Источники "Известий" утверждают, что в самое ближайшее время активность прокуратуры может вылиться в реальные политические последствия. Обещано, что полетят головы, причем головы довольно известные и заметные. Либо в самой прокуратуре, либо в одном из крупнейших федеральных ведомств. Речь идет в первую очередь о "мебельном споре" - самом серьезном конфликте между Генпрокуратурой и Государственным таможенным комитетом.
"Мебельный спор" начался в 2000 году. Тогда МВД и ГТК были вскрыты нарушения в деятельности торговых центров "Гранд" и "Три кита" - контрабанда и уход от таможенных платежей (по данным ГТК, речь шла о полутора десятках миллионов долларов). ГТК представил доказательства (из таможенных деклараций итальянских поставщиков и российских получателей следовало, что в дороге вес и стоимость товаров уменьшались как минимум втрое), однако прокуратура сочла их недостаточными и закрыла дело о контрабанде. И открыла дело по поводу превышения служебных полномочий сотрудниками ГТК, усмотрев в их действиях корыстный умысел. На прошлой неделе в рамках этого дела на допрос в прокуратуру были вызваны глава ГТК Михаил Ванин и его заместитель Борис Гутин.
Ванин уже заявил, что считает происходящее PR-акцией прокуратуры. По данным "Известий", уже после допроса глава ГТК написал заявление в прокуратуру, в котором рассказывает о произведенных МВД еще на старте "мебельного спора" записях телефонных переговоров фигурантов расследования. Как утверждают источники, на этих пленках зафиксированы разговоры мебельщиков с сотрудниками Генпрокуратуры, в которых говорится, сколько будет стоить снятие с мебельных центров обвинений в контрабанде. Такие же заявления написали еще несколько высокопоставленных сотрудников ГТК, имевших доступ к этим материалам.
Таможенники надеются, что сейчас эти материалы получат ход. Надежды основываются опять же больше на политическом подтексте: по словам наших источников, Ванин на одной из встреч с президентом сообщил ему о сложностях во взаимоотношениях ГТК и прокуратуры. После чего расследование дела против таможенников было передано специально "выписанному" из Петербурга следователю Лоскутову (по странному совпадению зовут его Владимир Владимирович, а инициатива его появления приписывается лично Путину). Таможенники возлагают на него надежды как на человека, призванного изнутри контролировать объективность прокуратуры. Кроме того, они уверены, что Лоскутов имеет прямой выход на президента.
Рассуждая о мотивах конфликта, таможенники косвенно ссылаются на "командную" борьбу в окружении президента, в которой, по сложившемуся убеждению, Ванин и Устинов стоят по разные стороны баррикад. Собственно, и из обещаний привлечь к делу старые данные "прослушки" получается, что сам по себе "мебельный спор" в конфликте между ГТК и прокуратурой - не главное. Если доказательства коррумпированности чиновников прокуратуры действительно существуют, то их "выход в свет" был бы вполне логичен, например, на стадии закрытия дела о контрабанде, пусть даже в рамках непубличного внутреннего расследования. Но ссылки на подобные материалы появляются только после допроса Ванина.
Кроме того, высокопоставленные источники "Известий", "играющие" на стороне ГТК, утверждают, что у них есть в запасе еще несколько козырей, использование или неиспользование которых зависит от дальнейших шагов Генпрокуратуры. Из этих намеков следует, что главная цель - не добиться справедливости как таковой (в виде снятия обвинений или же их подтверждения), а нанести противнику удар поболезненнее. При этом оставив силы (и козыри) для возможных будущих сражений.