Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Средства ПВО за ночь сбили 293 дрона над Калужской областью
Мир
В МИД РФ обвинили страны Запада в пиратстве на государственном уровне
Мир
В Литве решили отказаться от приема мигрантов по программе Евросоюза
Армия
ВС РФ поразили объекты ВПК и логистики ВСУ в Киеве и трех областях Украины
Мир
Президент Монголии объявил о своей отставке
Мир
Мерц занял последнее место в рейтинге немецких политиков
Мир
В МИД РФ назвали надуманными причины отказа Зеленского от поездки в Москву
Мир
В ГД сообщили о возможном сроке для Каллас в РФ за слова об участниках СВО
Мир
В Гамбурге свидетель описал арендаторов яхты для подрыва «Северных потоков»
Происшествия
Силы ПВО сбили более 50 беспилотников при атаках на промзоны Уфы и Салавата
Мир
Вэнс исключил затягивание войны с Ираном более чем на два года
Мир
В Италии оппозиция призвала заблокировать сайт «Миротворец»
Общество
Умерла мать основателя группы «Ласковый май» Валентина Кузнецова
Мир
Посол КНР в РФ прокомментировал предстоящую встречу Си Цзиньпина и Путина на АТЭС
Мир
Болгария добилась исключения двух российских банков из санкционного списка ЕС
Мир
Лавров рассказал о нецензурной оценке Саакашвили со стороны Стубба
Общество
Адвокат предупредил о рисках для руководителей после продажи бизнеса
Мир
Вэнс заявил об отсутствии нужды у американцев строить бункеры

Привкус времени

Несколько лет тому назад Яновская взяла тайм-аут, легла на дно, ушла в подполье, перестала баловать нас своими спектаклями, а поскольку у нас, как, собственно, и везде, каждый крупный режиссер на счету, театральная палитра Москвы явно обеднела. Новая премьера ТЮЗа стала для всех, кто любит этот театр двойного подчинения, премьерой долгожданной. Очень долго жданной. Случилось так, что примерно за неделю до премьеры в Москве закончился фестиваль "Новая драма". Вряд ли Яновская планировала заранее это соседство и вряд ли оказалась ему рада, но обращение к полузабытой пьесе Шейлы Дилени обрело в контексте повального увлечения текстами молодых драматургов совершенно неожиданный смысл
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
Несколько лет тому назад Яновская взяла тайм-аут, легла на дно, ушла в подполье, перестала баловать нас своими спектаклями, а поскольку у нас, как, собственно, и везде, каждый крупный режиссер на счету, театральная палитра Москвы явно обеднела. Новая премьера ТЮЗа стала для всех, кто любит этот театр двойного подчинения (рядом с Яновской всегда на посту ее неизменный муж и соратник Кама Гинкас), премьерой долгожданной. Очень долго жданной. Случилось так, что примерно за неделю до премьеры в Москве закончился фестиваль "Новая драма". Вряд ли Яновская планировала заранее это соседство и вряд ли оказалась ему рада, но обращение к полузабытой пьесе Шейлы Дилени обрело в контексте повального увлечения текстами молодых драматургов совершенно неожиданный смысл. Дело в том, что "Вкус меда" полвека назад тоже был "новой драмой", причем со всеми накожными признаками оной. Пьеса Дилени, как и пьесы ее "рассерженных" товарищей по перу, впитала в себя дух времени, вывела на сцену новых героев, изменила лексический состав драматургического языка, походя обнаружила социальные язвы английского общества и скорректировала систему его ценностей. "Я современная... Я иду в ногу с самой собой". Этой сакраментальной репликой из "Вкуса меда" начинается предисловие к сборнику "Семь английских пьес" (1968), в котором и появились впервые на русском языке опусы поколения "рассерженных". Читаешь и диву даешься. Сколько копий было сломано вокруг вошедших в сборник названий. Как возмущен был поначалу ими Лоуренс Оливье. Как очарован оказался он ими в дальнейшем. Сколько желчи, остроумия и красноречия потратил знаменитый английский критик Кеннет Тайнен, чтобы доказать эстетическую состоятельность своих кумиров и сбросить с парохода современности всю ту затхлую классику, которую еще не успели сбросить его соратники по борьбе. Рядом с громокипящим Тайненом нынешние, кажущиеся кому-то пылкими апологеты новой русской драмы вроде Михаила Угарова выглядят тихонями и коллаборационистами. Вот тогда рубились так рубились. И что? Кто сейчас в здравом уме и твердой памяти будет перечитывать произведения "рассерженных", включая такой оглушивший всех в свое время хит, как "Оглянись во гневе" Джона Осборна. Какой энциклопедист помнит имена Бернарда Копса, Брендана Биэна или Арнольда Уэскера. Из всех семи пьес сборника лишь одна пережила свое время - "Сторож" Гарольда Пинтера. Но ясно как день, что произведения великого абсурдиста попали в "новую драму" по чистому недоразумению. "Сторож" - вечно новая драма. Пьеса на все времена. Что заставило Яновскую обратиться к преданному забвению тексту, догадаться несложно. Тридцать лет тому назад она уже ставила "Вкус меда" на сцене питерского МДТ и стяжала фантастический успех. Слово "культовый" в те годы еще не знали, но никак иначе спектакль Яновской теперь и не назовешь. Рядом с драматургией "рассерженных" наша оттепельная драма казалась диетической пищей. Героиня приживает ребенка от какого-то негра-матроса, который ее поматросил и бросил. Н-да! Мать у нее, как бы это поприличнее выразиться... Эге!! Живет эта самая девушка - беременная уже - с каким-то непонятного вида и назначения юношей, который ей готовит, стирает, гладит и распашонки шьет. Так-так-так... С девушкой он не спит. И вообще он, кажется, с девушками не спит. А с кем же он спит-то? Ух ты!!! Весь спектакль, сделанный, кстати, не брутально и не шокирующе, а, напротив, очень возвышенно и лирично, сопровождала музыка "Битлз". Самых настоящих - не дома под подушкой, а в театре при большом скоплении людей услышанных "Тхе Битлз". Это было круто. Реально круто. Это сносило крышу. Во "Вкусе меда" Дилени и соответственно спектакле Яновской не было детективного сюжета, хитрых перипетий и неожиданной развязки. В них был терпкий вкус жизни. Настоящей жизни. Подлинной. Запрещенной и запретной. И обыденное течение этой самой жизни само по себе содержало эстетический заряд. Ее подробное проживание было в новинку и в диковинку. Чему прикажете дивиться сейчас? На фоне нынешней "новой драмы", в подробностях описавшей нам все известные медицине перверсии и всех зафиксированных социологами маргиналов, жизнь английских социальных низов и образ латентного гомосексуалиста уже как-то не бодрят. После такого гениального певца обыденности, как Людмила Петрушевская, новый язык, новые герои и новые коллизии Шейлы Дилени кажутся детской игрой в крысу. Яновской явно хотелось не просто материализовать успех, а вернуть былое. Продлить его очарованье. Но такая театральная ворожба заведомо обречена. В реку времени не ступить дважды. Ее бурные потоки неумолимо размыли и очарование пьесы, и свежесть режиссерских приемов. Отсутствие интриги оборачивается скукой. Искренность выглядит фальшью. Не только песни "Битлз", но даже запузыренный в финале хит Deep Purple с гениальными гитарными переборами применительно к тексту Шейлы Дилени звучат сегодня не откровением, а банальной музыкальной иллюстрацией. А чем еще прикажете иллюстрировать английскую драму конца 50-х? Дело не спасают ни как всегда изящные декорации Сергея Бархина - прорезающие сцену по диагонали, словно упавшие и придавившие героев балки и дырявая стена, в которую проникает волшебный свет, - ни прекрасно поставленный театральный свет Глеба Фильштинского, ни явно способная дебютантка Наталья Мотева в роли поматрошенной и брошенной Джо. Сам матрос, красиво раскачивающийся на канате (так же качался он, по свидетельству старожилов, тридцать лет назад), заставляет теперь вздрогнуть и вспомнить красивых мальчиков из спектаклей Виктюка. (Минуточку, а кто из них гомосексуалист, начинает лихорадочно соображать зритель, смутно помнящий содержание пьесы, - этот или тот, который потом распашонки шить будет.) В этом "Вкусе меда" больше нет вкуса жизни. В нем есть лишь привкус неумолимого времени, разрушающего иллюзии, хоронящего надежды, ставящего все по своим местам и безжалостного даже к очень талантливым людям.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир