Внешнеполитический курс Путина на интеграцию в мировое сообщество при соблюдении национальных интересов России автоматически привел к пересмотру отношений с белорусским "батькой". Позиция российского президента ясна. Тезиз номер раз. Москва искренне хочет полноценного единого государства, "где нет ни российского правительства, ни белорусского правительства". Тезис номер два: если Минск пока морально к этому не готов, тогда не нужно стремиться создавать какие-то наднациональные органы. Тезис номер три: не следует обманывать самих себя. "Надо определиться, хотим мы или не хотим и чего хотим".
Лукашенко же считает совершенно необходимым сохранение суверенитета. "Я почувствовал, что белорусский президент стоит за развитие союза, в котором каждая страна должна быть суверенной" - резюмировал итоги своих переговоров в Минске Евгений Примаков. Чем-то жертвовать Белоруссия готова лишь "со временем". Вчера же обсудили и вопрос, надо или не надо стоит денонсировать союзный договор. Решили, что ни в коем случае не надо.
Но в том и дело, что в промежутке между путинскими высказываниями и примаковским вояжем было еще одно событие: в понедельник Минск посетил первый президент России Борис Ельцин. От него ждали ласковых фраз, способных успокоить обидчивого Лукашенко и эмоционально подготовить будущий путинский визит в Белоруссию. Дождались самостоятельных политических заявлений. Самое мягкое из них звучит как скрытая полемика с "преемником": "речь не может идти о создании объединения по стандартам Советского Союза", но оба государства "должны стремиться к сильному объединению в экономической, политической, а потом и в конституционной части". Самые несдержанные вызвали комментарии в политических кругах: Борис Николаевич принялся за старое. Причем во всех смыслах.
Даже обычно сдержанный Путин на своей знаменитой пресс-конференции не счел нужным скрывать раздражение: ""Ельцин - свободный человек, который имеет возможность свободно передвигаться, встречаться, высказывать свое мнение... Мы относимся к его мнению с уважением. Но по многим проблемам у меня есть свое мнение, и я буду реализовывать то, что считаю нужным и соответствующим интересам России сегодня и на перспективу".
По словам Глеба Павловского, председателя Фонда эффективной политики, "проблема Союза сегодня слишком политизирована, даже идеологизирована. К сожалению, начало этому положил еще Борис Ельцин, который представлял себе союз отчасти романтически, отчасти как некую форму риторики, которая компенсировала ностальгию по СССР. ...Заявление Путина обнажило каркас процесса. В России не все, особенно в элитах, являются сторонниками Союза. Им теперь придется объясняться с избирателями, и г-ну Лукашенко придется разбираться - хочет он или не хочет какого-то союза".
Но дело не только в реакции Путина на конкретные слова или "жесты" Ельцина. Дело в том, что разногласия по вопросу о судьбе союза между Белоруссией и Россией могут вновь нарушить существующий баланс политических сил, равновесие двух элит - "путинской" и "ельцинской". На этом зыбком, но неизбежном фундаменте до сих пор держалась экономическая стабильность и политическое развитие новой России. Но впервые в публичную дискуссию оказались вовлечены действующий президент и Борис Ельцин. Цена вопроса слишком высока. Лучше всех это понимает Лукашенко. На чем и строит свою игру.
А что вы думаете об этом?