Введение с 1 октября визового режима между Россией и Польшей скажется и на отношениях России с Евросоюзом. Так, подписание соглашения о реадмиссии, то есть об обязательстве принимать обратно нелегальных мигрантов, - одно из главных требований Евросоюза к России, без него, говорят в Брюсселе, вряд ли можно всерьез рассуждать о каких-либо безвизовых перспективах.
Москва момент подписания соглашения с Евросоюзом всячески оттягивает: реадмиссия - дело дорогое и хлопотное. Такие обязательства Москва взяла на себя только в отношениях с Литвой - без этого Евросоюз отказывался идти на уступки по калининградскому транзиту. Во всех остальных случаях у России пока есть юридическая возможность не принимать обратно граждан, нелегально пересекших границу с ее территории.
Введение визового режима теоретически должно сдержать натиск нелегалов. Впрочем, часть европейских нелегальных мигрантов на территорию Польши попадает как раз вполне законно. Зато на польско-германской границе, то есть границе Шенгена и Евросоюза, российские граждане занимают второе место после украинцев по количеству задержаний: 213 человек против 431. Китайцев, афганцев или вьетнамцев (то есть всех тех, кого Евросоюз больше всего опасается увидеть на своей территории в качестве нелегалов) гораздо меньше. На поток, угрожающий безопасности ЕС, это не похоже, но уже вполне достаточно для того, чтобы заставить волноваться и Польшу, и Германию. Нелегального мигранта мало задержать, его еще нужно куда-то пристроить.
Варшава не в восторге - нелегалов приходится возвращать на родину за свой счет. Но чисто по-человечески понимает: "Когда мы только подписали соглашение о возврате мигрантов с Германией, нам их присылали тысячами, это был кошмар". "Но зря вы считаете, что реадмиссия - это дорогое удовольствие, депортация обходится гораздо дороже", - говорит Ян Венгжин, директор Управления по вопросам репатриации.
Реадмиссия имеет смысл тогда, когда она работает по цепочке: страны должны плавно передавать нелегала друг другу до тех пор, пока в итоге он не окажется на родине. Из всех государств СНГ в эту цепочку пока включилась только Украина, подписав необходимые соглашения в расчете на какую-либо ответную любезность со стороны ЕС. Но отличницей в борьбе с нелегалами так и не стала.
- Когда речь идет о пересечениях границы, есть свобода интерпретации, и Украина этим правом явно злоупотребляет, - говорит замглавы погранслужбы Польши Мариан Кашинский. - Если задержание происходит хотя бы в двухстах метрах от границы, то украинцы говорят: "Нет никаких доказательств, что они пришли именно с нашей стороны". И даже когда мы показываем записи с инфракрасной аппаратуры, украинская сторона сильно сомневается.
Таким образом Украина открещивается как минимум от трети предлагаемых ей мигрантов. "А когда соглашение о реадмиссии не выполняется, это стимулирует организаторов групп, занимающихся нелегальной переброской людей", - считают пограничники. Россия же, как ни странно, нелегалов иногда, в порядке исключения, обратно принимает.
Пока ни в России, ни в Польше предпочитают не строить прогнозов о том, что будет после расширения Шенгенской зоны. В Москве с весьма умеренным оптимизмом полагаются на отдаленный, но все же прогресс идеи безвизового режима со всей Европой. В Варшаве пока верят, что Польша сможет теперь уже изнутри влиять на процесс принятия решений. Свои амбиции поляки показали еще до официального вступления в ЕС - при голосовании, считают они, Польша должна иметь соответствующий своим масштабам вес, то есть чуть меньше Франции или Германии. Что и пытаются сейчас отстоять в проекте Конституции ЕС.
- Это принципиальный вопрос, вопрос нашей будущей роли в ЕС, - убежден Ярослав Петрас, статс-секретарь Комитета европейской интеграции. - Решение по калининградскому транзиту, к сожалению, принималось без нашего участия, но в будущем мы хотели бы влиять, например, на то, как и о чем Брюссель будет говорить с Москвой.