В том, что окончательный приговор предопределен, сомневаться не приходится. Едва ли стоит даже теоретически допускать возможность того, что по завершении суда Милошевича оправдают, выпустят из-под стражи и позволят вернуться в Белград. Не для того затевался грандиозный "процесс века", не для того выдвигались столь страшные обвинения (геноцид, преступления против человечества). Вопрос не в том, осудят ли свергнутого сербского президента, а в том, по каким статьям и с какими формулировками.
И здесь у Карлы дель Понте и ее ассистентов могут возникнуть немалые трудности. Одно дело - политическая ответственность белградского диктатора за войны в бывшей Югославии, за гибель десятков тысяч человек: она бесспорна. Другое дело - ответственность юридическая. Как доказать, что именно президент отдавал приказы проводить этнические чистки, вырезать мирное население и расстреливать пленных? Как проследить всю цепочку принятия решений и их реализации? Как найти хоть один подписанный Милошевичем приказ, на основании которого совершено "преступление против человечества"?
Самое серьезное обвинение (геноцид) предъявлено Милошевичу в связи с боснийской войной. И как раз оно может оказаться наименее очевидным и наиболее труднодоказуемым. Формально президент Сербии (а тогда Милошевич был именно президентом Сербии, а не всей Югославии) не имел отношения к боснийской войне. Ее вела армия самопровозглашенной Республики Сербской. У армии этой был свой главнокомандующий (генерал Ратко Младич), а у республики - свой президент (Радован Караджич).
По логике именно эти люди (в первую очередь они) и должны отвечать за осаду Сараево или за резню в Сребренице - два самых кровавых эпизода войны. За боснийские зверства Милошевич несет политическую, моральную ответственность - но не уголовную. Сербский президент вооружал и финансировал соотечественников-сепаратистов в Боснии. Но это еще не геноцид. Не обвиняют же Бориса Ельцина за преступления, совершенные абхазцами в 1993 году в отвоеванном у грузин Сухуми. Не обвиняют, хотя Москва и поддерживала тогда сепаратистов в соседней республике.
Далеко не все просто и с "косовским досье", к которому в понедельник приступил Гаагский трибунал. Милошевичу инкриминируют "массовые этнические чистки" в бывшем автономном крае. Но это не юридическое обвинение, а скорее пропагандистский штамп. Чтобы на его основании вынести конкретный приговор, нужны конкретные факты. А факты, если уж начать их вспоминать, могут как раз сыграть против обвинителей, опровергнув многие их доводы.
Например, известно (хотя на Западе об этом сейчас по понятным причинам предпочитают не вспоминать), что до начала натовских бомбардировок Югославии никакого "массового исхода" албанцев из Косово не было. И боевые действия против Милошевича Запад начал вовсе не за "геноцид" (тогда, в марте 1999-го, это слово еще не вошло в политический лексикон), а за то, что Белград отказался подписать договоренности в Рамбуйе.
Если же говорить о конкретных "военных преступлениях" в Косово, то практически невозможно будет доказать, что сжечь ту или иную деревню, расстрелять пленных албанцев или напасть на мирный конвой приказал президент страны. Как показывает опыт всех локальных конфликтов последнего времени, такие решения принимают не политики, а военные - причем часто даже не генералы, а полковники или майоры.
Как это ни удивительно, наиболее уязвимыми позиции Милошевича могут оказаться, когда речь зайдет о третьем (а хронологически - первом) "эпизоде" балканских войн - хорватской кампании 1991 года. Здесь президент не сможет кивать на лидеров местных сепаратистов, как в Боснии. Одиннадцать лет назад боевые действия в соседней республике вели не отряды краинских сербов, а регулярные части югославской армии. Именно они осаждали Вуковар, а потом расправлялись с его защитниками и мирными жителями, именно они обстреливали из тяжелых орудий "жемчужину Адриатики" Дубровник. И без приказа Милошевича - верховного главнокомандующего - поход на тот же Дубровник был бы немыслим.
Кстати
До Милошевича самым высокопоставленным подсудимым Международного трибунала был Герман Геринг - "человек номер два" в нацистской Германии. Вместе с другими вождями рейха он в 1946 году был приговорен к смертной казни на Нюрнбергском процессе. Однако доказать его причастность к конкретным преступлениям оказалось гораздо труднее, чем поначалу надеялись обвинители. Сопротивление Геринга, который упорно (а порой и весьма красноречиво) доказывал свою невиновность, непричастность и неосведомленность, было сломлено лишь после того, как суду предоставили приказ о расстреле нескольких десятков пленных офицеров британских ВВС, подписанный лично Герингом. Не исключено, что и на процессе над Милошевичем произойдет нечто подобное. Приговор будет вынесен на основании какого-нибудь одного (частного, но бесспорного) факта, где вина подсудимого будет абсолютно доказана.
Моя хата с краю
Из опроса, проведенного ФОМом в российской глубинке (в 44 областях России), ясно, что про выдачу Милошевича Гаагскому трибуналу слышали только 47 процентов россиян, 30 процентов "что-то слышали", а 18 процентов признались, что слышат об этом впервые.
По поводу самой выдачи одобрили поступок югославов только 17 процентов отвечающих, зато 41 процент россиян осудили правительство Югославии, и еще столько же затруднились как-нибудь на этот поступок отреагировать.
36 процентов опрошенных считают, что Милошевича надо было выдать судебным властям Югославии, а 22 процента респондентов уверены, что его вообще не нужно судить.
Что же касается государственной политики России в вопросе о судьбе Милошевича, то 52 процента опрошенных решили, что правильно будет России в эти дела не вмешиваться, 7 процентов высказались в поддержку передачи Милошевича Гааге, а 19 процентов - наоборот, ее осудили.
На вопрос: "Почему же правительство Югославии выдало Милошевича Международному трибуналу?" - 58 процентов жителей разных регионов и 33 процента москвичей признались, что у них нет ответа .
Отдел политики
В чем виноват Слободан Милошевич?
Чем закончится суд над ним?
Павел КРАШЕНИННИКОВ, депутат Госдумы, председатель комитета по законодательству:
- Мне кажется, что сам этот суд будет длиться бесконечно долго. Закончится он вообще или нет - это для меня очень большой вопрос. А виноват ли он, и если да, то в чем, - это как раз вопрос к суду. Мне кажется, сам режим был близок к авторитарному, но говорить о конкретных преступлениях может только суд. Вопрос в том, должен ли этим заниматься Гаагский суд или все-таки югославский. Пока все, что мы видим, - затянувшееся представление, в котором все намешано: и драма, и комедия. Правосудие это мало напоминает.
Флюра ЗИЯТДИНОВА, депутат Госдумы, член комитета по международным делам:
- Если доказательства Милошевича будут достоверны, а суд - достаточно объективным, выяснится, что вина его гораздо меньше, чем это представляется сегодня. Я была в Югославии с составе группы депутатов и встречалась с Милошевичем. Да, были неприятные моменты, связанные с албанцами, правительство в какой-то мере инициировало этнические конфликты. Но я понимаю позицию Милошевича в укреплении своего этноса на территории Югославии. Я не берусь судить, прав ли он был, но он был легитимным руководителем страны.
Вячеслав НИКОНОВ, президент фонда "Политика":
- Суд закончится приговором и пожизненным заключением Милошевича. Это может длиться достаточно долго, но западные страны, поставив перед собой какую-то цель, обычно ее достигают. И то, что Милошевич заранее был объявлен виновным, не оставляет сомнений в том, что он будет осужден. Милошевича предали все. Это достаточно трагическая фигура, которую всего десять лет назад Буш-старший называл балканским Линкольном, призванным обеспечить территориальную целостность своей страны. Сейчас об этом все забыли. Вина Милошевича заключается в том, что он имел точку зрения, отличную от позиции западных стран.
Глеб ПАВЛОВСКИЙ, президент Фонда эффективной политики:
- Он закончится обвинением Милошевича. В этом и недостаток суда, который скорее напоминает военный трибунал, в котором заранее ясно, чем дело кончится. Трибунал и истина пересекаются мало. Главная проблема - в чем вина Милошевича. Было бы очень полезно выяснить это. Но мы вряд ли получим ответ на этот вопрос, потому что для этого нужно соблюсти старый принцип права: преступление судится там, где оно совершено. Здесь этот принцип нарушен.
Константин ТРУЕВЦЕВ, директор Центра исследований по правам человека Высшей школы экономики:
- Здесь нет однозначного ответа. Милошевич несомненно виноват, но в чем и как, требует конкретного и детального ответа. Чем закончится суд над Милошевичем, сказать трудно. Скорее всего его постараются осудить, потому что для этого и существует суд и обвинения ему предъявлены. Доля его вины существенна в развязывании войн между государствами бывшей Югославии.
Павел АСТАХОВ, адвокат:
- Процесс неизбежно закончится осуждением Милошевича, потому что в первую очередь это необходимо США для того, чтобы оправдать бомбардировки Югославии. Мало того, в сегодняшней ситуации противостояния с арабским миром приговор главе Югославии станет серьезным прецедентом в международном праве и даст возможность Штатам проводить "зачистки" в политической элите неугодных им стран, оправдывая любые вооруженные меры. Основная задача Гаагского трибунала представить действительно весомые доказательства вины Милошевича, чтобы осудить его на пожизненный срок, так как казнить его в Европе невозможно. Хотя наверняка некоторым политикам хотелось бы и крови этого "агнца".
А что Вы думаете об этом?