В субботу во время посадки погиб американский космический корабль "Колумбия". Катастрофа произошла на глазах миллионов людей, была заснята на видеокамеры. В понедельник НАСА объявило, что найдены останки тел всех семи астронавтов, среди которых был первый астронавт Израиля. Прозвучали соболезнования глав государств, теплые слова сказаны семьям погибших. Президент Джордж Буш собирается произнести речь в Центре управления полетами в Хьюстоне. Специалисты сразу стали обсуждать технические версии трагедии. На выяснение истины потребуется несколько месяцев, но нет гарантии, как это нередко происходит при авариях сложных технических систем, что однозначный ответ будет найден. Но уже сегодня встает другой вопрос. Вопрос о допустимой для человека степени риска при освоении космического пространства. И в более общем виде - при получении нового знания, проникновении в любую новую область.
В 1975 году на участке выведения ракетой-носителем "Союза" лишь система аварийного спасения выбросила Олега Макарова из разрушающегося корабля. Перегрузка достигла показателя 21. Считается, что человек не может выдержать такой перегрузки. Капсула с экипажем упала в Алтайских горах и запуталась в ветвях вековых деревьев.
- Мне неприятны эти воспоминания, это самое черное пятно в жизни, - говорит Олег Макаров. - В момент аварии надо работать. Только через несколько часов становится страшно от понимания того, через что прошел.
Насколько это страшно, я не могу и не хочу объяснять.
Всякая профессия связана с риском. Сама по себе жизнь, даже если ничего не делать, просто лежать на диване, тоже связана с риском. Вопрос в том, ради чего рискует человек. Какую цель он ставит и какую пользу может принести в том случае, если осуществит задуманное. Выше, чем у космонавтов, риск у военных вертолетчиков (это самая опасная профессия в мире) и у летчиков-испытателей. По некоторым подсчетам - и у рыбаков. За всю историю космонавтики трагедией завершились четыре полета - два наших (Комаров в 1967 году и экипаж Добровольский-Волков-Пацаев в 1971 году) и два американских ("Челленджер" в 1986 году и "Колумбия"). Погибло 18 космонавтов, не считая жертв во время предполетных подготовок. Риск на каждый полет в космонавтике оценивается в 2-4%.
- Пока пилотируемая космонавтика не выполнила тех целей, которые перед ней ставились, - считает космонавт профессор Константин Феоктистов. - До сих пор не удалось сформулировать стратегическую цель выхода человека в космос. Кроме инженерного опыта, никаких приобретений сегодня у пилотируемой космонавтики нет. Ни научных открытий, ни технологических прорывов - только гигантские затраты. Всю пользу пока приносят автоматы. Может быть, и человек в космосе необходим. Но достойной работы для него в космосе не найдено.
Итак, ради чего же рискуют космонавты? В эпоху первопроходцев Юрия Гагарина и Джона Гленна вопрос ставить было глупо. Человеку по его природе необходимо проверить свои силы. Извечное и упоительное безумие, без которого невозможен прогресс. Могу ли я? Выяснилось - может. Именно поэтому тогда имена космонавтов знали наизусть. Теперь путаются даже специалисты. Романтика уступает место прозе. Со временем, как и в любом деле, космонавтике необходимо ответить на вопрос о целях, которые ставит перед собой человечество, и цене риска, которую мы готовы заплатить за эти цели.
Самым крупным техническим проектом современности является международная космическая станция, которую сооружают 19 стран при решающем участии США и России. Зачем создается МКС? При обсуждении проекта в начале 1990-х говорилось много высоких слов о необходимости научных исследований, о технологическом рывке в производстве принципиально новых и недостижимых в земных условиях материалов. Ничего этого на МКС нет. Впечатление такое, что цель строительства международной станции - построить станцию. Инженерный опыт будет обогащен. Но ненамного - богатый опыт по этой части был накоплен еще на российском "Мире".
Что касается науки, то космонавтика действительно находится сегодня на ее передовом крае. Как говорит директор Астрофизического института имени Макса Планка в Германии академик Рашид Сюняев, человечество вступает сейчас в эпоху Магеллана, ученые делают во Вселенной открытия, которые перевернут наши представления о мироздании и о материи. Но делаются эти открытия без участия космонавтов. Открытия эти делают мощные космические телескопы.
Еще одной бурно развивающейся отраслью является спутниковая связь и телекоммуникации. Планета, как Лаокоон, опутана сигналами, которые гуляют в атмосфере между земными ретрансляторами и орбитальной группировкой. Но опять же суть в том, что никакие космонавты не передвигаются, как монтеры с катушками, между этими спутниками. Специалисты считают, что даже технологические эксперименты по выращиванию чистых как слеза ребенка полупроводников или получению качественных лекарств целесообразно поручить автомату.
Таким образом, при нынешнем состоянии космонавтики
не удается найти ни единой причины, которая оправдала бы пребывание человека на орбите . Это пребывание стоит огромных денег - один только запуск "шаттла" обходится в 500 млн долларов. (Между прочим, примерно такую сумму Буш обещал по горячим следам "подбросить" НАСА.) И риск пребывания очень велик - где-то в верхних слоях самых опасных профессий. Из 113 стартов "шаттлов" два закончились аварией. При такой статистике в автотранспорте водитель, который ежедневно пользуется машиной, не прожил бы и месяца.
- Когда в 1965 году на нашем корабле вышла из строя автоматика и была потеряна связь с Землей, - вспоминает Алексей Леонов, - я вдруг подумал: где-то внизу бегает моя четырехлетняя дочка и ничего не знает, что происходит со мной. Потом вдруг с нами на связь вышла длинноволновая радиостанция, которая обслуживала еще перелет Валерия Чкалова. Она находится на станции Чкаловская в Подмосковье. Нам сказали: разрешаем действовать вручную. Нет, не до страха было, хотя корабль дико вращался. Надо было действовать мгновенно, рассчитать правильные действия до секунды. Резерва топлива хватало лишь на одну ориентацию. Мы упали в уральской тайге. Нас искали несколько дней...
Отличие российской схемы посадки от американской состоит в том, что пилоты "шаттла" ведут свой корабль на ручном управлении, у нас ставка делается на автоматику. Попытки автоматической посадки "шаттла" предпринимались, но нервы у пилотов не выдерживали, они перехватывали штурвал. В России самым опасным участком полета считается посадка, где и погибли оба наших корабля. В США считалось, что риск максимален на старте, когда и погиб "Челленджер". Что же произошло с зашедшей на посадку "Колумбией"?
Руководитель программы "Спейс Шаттл" Рон Диттмар отметил рост температуры в левом крыле на 60 градусов, справа же нагрев составил, как и положено, 15 градусов. Слева стало нарастать сопротивление воздуха, возник левый крен, корабль развернулся направо. Маневр элеронами не соответствовал углу атаки на этой высоте. Но о причине нештатного разогрева Рон Диттмар пока не знает.
Между тем в последние годы отставные сотрудники НАСА не раз били тревогу о том, что система безопасности на "шаттлах" несовершенна. После аварии эти специалисты раздают интервью, повторяя, что у руководства НАСА развилась близорукость, что несогласным зажимали рот. Член консультативного совета по аэродинамической безопасности адмирал Бернард Кодерер в 2002 году подал в знак протеста в отставку. Председатель совета Ричард Блумберг в апреле 2002 года сказал в конгрессе: "Меня еще никогда так не тревожила безопасность "шаттлов". Все мои инстинкты подсказывают, что при нынешнем подходе посеяны семена будущей опасности". Как всегда, у победы много героев, у поражения - один виновный...
Что думают о причинах аварии побывавшие в аналогичной ситуации космонавты? Независимо друг от друга председатель Международной ассоциации космонавтов и астронавтов Алексей Леонов и главный специалист РКК "Энергия" Олег Макаров считают, что к трагедии привело повреждение термозащиты корабля, которое при старте нанесли отскочившие из-за вибрации куски изоляционных материалов. Операторы в американском ЦУПе заметили повреждение, но не придали этому значения. Корабль покрыт 24 тысячами особотермостойких пластин. Их размер 20 на 20 см при толщине 50 мм. Считается, что в полете отлететь от корпуса может 200 пластин. Но в самых опасных местах, где тепловой поток достигает нескольких сотен градусов, все пластины должны быть в целости до самой посадки. К примеру, во время полета нашего "Бурана" после приземления недосчитались всего трех пластин из 24 тысяч. (Схему термопокрытия мы заимствовали у американцев, хотя по многим параметрам "Буран" был оригинальным кораблем.) В пользу версии о нарушении теплового режима при входе в атмосферу говорит прекращение радиосвязи с Землей, которая могла быть нарушена плазменным фронтом, вызванным разогревом корабля.
Сто лет назад за что ни брался человек в своих исследованиях, повсюду добивался успеха. Мир был сплошным "белым пятном", и прогресс шел и успешно развивался методом "тыка". Третье тысячелетие - другое измерение. Космонавтике необходима выверенная стратегия. Риск в космических полетах останется всегда. Но человечеству необходимо знание цены этого риска. Пока энтузиасты космических полетов говорят: человеку в космос необходимо летать, так же как ему необходимо сочинять музыку. Только вот не хочется, чтобы музыка эта становилась траурной...
Зачем посылать людей в космос?
Вячеслав ЖУКОВ, инженер-баллистик, полковник в отставке, член Клуба "Известий":
- Все наше дальнейшее существование связано с космосом. Как верно сказал Циолковский, Земля - колыбель человечества, но нельзя всю жизнь оставаться в своей колыбели. Космос дает нам колоссальное количество удобств: связь, телевидение, метеорология. К сожалению, всю работу в космосе техника осуществлять не может, там нужен человеческий разум. Риск есть, и космонавты идут на него с открытыми глазами. До сих пор полет в космос - это героический поступок, подвиг. Рано или поздно мы полетим на другие планеты, а через какое-то время полеты станут массовыми.
Павел МОЛЧАНОВ, музыкант группы "Тайм-Аут":
- Не знаю. Я бы не стал посылать людей на такой риск. По-моему, непилотируемый корабль дешевле и обходится без жертв. Космонавты как саперы, тоже ошибаются один раз. Когда Гагарин летел в космос, это было задание партии, была цель перегнать американцев. Сейчас уже нет такой задачи, а люди все равно гибнут.
Марина АГРАЧЕВА, психолог:
- Просто потому, что существуют работы, которые не могут выполнять механизмы. Без их помощи нельзя обойтись. Опасность во время космических полетов, конечно, существует, но она также существует и в других сферах человеческой деятельности. Летчиков гибнет намного больше, чем космонавтов. Людей посылают в космос не из каких-то жестоких побуждений, а потому что это необходимо.
Еремей ПАРНОВ, писатель:
- Это естественное стремление человека - покорять то, что не покоряется. Вся история человечества говорит о том, что если есть какое-то недоступное место, то человек туда обязательно пойдет. За всю историю авиации точно так же было огромное количество жертв, но развитие авиации продолжается, и никто не говорит, что надо прекратить летать. Кроме того, ни один прибор не заменит разум живого человека, и наоборот - возможности человека ограниченны, а техника расширяет их. Космос - среда для человека враждебная, загадочная, приборы могут все фиксировать, регистрировать, но только человек может понимать и разгадывать.
Анатолий ПЕТРУКОВИЧ, кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник Института космических исследования РАН, член Клуба "Известий":
- Без человека в космосе не обойтись, потому что во многих случаях глаз профессионала может увидеть гораздо больше, чем самый умный прибор. Например, когда четыре года назад пытались определить состав грунтов на Марсе, у меня сложилось впечатление, что если бы туда прилетел геолог, то он выдал бы на порядок больше информации, чем прибор. К сожалению, долгое время пилотируемая космонавтика во многом относилась к вопросам политическим. Мне, как ученому, хотелось бы, чтобы она стала просто одной из отраслей современной технологии, науки.