В среду советники муниципального собрания района "Аэропорт" пытались спасти знаменитый Детский центр Литфонда. Сегодня на пороге садика вместо приветливых воспитательниц детей встречает угрюмый охранник с дубинкой вдоль бедра. Благополучный, известный на всю Москву детсад закрыт решением литературных чиновников. На его месте хотят возвести элитное жилье.
Детсад № 1186 был построен в известном "литфондовском" микрорайоне у метро "Аэропорт" почти 40 лет назад. С 1991 года он существует только за счет средств родителей. В рейтинге журнала "Карьера" Детский центр Литфонда стоит на первом месте среди ведомственных детсадов Москвы, и заслуженно. Группы по 12 человек, педагоги по рисованию, музыке, хореографии, физкультуре, английскому. Есть психолог, логопед и даже терапевт-педиатр. Всего 33 человека персонала на 50-60 детей.
Риэлторский бизнес, конечно, куда выгоднее педагогического. Но, во-первых, Литфонд России отнюдь не бедствует. Бедствуют писатели, большинству из которых неведом коммерческий успех, и вдовы. А во-вторых, детсад приносил неплохие доходы Литфонду. В последние годы ежемесячная плата за содержание ребенка достигала 350 долларов. Писательским детям полагалась скидка в 50%.
- Каждый месяц мы перечисляли Переверзину по 37-38 тысяч рублей, - делится с "Известиями" директор Детского центра Елена Калинина. - Литфонд никак не помогал садику.
Переверзин Иван Иванович - глава Литфонда России. Застать его на рабочем месте практически невозможно. Обиженные писатели говорят, что он "прячется". Изложить позицию Литфонда мог бы и другой фигурант скандала, назначенный ликвидатором детсада, - Юрий Коноплянников, главный редактор газеты "Литературная Москва", профсоюзный босс и автор прозаических миниатюр с претензией на остроумие. Его комментарий действительно оказался весьма миниатюрным: "Я с вами разговаривать не собираюсь. В детские игры играйте не со мной". Какие уж игры с человеком, которого за глаза называют Цербер Переверзина.
Придется самим додумывать, что бы они ответили корреспонденту "Известий". "Фонд должен зарабатывать деньги, - наверное, сказали бы они. - А детсад - малоприбыльное дело". Рожать и воспитывать детей вообще невыгодно. Наверняка мы услышали бы такой аргумент: "Имущество Литфонда России должно приносить пользу не только москвичам, но и провинциальным писателям". Как это имущество поможет провинциальным писателям, да и поможет ли вообще, бабушка надвое сказала. Зато московские писатели остались без крайне важного заведения, которое они к тому же содержали за свой счет.
О Переверзине писатели говорят, что он не любит москвичей. Странно ждать другого отношения от уроженца поселка Жатай, выпускника нюйской средней школы, директора совхоза в Ленском улусе.
"Здесь родился, здесь и буду
я и пахарь, и поэт,
и когда-то лишь отсюда
я покину белый свет",
- опрометчиво пообещал своей малой родине якутский поэт. Но лирический герой Переверзина - существо бесплотное, в некотором смысле картонное. Лесотундра - самое подходящее для него место. А сам Иван Иванович - из мяса и костей; ему, конечно, в Москве уютнее. Особенно в должности главного распорядителя имущества, накопленного поколениями столичных писателей. Литфонд как безвозмездная касса взаимопомощи возник усилиями литераторов без материальных проблем (в частности - Льва Толстого и Ивана Тургенева). До 1991 года Литфонд СССР зарабатывал изданием книг и получал по 10% каждого писательского гонорара. По некоторым оценкам, его собственность достигала 100 миллионов долларов.
После распада Союза писателей СССР многочисленные дома творчества, дачи, санатории, книжные лавки, расположенные на территории Российской Федерации, стали объектом дележа и склок между новообразованными структурами - Литфондом России и международной общественной организацией писателей "Литературный фонд". Дележ проходил крайне болезненно - с ОМОНом, судами, войной в СМИ. Зато общественное имущество распродавалось обеими сторонами почти без проблем. Три года назад был момент, когда Ивану Переверзину удалось возглавить оба литфонда. Но ненадолго, и в конце концов он осел в российском. Детский сад на Красноармейской улице оказался в его подчинении.
- За писателями закреплено лишь 10 мест, - говорит директор Елена Калинина. - За 3 года, что Иван Иванович руководит Литфондом, писательских детей стало еще меньше. Писателей вынуждали месяцами выпрашивать у него направления в детсад.
Теперь Переверзин обосновывает закрытие центра тем, что там мало писательских детей. А когда те выбивали в Литфонде места, им приходилось выслушивать совсем другие речи.
- Когда я пришел за направлением, - вспоминает писатель Дмитрий Минченок, - литфондовские клерки мне ответили: "Вы только что вступили в союз. Слишком быстро хотите получить от нас блага". Нигде не записано, что у писателя должен быть стаж членства в СП. Если бы я смог оплатить 100%, ребенка взяли бы сразу же.
Минченок "выбивал" место в детсаду с сентября по март, часами высиживая в кабинетах чиновников и в приемной г-на Переверзина.
- Переверзин считает себя нашим благодетелем, - делится воспоминаниями о встрече с поэтом Леонид Жуховицкий, чья дочь воспитывалась в том же детском саду. - Но даже стул, на котором он сидит, и кабинет куплены на мои деньги и на деньги сотен других писателей. Мои произведения переведены на 45 языков, пьесы идут в 300 театрах. Переверзин уверен, что имущество Союза писателей существует лишь для того, чтобы содержать аппарат Литфонда и нескольких приближенных к нему литераторов. Нуждающимся писателям, вдовам, начинающим практически невозможно получить помощь от Литфонда. Даже на похороны с трудом выбиваем деньги.
Алена Жуховицкая сегодня пошла в первый класс, а Нине Минченок в школу еще рано. Ее родители ломают голову, куда пристроить дочь.
- Я бы очень хотела, чтобы наша Ниночка продолжала ходить в этот садик, - вздыхает бабушка Юлия Алексеевна. - Родители работают, а я стара и не смогу дать внучке того, что ей нужно. К тому же других вариантов просто нет. В коммерческих садиках просят 300 долларов и выше, для нас это дорого. А в муниципальных очередь на три года.
Ване Мережко, Сандро Искандеру, сестрам Рождественским и другим питомцам детсада № 1186 легче - они уже выросли. А нынешним малышам, привыкшим каждое утро приходить в Детский центр Литфонда, остается надеяться на Москомзем и прокуратуру. 19 июня истек срок аренды на землю, и под этим предлогом власти могут запретить перепрофилирование дошкольного учреждения. Советники местного районного собрания намерены поискать в детсадовских документах какие-нибудь "закорючки" и воспользоваться ими, чтобы "добиться передачи детсада в департамент образования". А Елену Калинину уже приглашала Хамовническая прокуратура. Там очень заинтересовались обстоятельствами ликвидации центра.