Противопоставить ему можно только одно: нравственное спокойствие, стоическую выдержку и пожизненную верность принципам гуманистической цивилизации.
То, что происходило в информационном пространстве 4 октября 2001 года, можно назвать хроникой оплывающего смысла. Версии теснили друг друга, исключали одна другую. Первая появилась мгновенно - теракт. Не прошло двух часов после гибели самолета, как ее озвучил президент Владимир Путин. Он провел экстренное совещание с министром обороны Сергеем Ивановым и директором ФСБ Николаем Патрушевым. Это лишь укрепило страшную догадку - когда происходит обычная авиакатастрофа, "силовиков" в Кремль не вызывают, не выпытывают у них все детали в прямом эфире, перед телекамерами.
Что еще может придет в голову, когда гибнет самолет, летящий именно из Израиля, именно в Россию и именно сейчас, когда Москва согласилась помогать США в "акции возмездия" против международного терроризма? Неужели возможно такое совпадение? Почему из сотен наших самолетов, поднимающихся в воздух каждый день, уничтожен именно тот, который вылетел из Израиля? Одним ударом поражены обе страны, против которых объявлен джихад. Еще один "идеальный сценарий" зловещего Осамы бен Ладена и его "Аль-Каиды"? Да тут еще американцы подлили масла в огонь. Администрация Джорджа Буша попросила Кремль "предоставить все данные о катастрофе", чтобы выяснить, не связана ли она с терактами в Нью-Йорке и Вашингтоне.
И вдруг - сообщение информационных агентств с пометкой "молния". Источники в Пентагоне "не исключают", что Ту-154 мог быть сбит украинской ракетой "земля-воздух" во время учебных стрельб. Министерство обороны Украины делает в ответ расплывчатое заявление: "Мы не имеем таких данных, мы свяжемся с Крымом и проверим информацию". А спустя несколько минут президент Леонид Кучма с поразительной оперативностью, первым из зарубежных лидеров, выражает соболезнования Путину и израильскому президенту Моше Кацаву.
Спустя еще полчаса выясняется, что как раз в четверг украинские корабли и самолеты проводили стрельбы по мишеням типа "Рейс" - беспилотному самолету-разведчику. Официальный представитель Министерства обороны Украины Константин Хивренко с предположениями американцев категорически не согласен: "Ни направление, в котором велись стрельбы, ни радиус действия ракет не дают оснований предполагать, что самолет сбит украинскими военными. Это невозможно ни практически, ни теоретически". "Все ракеты, выпущенные во время стрельб наших ПВО в Крыму, попали в заданные цели", - уверяет Игорь Халявинский, пресс-секретарь главы оборонного ведомства республики.
В том же духе высказываются и офицеры российского Черноморского флота. По их мнению, технически невозможно поразить ракетой "земля-воздух" лайнер, летящий на такой высоте (одиннадцать с лишним километров) и на таком расстоянии от места, где проводились стрельбы. Премьер-министр Михаил Касьянов, которого известие об авиакатастрофе застало как раз в Киеве, заявил: говорить о причастности Украины к гибели самолета "пока преждевременно".
Сценаристы сентябрьского ужаса потирают руки: неизбежная дипломатическая разбериха, взаимные подозрения и прямые обвинения потенциальных союзников в борьбе с мировым террористическим интернационалом им на руку. Мы будем обсуждать версии. Мы будем разбираться в существе дела. Но за всем этим постараемся не потерять главное: у нас один враг. И победить его можно только сообща.