Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Ростовскую область возросло до пяти
Мир
Макрон назвал возможное членство Украины в НАТО ее законным правом
Мир
ЦАХАЛ ликвидировала высокопоставленного командира ХАМАС в Рафахе
Общество
Материнский капитал на второго ребенка превысит 1 млн рублей в 2027 году
Здоровье
В Роспотребнадзоре назвали самый надежный способ защиты от пневмонии
Армия
Операторы Южной группировки войск уничтожили пункт управления БПЛА ВСУ
Происшествия
При атаке БПЛА на Нижнекамск пострадали люди
Здоровье
Ученые создали карту мозга для изучения болезни Паркинсона и шизофрении
Общество
В деле об убийстве самбиста в Махачкале не выявлено давнего конфликта
Спорт
Мирра Андреева сыграет с украинкой Свитолиной в финале итогового турнира WTA
Спорт
«Вашингтон» проиграл «Нью-Джерси» в матче НХЛ
Мир
Немецкий политик назвал реальную причину участия ФРГ в переговорах по Украине
Мир
Россия начала формировать делегацию на саммит G20 в Майами
Общество
Российские спортсмены вернулись в Москву после юношеских Олимпийских игр
Мир
В Шотландии около 6 тыс. человек вышли на протест против дата-центров
Здоровье
Психологи назвали семь повседневных привычек для снижения тревожности
Общество
Мошенники начали использовать СМС-бомбинг для хищения денег у граждан
Мир
Политолог Хаммер назвал вторым принципом НАТО «держать немцев в узде»

Управляемая конфронтация в действии

Политолог Дмитрий Суслов — о том, почему недавно запущенный межгосударственный диалог России и США не приводит к разрядке в двусторонних отношениях
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

По прошествии полутора месяцев после саммита Владимира Путина и Дональда Трампа в Хельсинки в российско-американских отношениях четко выявились два параллельных трека. Первый — это продолжение и даже усиление американской политики экономического, военного и политико-дипломатического сдерживания России. Вступающая сегодня в силу первая часть нового санкционного пакета администрации США в отношении Москвы — самое яркое ее проявление.

Второй трек — это запустившийся таки по итогам саммита в Хельсинки более интенсивный межгосударственный диалог России и США, которого не было все первые полтора года президентства Трампа. Примерами тому стали пятичасовые переговоры председателя Совета безопасности РФ Николая Патрушева и советника по национальной безопасности президента США Джона Болтона 23 августа в Женеве и договоренность расширить диалог по линии оборонных ведомств.

Совершенно непринужденное сосуществование этих двух, казалось бы, противоположных процессов подтверждает: сдерживание России — это долгосрочный тренд внешней политики США и ни о каком потеплении отношений в обозримой перспективе и речи быть не может. Заявления же администрации Трампа о необходимости поддерживать с Россией интенсивное взаимодействие по широкому кругу вопросов говорят о ее стремлении не улучшить отношения и преодолеть конфронтацию, а о том, чтобы придать ей более управляемый характер.

Первая и пока главная причина этого стремления — обостряющаяся в преддверии промежуточных выборов в конгресс внутриполитическая борьба в США и использование российского фактора для ослабления позиций Дональда Трампа (так называемый Russiagate). И в условиях шквала обвинений в предательстве национальных интересов и даже госизмене, который обрушился на Трампа после фразы на пресс-конференции с Путиным о том, что он не видит оснований не верить российским заверениям о невмешательстве в выборы 2016 года, а также на фоне появления в конгрессе проекта антироссийского санкционного закона («Акт по защите американской безопасности от агрессии Кремля от 2018 года») Белый дом крайне заинтересован в том, чтобы демонстрировать в отношении Москвы как можно более жесткий подход, не менее жесткий, чем у оппонентов в конгрессе. Тем самым администрация пытается опровергнуть обвинения в сговоре с Россией и неспособности Трампа проводить в отношении нее политику сдерживания, а также упредить принятие нового санкционного закона конгрессом.

В Белом доме понимают, что, если новые санкции не будут приняты исполнительной властью, они будут приняты конгрессом — как уже случилось в августе 2017 года с «Актом о противодействии противникам США посредством санкций» (CAATSA).

Большое значение имеет приближение промежуточных выборов в конгресс (состоятся 6 ноября) и неурегулированность вопроса о «вмешательстве» России в избирательную кампанию 2016 года. Именно эта тема служит главным инструментом торпедирования Трампа и связывает ему руки во внешней политике. И до тех пор, пока эта проблема не будет разрешена или забыта, американское давление на Москву и со стороны администрации, и со стороны конгресса будет нарастать.

По итогам переговоров с Николаем Патрушевым в Женеве Джон Болтон заявил, что проблему «российского вмешательства» пока урегулировать не удалось. Это — сигнал о том, что стоит ожидать всё новых и новых санкций, в том числе второго пакета мер, анонсированного в начале августа. При этом США не станут переходить определенную грань: например, наносить ущерб взаимодействию в тех сферах, где Вашингтон по-прежнему зависит от России (например, космос), и доводить содержание санкций до масштаба тотальных, введенных в отношении Ирана.

Давление на Россию будет продолжать расти даже в случае урегулирования темы «российского вмешательства», укрепления политических позиций Трампа и его переизбрания на второй срок в 2020 году. Причина — восприятие России как противника и стремление вывести ее из игры как независимого и недружественного США глобального игрока. В последние полтора года США сделали стратегический выбор в пользу глобальной конфронтации с Китаем и РФ с целью восстановления своих позиций мирового гегемона.

Всё это будет продолжаться до тех пор, пока в США не сменится политическая элита и пока Штаты не адаптируются к реалиям многополярного мира. На это потребуется несколько президентских циклов. Задача России — постараться, чтобы сложности этой адаптации не привели к Третьей мировой войне. Потому что единственной альтернативой управляемой конфронтации в нынешних условиях является конфронтация неконтролируемая — когда усиление давления происходит без межгосударственного диалога. С самыми плачевными в конечном итоге последствиями.

Автор — эксперт международного дискуссионного клуба «Валдай», замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 

Читайте также
Прямой эфир