите реконструкцию Трубной площади. Там снесены все подлинные здания, кроме одного. Причем сделано это с ведома МАРХИ, в котором я имею честь работать. Как после этого объяснять студентам про цивилизованные нормы и правила реконструкции исторических кварталов?" - вопрошала Душкина.
Директор Музея архитектуры Давид Саркисян назвал столицу "жертвой бомбардировки" - по его словам, центр города после реализации инвестиционных проектов выглядит как после бомбежки. Доктор искусствоведения Андрей Баталов вспомнил об историческом парадоксе: как только в обществе начинаются громкие разговоры об охране памятников, эти самые памятники немедленно подвергаются тотальному уничтожению. Так было в начале прошлого века и в тридцатые годы, а особенно - в восьмидесятые: "Такого, как сейчас, даже большевики не делали - они рушили отдельные здания, но не прокатывались катком по целым районам". По его мнению, роковая ошибка в системе охраны исторических зданий была сделана в тот момент, когда вместо независимого органа в Москве появилось Главное управление охраны памятников, подчиненное мэрии: "подчиненные не могут оппонировать своему непосредственному начальству".
Самым трезвым, пожалуй, было выступление директора Института искусствознания Алексея Комеча.
- Мы и в советские времена занимались охраной памятников. Но тогда власть была на нашей стороне, а у памятников фактически не было врагов, - грустно сказал он. - Они появились недавно. Это инвесторы. Более того, я не вижу сочувствия и у архитекторов. Выросло поколение, для которого все ценности не здесь. В Европе, в Америке, где угодно, но не здесь. Поэтому если меня спросят, будет ли иметь результат наше обращение, я уверенно отвечу: "Нет".