Последнему слову Радуева в Махачкале предшествовали три взрыва, выполненных одинаковым почерком. Небольшой мощности взрывные устройства крепились в район бензобака автомобилей правоохранительных органов. Первый взрыв прогремел 8 декабря напротив военной прокуратуры, два других - накануне судебного заседания у прокуратуры республики и в автохозяйстве УВД Махачкалы. Никто не пострадал, но в прокуратуре имеют все основания полагать, что они подготовлены именно сторонниками бывшего "бригадного генерала". Впрочем, как сообщил "Известиям" руководитель пресс-службы Управления Генпрокуратуры по Северному Кавказу Сергей Прокопов, никаких дополнительных мер безопасности в Махачкале не вводилось: "Усиливать уже некуда, и так все на ногах".
В пятницу в зале заседания первым выступил адвокат Радуева Салман Арсанукаев. Он потребовал снять за недоказанностью обвинения в организации незаконных вооруженных формирований, во взрыве на Пятигорском вокзале, в захвате в заложники сотрудников Пензенского ОМОНа, а также обвинения по другим эпизодам. Адвокат попросил суд учесть сотрудничество подзащитного со следствием и то, что у него двое малолетних детей.
Сам Радуев старался придерживаться только фактов. Как рассказал "Известиям" Сергей Прокопов, присутствовавший на процессе, он выступал около 20 минут, текст читал по бумаге.
- Прежде всего Радуев высказал одобрение речи генерального прокурора и поблагодарил суд за объективное разбирательство, - рассказал Прокопов. - Он, дескать, предчувствовал, что обвинение потребует пожизненного заключения, но не думал, что будет привязывать его, Радуева, к взрыву в Пятигорске. Тем самым он косвенно признал, что все, что он сделал, вполне достойно пожизненного. В дальнейшем он довольно долго пытался обосновать свое неучастие в подготовке этого взрыва. По поводу событий в Кизляре и Первомайском Радуев продолжал утверждать, что осуществлял только политическое руководство и поэтому во всех случившихся бедах виноват командовавший операцией Исрапилов. Закончил Радуев четверостишием собственного сочинения, в котором говорится, что все, что он совершил, делал ради процветания Ичкерии.
Следом за Радуевым выступил Турпалали Атгериев, который говорил больше часа.
- Для нас это было неожиданностью, - говорит Сергей Прокопов, - обычно он изъясняется кратко. Атгериев долго рассуждал на политические вопросы, виновным себя ни в чем не признал, сказал, что действовал в обстановке военного времени и судить его надо по военным законам.
Суд объявил перерыв до 18 декабря, когда с последним словом выступит Асланбек Алхазуров. По словам судьи Верховного суда Дагестана Багужи Унжолова, председательствующего на процессе, приговор может быть вынесен 25-26 декабря.