- В этом году презентация Чрезвычайного обращения впервые состоялась в Москве. Почему? Не рассматривает ли МККК Россию как одну из стран-доноров?
- Москва стремительно входит в число важнейших политических и экономических мировых столиц. Именно поэтому нынешнее обращение было представлено одновременно в Женеве и в Москве. К сожалению, сейчас Россия не является донором, но, возможно, когда-нибудь станет им. Почему нет? Сегодня же мы хотим, чтобы власти Российской Федерации просто оказали нам поддержку.
- Почему такое внимание именно к России?
- В 2003 году операция МККК на Северном Кавказе займет третье место в мире по объему оказываемой помощи. Впереди только Афганистан и оккупированные Израилем арабские территории. На деятельность российской делегации МККК мы планируем израсходовать около 30 млн долларов. Правда, в следующем году мы постараемся несколько сместить акценты - Красный Крест будет оказывать помощь в основном тем людям, которые живут не в лагерях беженцев, а непосредственно на территории Чечни.
- Как осуществляется контроль за расходованием средств? Не пытается ли местная администрация подмять под себя финансовые потоки?
- Мы ежедневно проводим проверку расходования средств. Дело в том, что доноры МККК привыкли считать каждый цент и тщательно проверяют все наши траты. В Грозном нет наших сотрудников-иностранцев, но они практически каждый день приезжают в чеченскую столицу из Назрани и Нальчика. Что касается местной администрации... МККК всегда работает в тесном контакте с властями. Но если бы мы столкнулись с подобным давлением, то просто свернули бы все программы помощи.
- Не так давно в Чечне были похищены двое сотрудников МККК. Буквально на днях украли представителя Красного Креста в Конго. Можно ли предотвратить подобные преступления?
- Единственное, что мы можем сделать, - это ознакомить людей с нашими принципами, объяснить, что Красный Крест несет им помощь. Мы тщательно исследуем обстоятельства каждого похищения, улучшаем систему обеспечения безопасности. Тем не менее фактор риска всегда остается - это часть нашей работы. Могу сказать только одно: за всю историю существования Красный Крест ни разу не платил выкуп за своих сотрудников.