Когда 16 января 2002 года Татьяна Братченко вошла в квартиру своего бывшего мужа на улице Линии Октябрьской железной дороги в Москве, ее охватил ужас.
- Я отперла своим ключом дверь и увидела, что в прихожей тлеет паркет, - вспоминает Татьяна Петровна. - Захожу в комнату, а на полу лежат три окровавленных трупа. И среди них - мой муж. Я всегда знала, что он плохо кончит, но что именно так, мне и в голову не приходило. А ведь он когда-то был известным врачом.
Раз в неделю она навещала бывшего мужа, приносила деньги, готовила, стирала, убиралась. Однако, несмотря на частые посещения экс-супруги, однокомнатная квартира Братченко стала прибежищем для бомжей. В то утро 16 января, по словам соседей, из его дверей вышли пятеро - трое мужчин и две женщины. Жильцы вспомнили, что накануне вечером в квартире одинокого пьяницы слышалась какая-то возня, но они не придали ей значения. Эксперты определили, что смерть у всех троих наступила от колотых ран около десяти вечера. Выходит, эти пятеро переночевали в компании трупов. И не просто переночевали, а, как выяснили эксперты, продолжали распитие одеколона. Под столом нашли орудие убийства - кухонный нож. Осмотр трупов показал, что, перед тем как их искололи ножом, все трое были зверски избиты.
- Когда начали восстанавливать личности убитых, пришли к выводу, что эти бомжи относятся к группе, которая крутится вокруг Петровско-Разумовского рынка, - рассказывает следователь прокуратуры Северного округа Александр Трощанович. - У бомжей тоже все поделено по территориям. Мы выяснили, что интересующие нас бродяги ночуют в теплотрассах, которые тянутся вдоль железнодорожной линии. Однако обход теплотрасс не дал желаемых результатов.
Тем временем личность одного из убитых была установлена. Им оказался 54-летний житель Москвы Виталий Киселев - в прошлом грузчик одной из продовольственных баз. Через его родственников составили портреты его нынешних друзей. Выяснили, что в их компании верховодит некий Кондратьев. На вид - лет 30, маленького роста, коренастый, но очень сильный. Киселев его боялся и неоднократно жаловался своей сожительнице, что не может отдать 400 рублей, которые он занял у девушки Кондратьева.
Когда фотороботы товарищей Киселева были показаны жителям улицы Линии Октябрьской железной дороги, они подтвердили, что это те самые бомжи, которые приходили на квартиру Братченко. Милиционеры начали поиск подозреваемых в районе Петровско-Разумовского рынка, но эта пятерка будто сквозь землю провалились.
- Дело на некоторое время зависло, - вспоминает Трощанович. - Но вскоре нам сообщили, что в одном из подвалов на улице Яблочкова обнаружен труп бомжа. Им оказался один из тех троих мужчин, которые в сопровождении двух женщин в то роковое утро вышли из квартиры Братченко. Через месяц нам позвонили из спецприемника и сказали, что те, кого мы ищем, задержаны. Я сразу поехал в "обезьянник" и забрал всех четверых: 2 мужчин и 2 женщин. Один из них, по фамилии Кондратьев, сразу начал давать показания.
По словам следователя, задержанный откровенно признался, что убивал ради того, чтобы вызвать к себе уважение московских бомжей, которые поначалу не признавали его за своего. Пришлось насмерть забить двоих друзей в теплоколлекторе. И только тогда он стал подниматься в их глазах.
- Чем больше я погружался в это дело, - признается следователь, - тем сильней убеждался, что в среде бомжей действуют первобытные законы. Кто сильнее, тот и лидер. Кондратьев, как выяснилось, занимался кикбоксингом. Убить тремя ударами спившегося бомжа ему не представляло большого труда.
С помощью сотрудников МЧС из теплоколлектора Савеловского вокзала, на который указал обвиняемый, были извлечены останки двух трупов. Поскольку в руки следствия попали только кости, то сделать медицинское заключение не представлялось возможным. На основании одного только признания "повесить" на Кондратьева эти убийства прокуратура не рискнула.
Зато убийство следующих четверых было доказано в рекордно короткий срок. Кондратьев в подробностях рассказал, что же произошло вечером 15 января на квартире Братченко. После распития шестого флакона одеколона Кондратьев внезапно припомнил Киселеву, что за ним должок. Возникла ссора, затем драка, которая закончилась поножовщиной. Братченко не понравилось, что в его доме убивают человека. Он кинулся к Киселеву на помощь и попал под горячую руку. Один из бомжей в панике бросился бежать, но рассвирепевшая компания догнала его в прихожей, втащила в комнату и забила насмерть. Наутро гости ушли, предварительно разведя на полу костер.
Через некоторое время Кондратьев в подвале на улице Яблочкова забил ногами своего товарища, участвовавшего в убийстве Братченко. Бедняга что-то не так сказал Кондратьеву.
- Что он ненормальный, я понял с первого взгляда, - развел руками Трощанович. - Вскоре он это сам подтвердил, обронив на допросе, что лежал в московской психиатрической больнице. Я стал обзванивать психиатрические клиники и на фамилию Кондратьев его не нашел. На мое счастье, он правильно назвал свой домашний адрес в Кемеровской области. Я написал его маме, и она ответила, что Кондратьева - ее девичья фамилия, а мужняя - Пантюхова. На эту фамилию и была оформлена история болезни будущего убийцы. После этого все встало на свои места: выяснилось, что он - сбежавший из армии военнослужащий. Пантюхов служил в стрелковой дивизии во Владикавказе. Некоторое время воевал в Чечне, его контузило. Находился в розыске за изнасилование и убийство шестнадцатилетней девушки. Экспертиза признала его вменяемым. Московский окружной военный суд приговорил Пантюхова к пожизненному заключению.