В четверг Слободан Милошевич во второй раз предстал перед судьями Гаагского трибунала по бывшей Югославии. Свергнутый диктатор был настроен по-боевому. Как только экс-президенту дали слово, он тут же начал произносить пылкую обвинительную речь, направленную против "лже-трибунала и его лже-обвинений". Закончить тираду, однако, Милошевичу не позволили. Британский судья Ричард Мэй, председательствовавший на заседании, отключил обвиняемому микрофон. "Мы не собираемся выслушивать ваши политические аргументы", - заявил при этом англичанин.
До того, как Милошевича лишили слова, он успел донести до присутствующих в зале некоторые из своих претензий к международному трибуналу. "Я нахожусь в полной изоляции, - жаловался бывший югославский лидер. - Почему моя семья не может общаться со мной, почему мне не позволяют встретиться с людьми, которые хотят меня навестить? Меня подвергают дискриминации начиная с самого первого дня пребывания в Гааге".
Судья Мэй с упреками Милошевича категорически не согласился. По его словам, условия пребывания в гаагском следственном изоляторе одинаковы для всех обвиняемых - для сербов, хорватов и мусульман, для бывших президентов и рядовых "военных преступников". Никакой дискриминации, уверяет он, нет и в помине.
Заседание продлилось всего полчаса - оно завершилось сразу после того, как Милошевичу отключили микрофон. Следующие слушания назначены лишь на 29 октября. В первый раз, напомним, экс-президент общался с судьями 3 июля. Тогда он также сделал несколько политических заявлений и отказался отвечать по сути предъявленных обвинений.
Как только сегодняшнее заседание было объявлено закрытым, перед журналистами предстала "железная швейцарка" Карла дель Понте, главный обвинитель Гаагского трибунала. Отвечая на вопрос телекомпании CNN, она четко и недвусмысленно заявила: Милошевичу будет предъявлено обвинение в геноциде.
Причем, как это ни странно, основанием для обвинения будут не военные преступления в Косово (за которые, собственно, Милошевич и был арестован), а эпизоды боснийской войны 1992-1995 годов. "По Боснии будем судить за геноцид. Что касается Хорватии, это досье по-прежнему открыто", - заявила швейцарский прокурор, ни словом не упомянув Косово.
Тем самым складывается парадоксальная ситуация. Получается, что в конце 1995 года, когда американцы принимали Милошевича в Дейтоне, подписывали с ним мирные соглашения по Боснии и превозносили сербского лидера как "мудрого и ответственного государственного деятеля", он уже был человеком, виновным в геноциде.
Но политическая конъюнктура тогда была иной, Милошевич был нужен Западу, и на его преступления в Боснии, а заодно и в Хорватии (Вуковар, Дубровник), предпочли закрыть глаза. Всю вину за массовые убийства мусульман возложили на тогдашнее руководство боснийских сербов - Радована Караджича, Ратко Младича. Милошевича же из-под огня вывели.
Это уже потом, четыре года спустя, "вводная" изменилась. Американцы и европейцы решили стать сверхпринципиальными борцами за права человека на Балканах. Тогда-то в деле обвиняемого Слободана Милошевича и всплыло полузабытое "боснийское досье".