Возможно, многим покажется знакомой ситуация, когда в денежных коллизиях взрослых пострадавшими оказываются дети. Почти любая московская семья может вспомнить нечто подобное - за одиннадцать лет учебы случается всякое. Но рассказать об этом мы смогли только благодаря решительной позиции родителей мальчика, которые осмелились возмутиться, в то время как в подобной ситуации большинство семей предпочитают платить и молчать, чтобы не навредить ребенку.
Дело о разбитом стекле
В среду Яша вернулся из школы в слезах.
- Мама, они говорят, что я разбил стекло и вы должны заплатить пять тысяч рублей. Но я же его не бил!
Дело было после уроков. Яша со своим другом Федей стоял на крыльце, собираясь идти домой. Болтали, смеялись. Яша похвастался перед другом своим перочинным ножичком с разными лезвиями, а главное - с маленькими ножницами, что его особенно восхищало. "Давай лучше пойдем погуляем", - предложил Федя и сбросил ранец под дверь. Раздался треск - неудачно упавший тяжелый пластиковый портфель попал в застекленную нижнюю дверную панель.
- Ну, ты даешь, Федька, - две девочки-одноклассницы, стоявшие рядом и видевшие происшествие, поняли, что кому-то сейчас попадет. И точно: из двери вышел охранник и повел перепуганного четвероклассника к директору. Яша все еще стоял на крыльце, когда охранник вернулся за ним, чтобы доставить в кабинет Тамары Романовны. Оказывается, приятель, чтобы не было так страшно, поделил вину на двоих: рассказал, будто они подрались и Яша его толкнул. Стало быть, в путешествии злополучного портфеля до стеклянной двери есть и Яшина вина. Версия друга перевесила - роковую роль сыграл перочинный ножичек, придавший обычной детской истории зловещий оттенок.
Родителей двух героев поставили перед фактом: с каждой семьи причитается по 5 тысяч рублей на покупку нового стекла.
"За что платить, если ребенок не виноват?"
Дома, зная, что сын не имеет привычки врать, поверили ему и платить отказались: "За что платить, если ребенок не виноват?" В семье, кроме Яши, еще двое детей, мама Ксения не работает - младшей девочке всего год. Лишних пяти тысяч нет, поэтому вопрос, платить или не платить, вызвал нешуточный раздрай среди родственников.
- Виноват или нет, надо заплатить, чтобы ребенку не было хуже, - говорил Яшин дядя. - Что-нибудь придумаем, найдем эти несчастные деньги.
- С какой стати? - кипятился папа Олег, музыкальный критик. - Мы и так все время платим за бесплатное образование, почему мы должны еще платить за стекло, которое ребенок не разбивал?
Дело решила бабушка, вспомнившая историю семьи: "Моего папу репрессировали за вину, которой за ним не было, - он из солидарности участвовал в голодовке. Теперь, стало быть, получается, что репрессируют уже моего внука? Почему он должен расплачиваться за чужие поступки? Так не пойдет!"
"Как вы считаете, дети, Яша виноват?" Все дружно подняли руки
Зато в жизни Яши начали происходить странные события. Например, в один из дней классная руководительница отменила один из уроков и вместо этого провела классный час, посвященный лично Яше. Разбор вины четвероклассника занял полный академический час, в конце которого детей спросили: "Как вы считаете, дети, Яша виноват?" Все дружно подняли руки.
- Мама, их же там никого на крыльце не было, - мальчик никак не мог понять, что происходит. - Они же ничего не видели, как они могут говорить не зная?
- А девочки, Даша с Олей, они же все видели. Почему они не подтвердили, что ты просто стоял рядом?
- Не знаю, они тоже подняли руки и сказали: "Ну, наверное, виноват"...
Из всего класса нашелся только один мальчик Ваня, который решился защищать Яшу вопреки всем. Так у этой педагогической коллизии обнаружилась по крайней мере одна положительная сторона - Яша довольно рано узнал, что друзья бывают разные...
Вообще, как оказалось, массовые осуждения или одобрения в жизни школы - вещь обыденная, называется школьным самоуправлением и составляет предмет гордости директора. Например, есть школьная инспекция порядка, сокращенно - ШИП. Несколько наблюдателей из числа детей следят за теми, кто бегает на переменах, мусорит в коридорах или как-то иначе нарушает порядок. Затем проводится линейка, на которой замеченные в нарушениях делают шаг вперед. Продвинувшегося вперед дальше всех клеймят коллективным позором. Любые решения принимаются с участием детей - даже в школьном попечительском совете есть ученица девятого класса. Однажды старший сын, шестиклассник, рассказал Ксении о том, что он вместе со всем классом подписался под письмом с требованием выгнать одного мальчика из школы. Та ужаснулась: "Что ты сделал? А если ты завтра будешь на его месте?"
"Ущерб возместим, но безобразничать не позволим"
Сама Тамара Романовна в ответ на просьбу корреспондента "Известий" прокомментировать ситуацию немедленно пошла в атаку:
- Что тут комментировать? Два ребенка разбили стекло. А вы знаете, что Яша ножичком "работал"? Это ведь о многом говорит, когда ребенок носит с собой ножик. Я бы своему ребенку никогда ножик не дала...
- Постойте, речь не о ножике, а о деньгах, которые вы требовали с родителей.
- Да что вы все о деньгах? Между прочим, родители другого мальчика стекло нам уже заменили. Ну, не заплатили - дальше что? Никто ему не мешает учиться, хотя он и не идеал воспитанности. Не надо раздувать из этого проблему. У нас школа хорошая - у нас не пьют, не курят, не нюхают. И это всех устраивает. Ущерб возместим, но безобразничать не позволим.
"Чем вы можете помочь школе?"
Школа №1304, расположенная в престижном Крылатском, считается в районе хорошей - там углубленно изучают языки и есть все учителя (в отличие от соседней, где нет половины предметников, поэтому выучить что-либо довольно сложно). Пользуется спросом. Даже в "дошколку" (группы подготовки к поступлению в первый класс) принимают по конкурсу. Схема выживания классическая: ежемесячно родители собирают и передают на нужды школы от 100 до 300 рублей, плюс оплачивают 300 рублей за обязательный "факультатив" - дополнительные занятия. Все остальное - ремонт, обновление (помимо редких бюджетных подачек) - делается за счет родителей-спонсоров. В анкете, заполняемой при поступлении, есть специальный пункт "Чем вы можете помочь школе?".
Трудно в сегодняшней Москве найти более или менее пристойную государственную школу, где жизнь была бы организована иначе. Как правило, только за счет этого и можно выплачивать учителям ту минимальную зарплату, которая позволяет сохранить учительский коллектив. Разумеется, школа заинтересована в богатых родителях, для которых сумма в несколько тысяч рублей - мелочь. Но при этом другие, не приносящие особенных дивидендов, дети становятся вроде бы и не нужны. С ними можно позволить себе лишнее, а если родители возмутятся - скатертью дорога. Самой Ксении уже приходилось выбегать в слезах из кабинета директора - вызвав по поводу драки, затеянной одним из детей, Тамара Романовна заявила ей: "Вашего сына не математике надо учить, а вам самой пора учиться передачки ему собирать"...
- Когда мы выбирали школу, - вспоминает Ксения, - нам здесь понравилось: чисто, дети опрятные. Трудно разобраться во внутренних порядках, пока сам не столкнешься. Кто же знал, что все так по-совковому... Переводить - а куда? Рядом в школе все бесплатно, но нет половины учителей и дети учатся из неблагополучных семей. Так что будем доучиваться, если, конечно, нам позволят...