Возникший между двумя президентами стиль обмена комплиментами остается в силе, правда, в любезных словах вновь немного жестче проступают принципиальные позиции. "Это был один из тех случаев, когда обоим хотелось сделать друг другу приятное, соглашаясь даже там, где согласия не было" - постлюблянское резюме советника по национальной безопасности США Кондолизы Райс оказалось весьма точным. Теперь оба президента неспешно расставляют акценты, не забывая вновь употреблять слово "успех" как главный результат своего общения.
Беседа с американскими журналистами действительно получилась долгой. Президент жаловался: "Вот, переводчики меняются, а я нет". Путин шутливо принижал свои личные заслуги ("Джордж Буш был очень мил, притворившись, что понимает мой английский") и вновь хвалил партнера ("у него критический и аналитический ум"). Но ни ум, ни знание языков не помогли президентам сойтись в самой принципиальной теме - о будущем Договора по ПРО.
В принципе американские журналисты услышали примерно те же самые аргументы, которые Владимир Путин предъявлял их президенту: прежде чем создавать национальную систему ПРО, нужно четко понимать, ради чего это делается. Мораль примерно такова: со всеми существующими угрозами, в том числе исходящими от "стран-изгоев", лучше бороться вместе. А если США намерены делать это в одностороннем порядке, то и России придется искать не менее односторонний ответ.
"Если мы отбросим Договор по ПРО, то это автоматически будет означать, что на свалку будут выброшены СНВ-1 и СНВ-2. Тогда нам необходимо будет усилить наши собственные возможности". По свидетельству американских журналистов, Путин весьма конкретно обрисовал процесс "усиления возможностей" - никаких серьезных затрат на наращивание ядерного потенциала, только сугубо технические и довольно быстро решаемые проблемы. Слегка агрессивный подтекст этого пассажа был тут же завуалирован: Путин заявил, что даже односторонние действия США вряд ли можно рассматривать как угрозу национальной безопасности России.
Путь, пройденный Бушем в Любляне, повторился и еще в одном вопросе - речь вновь шла о Чечне. "Представьте, что какие-то вооруженные люди в США пришли откуда-то с юга и хотят захватить половину Техаса!" - именно так российский президент пытался убедить и американских журналистов, и американского президента-техасца с его критическим умом.
Отчасти ситуация в Чечне увязывалась и с вопросами ПРО: Путин вновь говорил о том, что помимо довольно умозрительной ядерной угрозы существует куда более серьезная опасность международного терроризма. По мнению российского президента, подлинная угроза международной безопасности исходит не от государств вроде Северной Кореи, а от религиозного экстремизма, в частности от режима талибов в Афганистане. Которых, кстати, косвенно поддерживают американцы.
Была затронута и экономика. Российский руководитель сказал американским журналистам, что при прежнем руководстве из "Газпрома" ушли "огромные суммы денег", однако новый глава компании не будет инициировать каких-либо расследований этих нарушений. Новый глава компании Алексей Миллер, по Путину, "не должен исполнять полицейские функции". Видимо, подразумевается, что это сделают более компетентные в вопросах сыска ведомства.
Президент Владимир ПУТИН:
- Президент Буш достаточно энергично реагирует на все, что ему говорится, слушает, критично воспринимает. Очень откровенно высказывает собственную позицию. И сразу создалась такая доверительная обстановка.
- В самом Договоре по ПРО 1972 года заложен механизм его модификации, там есть это. И модификация уже имела место. Но нам нужно понять, о чем идет речь конкретно.
- Мы договорились о том, что наши специалисты вычленят и будут говорить конкретно по некоторым вопросам чисто технического характера (чтобы определить. - "Известия"), что же, собственно, мы понимаем под термином "угроза" и что нам мешает вместе или отдельно, если такова будет воля наших партнеров, противостоять этим угрозам.