Подозрительная троица
...В тот день, 15 ноября 2001 года, напряжение было запредельным, вспоминают дагестанские рубоповцы. В Махачкале начался суд над Салманом Радуевым, а государственным обвинителем на процессе выступал сам генпрокурор Владимир Устинов. Незадолго до этого в органы внутренних дел республики поступила информация о том, что один из лидеров чеченских террористов Хаттаб направил в Дагестан несколько диверсионных групп с заданием убить Устинова и освободить Радуева. Меры безопасности были многократно усилены, а весь транспорт, направлявшийся в сторону Махачкалы, досматривался с особым пристрастием.
Белую "Ниву", шедшую со стороны чеченской границы, дагестанские милиционеры остановили на блокпосту в нескольких километрах от селения Новолакское. Из салона послышался характерный щелчок передергиваемого затвора. Не раздумывая, рубоповцы открыли предупредительный огонь, бросились к машине и выволокли оттуда весьма колоритную троицу. Темнокожий араб, которого поначалу приняли за негра, одноногий русский в камуфляже и только третий, кавказец, по своему облику мог сойти за боевика. Ему больше всех и досталось при задержании. "Негра" бить было непривычно, калеку - неудобно, так что кавказцу пришлось "отдуваться" за всех. В машине обнаружили мощное самодельное взрывное устройство, снаряженное детонатором, изготовленным из одноразового шприца (такие, пояснил начальник Новолакского РУВД Муслим Дахаев, обычно используют чеченские камикадзе), автоматы и немного марихуаны.
Из всех задержанных дать показания согласился только искалеченный русский, бывший морпех Сергей Тиунов, оказавшийся в отряде полевого командира Раппани Халилова, ближайшего сподвижника Хаттаба. По словам сотрудников правоохранительных органов, он "признался" в том, что его группа прибыла в Дагестан, чтобы "прокурорских убивать, которые из Москвы", и таких групп было, по его сведениям, не менее трех. Основываясь на этих показаниях, а также на том, что прибытие группы совпало с началом громкого процесса "Устинов против Радуева", правоохранительные органы поспешили заявить о раскрытии покушения на генпрокурора.
Однако в течение года, пока длилось следствие, более веских доказательств подготовки теракта обнаружить не удалось. Так что в обвинительном заключении о покушении уже ничего не говорилось, а самым тяжелым пунктом оказалось участие задержанных в незаконных вооруженных формированиях.
Темнокожий иностранец, чья личность до конца так и осталась невыясненной (он представлялся то сотрудником британских спецслужб Джоном Бенини, то алжирским гражданином Юсуфом Саидом Саудани), получил 7 лет лишения свободы. Уроженец Чечни Мухтарпаша Исмаилов - на полгода больше. Дело бывшего российского военнослужащего было выделено в отдельное производство и передано военной прокуратуре.
Боевики его не били, а отрезали ногу
Уроженец башкирского села Эманино Сергей Тиунов в октябре 1999 года был призван на Северный флот и проходил службу в Мурманской области. Через 7 месяцев его направили в Ножай-Юртовский район Чечни. Несмотря на то что на боевые операции Тиунова не брали (вместе с другими первогодками он охранял базу), суд впоследствии признал его откомандирование в зону боевых действий противоречащим Положению о порядке прохождения военной службы, в котором говорится, что для выполнения задач в условиях вооруженных конфликтов могут направляться только военнослужащие, прослужившие не менее 12 месяцев.
По словам Тиунова, служилось молодым несладко. В конце концов, четверо из них решили пойти в комендатуру, чтобы пожаловаться на царящую в подразделении дедовщину. Однако для этого зачем-то прихватили с собой ручной пулемет со снаряженными магазинами, два подствольных гранатомета с запасными выстрелами и дюжину гранат. Указать дорогу к комендатуре солдаты попросили кого-то из местных. Тот, однако, привел военнослужащих к боевикам. Младший сержант Улитин и матрос Шкрыль были расстреляны, а рядовые Андрей Трофимов и Сергей Тиунов - оставлены в живых. Почему? Обвинение убеждено, что погибшие отказались изменить присяге, а тем, кто согласился принять ислам и служить боевикам, оставили жизнь. По данным следствия, им даже дали мусульманские имена: Андрей стал Ахмадом, а Сергей - Салихом.
Однако служба в отряде полевого командира Раппани Халилова оказалась не слаще, чем под началом армейских "дедов". Андрей Трофимов погиб в результате авиационного налета федеральных сил, а Сергей Тиунов подорвался на мине-растяжке. Рана начала гноиться, и чтобы избежать гангрены, в одном из подпольных госпиталей врач-чеченец ампутировал ему правую ногу выше колена. В другой ноге у Тиунова обнаружили 27 осколков. Пока длилось следствие, у него началось и нагноение на кости руки. В Верховном суде Дагестана "Известиям" сообщили, что тяжелое состояние здоровья подсудимого также учитывалось при вынесении приговора.
Слезы подсудимого
Поначалу и сам Тиунов признавался, что служил у боевиков и даже принимал участие в обстреле колонн федеральных войск. Однако на суде он заявил, что его использовали только как рабочую силу, а в дальнейшем обещали обменять на кого-нибудь из пленных боевиков. На вопрос, почему раньше он давал другие показания, Тиунов ответил, что так его заставили говорить сотрудники РУБОПа. Такой же версии придерживались и боевики, задержанные вместе с Тиуновым и выступавшие в суде над ним в качестве свидетелей. Свои прежние показания о боевом прошлом морпеха в отряде Раппани Халилова они также объяснили угрозами физической расправы. Государственному обвинителю Хидирнаби Шабанову оставалось только руками развести.
Однако никаких других доказательств вины подсудимого, кроме показаний на предварительном следствии, у обвинения не было. А в ходе судебных слушаний они рассыпались как карточный домик. В результате судья Владимир Секриеру признал Тиунова заложником. Обвинение в хищении оружия тоже отпало. Первоначальные показания самого обвиняемого суд признал недостаточными. Дезертиров-то было четверо, трое из них погибли, и теперь никто не может с уверенностью сказать, кто же из них похитил оружие: Тиунов или кто-то из погибших. Обвинение в незаконном ношении оружия постигла та же участь. Оказалось, что никто не видел Тиунова вооруженным.
В итоге из четырех предъявленных прокуратурой статей суд оставил только одну - ст. 338 УК РФ (дезертирство) и назначил наказание в виде двух лет исправительных работ. А поскольку один день содержания под стражей приравнивается к трем дням исправительных работ, то получилось, что Тиунов даже пересидел назначенный ему срок. Когда судья объявил о решении освободить его из-под стражи в зале суда, бывший морпех не смог сдержать слез.
Кроме того, суд вынес частное определение в адрес командования воинской части, направившего молодых солдат в зону боевых действий, и отказался удовлетворить иск командования подразделения, из которого дезертировал Тиунов, о взыскании с него стоимости похищенного оружия.