У Иванова в Ашхабаде было несколько целей: обсудить ситуацию в Центральной Азии, поговорить о Каспии, завершить подготовку к предстоящей встрече российского и туркменского президентов.
Самым интригующим был все же Каспий. С одной стороны, Ниязов выступает ярым сторонником урегулирования правового статуса этого моря - несмотря на то что дата прикаспийского саммита и постоянно переносится, Ашхабад по-прежнему считается неизменным местом его проведения. С другой стороны, именно с Туркменбаши связана значительная часть проблем, препятствующих проведению встречи.
Специфичность позиции Туркмении состоит в том, что она все время меняется. Между Россией, Казахстаном и Азербайджаном уже достигнуто и юридически зафиксировано полное согласие - нужно делить дно по принципу модифицированной срединной линии, сейчас уточняется конкретное прохождение этих линий. Иран настойчиво предлагает поступить иначе - "выдать" каждому из пяти государств по 20 процентов. Ашхабад же то заявляет себя сторонником иранского подхода, то сообщает, что в его позиции нет никаких противоречий с остальными постсоветскими государствами.
Колебания Ашхабада вполне объяснимы - при разделе Каспия спор прежде всего идет о принадлежности месторождений. В этом плане Туркмения предъявляет серьезные претензии к Азербайджану, считая, что Баку самовольно "взял" чужое. Однако во всем остальном позиция Ниязова значительно приблизилась к российской, и, возможно, в конце января в Москве будет зафиксировано предварительное согласие Ашхабада с принципом модифицированной донной линии.
Но даже такое согласие вряд ли приблизит проведение саммита прикаспийских государств. В данном случае принципиальная позиция России такова: саммит должен увенчаться конкретными решениями. Ниязов, обещая устроить пятистороннюю встречу, считает иначе: "Это будет лишь обмен мнениями, и мы не сможем урегулировать проблему статуса Каспия". Его подход, пожалуй, более реалистичный - статус Каспия может быть определен лишь при согласии всех пяти участников процесса, на Иран же туркменские колебания мало действуют, точно так же как и двусторонние успехи России, Казахстана и Азербайджана.