Узбеков в Афганистане - около пяти процентов. Может показаться, что не так уж много. Тем не менее именно они неизменно играли ключевую роль в гражданских войнах последних лет. Тот, на чьей стороне оказывались симпатии переменчивого и вероломного Дустума, как правило, одерживал верх в вооруженном противостоянии.
Так получилось и на сей раз, в ходе антитеррористической операции против талибов и Осамы бен Ладена. Именно после взятия Мазари-Шарифа узбекскими отрядами и их союзниками режим муллы Омара "посыпался". Кабул и другие крупные города перешли под контроль Северного альянса через несколько дней после падения Мазари - "северной" или, как его еще называют, "узбекской" столицы Афганистана.
Объявленный Дустумом бойкот не сулит ничего хорошего будущему правительству. Трагедии последних лет, похоже, ничему не научили афганцев. Опять до боли знакомый сценарий. Междоусобицы, дележ власти, ревность и зависть разъедают изнутри любую коалицию в Афганистане, сколь бы прочной она ни казалась.
Дустум откололся от своих бывших союзников, даже не став дожидаться окончательного разгрома талибов, взятия Кандагара и других очагов их сопротивления, в том числе на "родном" севере Афганистана. Для Дустума эта война уже закончена. И кто знает, не маячит ли на горизонте новая?
Узбекский генерал возмущен тем, как делегаты боннской конференции распределили посты в будущем правительстве. Он считает, что его обделили. Он убежден, что представители пуштунов и таджиков - двух самых многочисленных народов страны - договорились за его спиной. А стало быть, договорились и две державы, стоящие за ними: Соединенные Штаты, лоббирующие пуштунские интересы, и Россия, с самого начала поддерживавшая таджиков.
Кто остался в проигрыше, кто выпадает из этого расклада? Ответ очевиден: не только Дустум, но также его главный спонсор и союзник - Узбекистан.
Ташкент в последние недели ведет себя нервозно, предпринимая порой эмоциональные, не до конца просчитанные шаги. Чего стоит один только конфликт с Парижем - искусственно раздутый, совсем не обязательный - из-за французских десантников, которых узбекские власти почему-то упорно не желали пускать в Афганистан, блокировав на своей территории.
Выводы из этого инцидента сделали не только французы - гораздо более настороженно стали относиться к режиму Ислама Каримова и другие западные союзники. Не случайно один за другим они принялись искать альтернативные военные базы и "запасные аэродромы" в соседних республиках - Киргизии, Таджикистане.
Ташкент явно разочарован тем, как развиваются события в Афганистане. Это может прозвучать парадоксально, но, с точки зрения узбекских властей, развязка наступила слишком рано. Слишком легко пал режим талибов.
Для Узбекистана было бы лучше, если бы война затянулась - тогда Соединенные Штаты и их союзники в полной мере оценили бы важность "стратегического альянса" с узбеками, значение аэродромов и военных объектов республики для борьбы с международным терроризмом. И президент Каримов получил бы возможность поторговаться - потребовать за свои услуги и щедрые инвестиции, и геополитические уступки, и "зеленый свет" в борьбе с диссидентами-исламистами.
Но увы - большинство этих надежд остались нереализованными. Сейчас, в декабре, нужда американцев в Узбекистане уже далеко не та, что была, к примеру, в октябре. Зачем платить непомерную цену за использование узбекской базы Ханабад, если в распоряжении союзников теперь находится знаменитый Баграм - расположенный в самом Афганистане, к тому же совсем близко от того места, где предположительно укрывается Осама бен Ладен?
Ситуация изменилась. С узбеками больше не считаются - ни с афганскими, ни с ташкентскими. И потому итоги боннской конференции и состав будущего правительства Афганистана едва ли должны кого-то удивлять. Как не должен удивлять и отчаянный демарш, предпринятый генералом Дустумом и стоящим за ним президентом Каримовым.