Луиза Буржуа начинала как живописец и график (она училась сначала в Париже, в Школе Лувра и у Фернана Леже, потом в Нью-Йорке, куда переехала в 1938 году), но стала знаменитой именно как скульптор. Работала в разных техниках и в разных стилях - от абстракции до поп-арта. В 80-е годы (то есть в 70 лет!) стала делать тряпичные скульптуры - куклы, головы, торсы, непременно деформированные и больше похожие на каких-то фантастических мутантов (в последние время она ограничилась лишь фрагментами тел, искаженными до не узнавания грудью или животом). Эта техника, конечно же, отсылает к женскому рукоделью, но искусство Буржуа отнюдь не дамское: ее тряпичные скульптуры больше похожи на страшных забинтованных мумий. К иголке - своему главному инструменту - художница относится как к предмету, обладающему магической силой, а странные деформации фигур честно объясняет как раз собственными детскими травмами. Речь идет о ее отношениях с тираном-отцом, реставратором ковров (вот откуда взялась иголка), и с няней - любовницей отца. "Мое детство, - сказала Буржуа в одном из интервью, - всегда было магическим и драматическим". Отсюда - многочисленные автопортреты в виде разрушающегося тела ("Скульптура для меня - это тело. Мое тело - это моя скульптура"), автопортреты с матерью (один, например, в виде двух пар ножниц, больших и маленьких - мать защищает дочь от отца), пауки и прочие гады и гадости.
Сегодняшняя популярность Луизы Буржуа объясняется отчасти тем, что ее искусство теперь, после издания ее автобиографий и книг, стало понятным. Но главное - все эти ужасы оказались исключительно важны для современного искусства, постоянно эксплуатирующего не только психологические травмы, но и насилие, войны, болезненную сексуальность, разного рода страхи и прочие кошмары цивилизации. За свой вклад в современную эстетику в 1999 году Луиза Буржуа получила самый престижный приз в области изобразительного искусства - "Золотого льва" Венецианской биеннале. Но отечественный зритель о ее творчестве узнает только сейчас - выставка 25 скульптур и 200 рисунков из собрания самой Луизы Буржуа - первая в России.
Михаил Пиотровский:
- Это было неожиданным удовольствием. Ее квартира в Нью-Йорке оказалась не только европейской, но даже петербургской. Луиза Буржуа считает себя американским художником, но во всем своем творчестве, как и в облике, сохраняет что-то из самого главного европейского. Ее копания в глубинах человеческой психологии, художественные размышления над семейными связями, ее неуемный эпатаж - все отдает Европой, рядящейся под Америку. В Луизе Буржуа одновременно живут два континента и много возрастов. На столе лежали крохотные, помятые фотографии. Среди них Петербург, Невский проспект, Дом книги. Из этих воспоминаний и намерений и зародилась концепция выставки.
Луиза Буржуа не смогла приехать в Петербург, но прислала на открытие выставки свое видеописьмо: "Я была в России в 30-х годах. Побывала в Москве и в Ленинграде, конечно - в Эрмитаже, помню его". Так, в преддверии своего 90-летия (она отпразднует его 25 декабря) Луиза Буржуа вернулась в Эрмитаж.
Юлия КАНТОР, Санкт-Петербург