Во вторник на заседании московского правительства обсуждалась реализация ежегодной программы "Мой двор - мой подъезд". В целом результаты чиновников удовлетворили: за год было отремонтировано чуть больше 5 тысяч дворов и 14,5 тысячи подъездов. Правда, вице-мэр Валерий Шанцев так и остался в недоумении - много это или мало? Пестрящий цифрами документ умалчивал, сколько еще в столице бесхозных дворов.
Судя по отчетности, самые благоустроенные в Москве - это Центральный, Южный и Северный округа. Юго-Восточный специализируется на цветочных клумбах, Северо-Западный славится обилием малых архитектурных форм.
Правда, по словам начальника Объединенной административно-технической инспекции Москвы Ивана Ищенко, чиновники так и норовят сдать сырую работу и не соблюдают технические нормы. Больше двух тысяч дворов принято в эксплуатацию лишь с четвертой попытки. В каждом втором отремонтированном дворе "велось некачественное озеленение".
- А сейчас перед нами остро стоит проблема, как сохранить сделанное, - по-военному четко рапортует Ищенко. - Мы до сих пор не можем решить вопрос, кто хозяин во дворе, кто должен отвечать за него: управа, ДЕЗ, префектура? К тому же часто бывает, что комиссия подпишет акт приемки, жильцы радуются, а через день приезжают рабочие и начинают рыть котлованы. Все идет насмарку.
Подобная история случилась в Лианозове - пенсионер Всеволод Иванов двадцать лет озеленял свой двор на Абрамцевской улице. Для посадки выбирал исключительно южные деревья. Летом здесь благоухал маленький Крым. Под окнами обычной многоэтажки росли мальва, грецкий и маньчжурский орехи, фундук, акация и жасмин. Со всего района сюда приходили любопытные экскурсанты. А осенью к дому № 14 подкатила бригада ремонтников и начала рыть траншеи. Вместе с трубами выкопали и всю южную экзотику.
Свои претензии к чиновникам имеют и жители "передового" Северо-Западного округа. В этом году в Митине отремонтировали почти все придомовые площадки: посадили клумбы, залатали дыры на асфальте. Все бы ничего, если бы не новаторский подход коммунальщиков, засыпавших баскетбольную площадку асфальтовой крошкой. Мяч по ней не скачет, бегать по камням трудно, а если кто и пытается - поднимается столб пыли. Жильцы выдвинули предположение, что покрытие - антивандальное: чем меньше играют, тем лучше сохранится оборудование. В местном ДЕЗе утверждают, что идею спустили сверху, асфальтовая крошка считается очень экономичной.
В Северном Медведкове за счет собственных средств Виктор Левитан построил дворовый мини-спорткомплекс, куда бесплатно приходят играть в футбол мальчишки со всей округи. Почти год Левитан добивался от управы, префектуры и мэрии установить фонари вокруг стадиона, так как вечером играть приходится с фонариками в руках. Отчаявшись получить ответ от городских чиновников, написал Чубайсу, Путину и даже Патрушеву. Забавно, но именно из ФСБ России ответ пришел быстрее всего. С фонарями поможем, написали чекисты, и действительно помогли. О программе "Мой двор, мой подъезд" Левитан ничего не слышал.
- Отдельные недостатки, конечно, имеются, - глубокомысленно заметил вице-мэр Валерий Шанцев. - Может, передовикам надо выделять меньше средств на благоустройство, а отдать деньги отстающим?
Логика потрясающая. Еще одно нововведение предложил начальник ГУВД Владимир Пронин - в течение двух месяцев вернуть помещения бывших общественных пунктов охраны порядка (ОПОП), сданные в аренду коммерческим структурам. По мнению Пронина, "сегодня можно сколько угодно подъездов оснащать системами видеонаблюдения, однако без их охраны все это будет напрасно".
"Мой двор - наваристый и булькающий украинский борщ"
Двор, набитый шпаной и окруженный "усиленными бараками", - у актера Семена ФАРАДЫ и намека нет на ностальгию по пятачку на Сельскохозяйственной улице. Мордобои там не прекращались.
- Мы жили в двухэтажных бараках усиленного типа, - вспоминает актер. - Была вода, был газ, то есть это были очень хорошие бараки, четыре штуки стояли во дворе. И нечего на этот счет ностальгировать. Ростокино - хулиганский район. Там жили в основном шпана и футболисты. Мордобою я всегда предпочитал футбол на стадионе через дорогу, который почему-то все время менял названия: "Искра" "Большевик", "Труд" - не запомнишь. Драться, конечно, тоже приходилось, во дворах того времени это было одним из немногих занятий. Доставалось от меня и Владимиру РЕСИНУ (глава стройкомплекса Москвы. - "Известия"), мы жили с ним в одной коммунальной квартире. С Ресиным мы находились в разных социальных группах. Большой дружбы, понятно, не могло быть. Я все по футболу, а у него свои дела: доинститутский период, он усиленно учился и стал большим строителем. Ресин с уроков бегал в кино, а я на футбол. Иногда и он гонял по двору тряпичные мячи и консервные банки, но у него на плечах была голова.
Писатель-сатирик Виктор КОКЛЮШКИН никого не бил, а, сидя на крыше, занимался вдумчивым анализом ситуации во дворе. Его двор - наваристый булькающий украинский борщ.
- Дом, где я родился, носил номер 13 в Уланском переулке, - меланхолично говорит писатель. - Рядом - дом 11-а. Там жили люди зажиточные, преуспевающие, но какие-то пасмурные: дом был построен на месте кладбища. И когда в начале 50-х годов в Москве строили бомбоубежища на случай будущей войны с Америкой, по двору были разбросаны кости, ржавые сабли, амуниция. Напротив нашего дома был дом 14. Повеселее, жили там чиновники от Министерства путей сообщения. И впечатление от двора осталось как от булькающего на плите наваристого украинского борща с золотистой пленкой. Смотрел я на свой двор с крыши трехэтажного дома, потому что гонял голубей. И вот что я видел: двор никак не был оборудован - справа на бревнах сидели мужики, слева на скамеечке сидели старушки, посередине играли в классики девчонки. У подворотни мальчишки играли в расшибалочку, в самой подворотне стояли потенциальные уголовники. Так что наш двор регулярно поставлял действующих лиц и в криминальный мир, и в вооруженные силы. Уходили или в тюрьму, или в армию. Эта Москва стала исчезать при мне, когда в 60-е годы на проспект Мира переселяли из моего дома тех, кто жил в подвалах. И двор в одночасье стал пустой и какой-то ненужный. А столько было всего - и скандалов, и любви, и дружбы, и преступлений, и открытий.
Антон ЕЛИН