Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Средства ПВО за ночь сбили 293 дрона над Калужской областью
Мир
В МИД РФ обвинили страны Запада в пиратстве на государственном уровне
Мир
МВФ оценил дефицит финансирования Украины в 2027 году в $32–34 млрд
Мир
В Ормузском проливе после атаки произошло возгорание танкера
Происшествия
В Алтайском крае 31 населенный пункт остался без света из-за аварии на ЛЭП
Мир
Си Цзиньпин встретился с премьер-министром Канады в преддверии саммита АТЭС
Мир
В Токио заявили о якобы нарушении самолетами РФ воздушного пространства Японии
Армия
Российские десантники заняли опорный пункт ВСУ на ореховском направлении
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Происшествия
Силы ПВО сбили более 50 беспилотников при атаках на промзоны Уфы и Салавата
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Общество
Адвокат предупредил о рисках для руководителей после продажи бизнеса
Мир
Вэнс заявил об отсутствии нужды у американцев строить бункеры

Тени незабытых предков

Во вторник в Московском художественном театре, что в Камергерском переулке, давали премьеру по пьесе Александра Островского "Последняя жертва". В роли богатого купца Флора Федулыча Прибыткова выступил художественный руководитель театра г-н Табаков, в роли молодой вдовы Юлии - его очаровательная супруга Марина Зудина. Есть в Табакове и во всем, что он делает, широкий российский размах. Он - как никто в нашем лишенном настоящей купеческой морали мире - умеет другим помочь, себя не обидеть. Вот и МХАТ зажил при Табакове на купеческую ногу. В нем теперь всего вдосталь - и сцен (три штуки), и приглашенных режиссеров (сосчитать не берусь), и премьер (статьи писать не успеваем)
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
Во вторник в Московском художественном театре, что в Камергерском переулке, давали премьеру по пьесе Александра Островского "Последняя жертва". В роли богатого купца Флора Федулыча Прибыткова выступил художественный руководитель театра г-н Табаков, в роли молодой вдовы Юлии - его очаровательная супруга Марина Зудина. Есть в Табакове и во всем, что он делает, широкий российский размах. Он - как никто в нашем лишенном настоящей купеческой морали мире - умеет другим помочь, себя не обидеть. Вот и МХАТ зажил при Табакове на купеческую ногу. В нем теперь всего вдосталь - и сцен (три штуки), и приглашенных режиссеров (сосчитать не берусь), и премьер (статьи писать не успеваем). И кому как не Табакову, умеющему поймать журавля в небе, попридержав синицу в руке, было сыграть рачительного, но великодушного, степенного, но влюбчивого, пекущегося о своей репутации, но умеющего при случае ой как слукавить коммерсанта Прибыткова. Не обманутая коварным любовником Юлия и не сам прощелыга любовник, кающийся и тут же опять грешащий (Сергей Колесников), а его степенство Флор Федулыч и становится главным героем этого спектакля. Положительным, заметим, героем. На место прекраснодушных краснобаев, никчемных иждивенцев, мелких прощелыг, крупных ворюг и питающихся этими ворюгами государственных чиновников должны наконец заступить добросовестные и сметливые предприниматели, не транжирящие свое и чужое добро и знающие, что такое слово чести, - вот неявный, но читаемый смысл этой мхатовской "Жертвы". В премьерном спектакле, поставленном крепким профессионалом Юрием Ереминым, есть, однако, и еще один сюжет. Не менее любопытный. Кроме МХАТа сегодняшнего, г-ном Табаковым руководимого, в нем присутствует - причем присутствует зримо - еще и Художественный театр времен своего основания. И если первый сюжет целиком и полностью отдан на откуп Олегу Палычу в роли Флора Федулыча, второй - дело рук режиссера. События спектакля по сравнению с событиями комедии смещены Ереминым как минимум лет на двадцать - из 70-х (время написания пьесы) в самый конец века (время открытия Художественного театра). Действуют в нем не привычные купцы Островского - с окладистыми бородами и отголосками лапотной Руси в манерах, а скорее купцы эпохи модерна и меценатства - холеные, одетые по последнему слову тамошней моды. Дамы и вовсе в нарядах с легким привкусом сецессиона (художник по костюмам Светлана Калинина). Колорит купеческой речи тут несколько смикширован. Некоторые восхитительные фразы вроде распоряжения Лавра Мироныча (Валерий Хлевинский): "Вот там под березками закуску сформируй" - вовсе вырезаны. Характерное "с" в конце слов, которым пересыпают свою речь герои Островского, включая Флора Федулыча, беспощадно вымарано. Иными словами, эти купцы окончательно и бесповоротно переведены Ереминым из подлого сословия в высшее. Это совершенно новая генерация российских бизнесменов, тех самых, чьими усилиями была создана Третьяковка, приобретены бесценные полотна, украшающие сейчас ГМИИ им. Пушкина, и без чьего деятельного участия не возник бы и сам Художественный театр. Намеки на интерьеры и фасад перестроенного Шехтелем здания в Камергерском ясно ощущаются в декорациях Валерия Фомина. А в самом начале спектакля голос за кадром с чувством и расстановкой произносит: "Московский Художественный театр представляет комедию Островского..." Именно так - Московский Художественный. Открылся и представляет. Конечно, Флор Федулыч - не Мамонтов и не Морозов, но благородства в нем - бездна. Иван Москвин, игравший Прибыткова в поставленном Хмеловым спектакле 1944 года, создавал сложный характер. Его Флор Федулыч, по свидетельству Елены Поляковой, поначалу приезжает к Тугиной, чтобы купить ее для себя. Этот расчетливый и холодный делец "становится иным от одного свидетельства истинной женской любви". У Табакова образ героя не претерпевает никаких изменений. Он с самого начала не холодный, а теплый, умеет ценить прекрасное и даже в малых дозах не выносит пошлость. Опять же интересуется искусством. Граммофон приобрел. "Casta Diva" слушает и заслушивается. "Ой, у дедушки новая картина!" - восклицает ветреная Ирэн (Дарья Юрская), указывая на стену. На стене красуется забубенная абстрактная композиция. "Содом и Гоморра", - с гордостью уточняет Прибытков. Уважающий себя купец Островского, завидев эдакую мазню (где верх, где низ - не разберешь), плюнул и перекрестился бы. Флор Федулыч повесил на видное место. Прогрессивный человек. (А Табаков вообще Кирилла Серебренникова позвал спектакли ставить; я же говорю - найдите пять отличий.) В конце первого акта другой купец, Лавр Мироныч, будет развлекать гостей новой заморской диковинкой - синематографом. В момент написания пьесы он, как известно, еще не был изобретен, и накал страстей в демонстрируемом на экране фильме бросает неожиданный отсвет на мелодраматические страсти самого Островского. В спектакле нет никаких актерских открытий - за исключением, пожалуй, лишь Ольги Барнет, остроумно и размашисто сыгравшей всеобщую сваху Глафиру Фирсовну. Господи, думаешь, какая прекрасная характерная актриса, куда же раньше-то все глядели? Прочие роли сыграны качественно, но предсказуемо. Включая самого Табакова. А какие тут могут быть откровения - себя человек играет. Но точный репертуарный выбор (нет сомнений, что постановка Еремина станет одним из самых кассовых спектаклей МХАТа) и тонкая игра со временем отсутствие откровений с лихвой искупают. В самом конце перед вышедшими на поклоны артистами вдруг опускается экран - и их фигуры на мгновение превращаются в тени на этом экране. Тени наших незабытых, к счастью, предков. Их силами в конце позапрошлого века Россия чуть было не стала Европой. За страну не скажу, но во МХАТ эти тени забрели по адресу. Надеюсь, поселятся надолго.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир