Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Министерство культуры Украины открыло в Киево-Печерской Лавре выставку оберегов
Мир
Дания предложила ЕС прекратить выдачу туристических виз россиянам
Мир
Землетрясение магнитудой 5,6 произошло на северо-западе Китая
Мир
В Японии произошло извержение вулкана Сакурадзима
Мир
В Польше признали отсутствие доказательств нарушения границы ракетами РФ
Экономика
Биткоин упал до минимальных за два года значений
Общество
Замглавы Ростехнадзора Ферапонтова назначили замгендиректора МАГАТЭ
Экономика
Татьяна Ким продолжит заниматься стратегическим развитием RWB
Общество
Пассажир рейса Nordwind рассказал о сорванном дне отдыха из-за отсутствия багажа
Мир
FT узнала о сокращении поставок нефти через Ормузский пролив из-за ударов Ирана
Мир
Пашинян объявил о запуске проекта TRIPP 22 ноября
Мир
Зеленский посоветовал Маску и Трампу «быть очень серьезными»
Спорт
Андрея Филатова переизбрали на пост президента Федерации шахмат России
Общество
Ошибка сотрудника бассейна привела к отравлению посетителей хлором
Происшествия
Взрыв газа произошел в жилом многоэтажном доме во Владикавказе
Мир
Бывшего водителя Uber признали виновным в смертельном пожаре в Лос-Анджелесе
Общество
Лаврову понравились шевроны бойцов с его портретом
Общество
Губернатор исключил угрозу снабжения Калининградской области после удара по судну

«Нервы у пианиста должны быть как канаты»

Солистка Московской филармонии Екатерина Мечетина — о звездной болезни, конкурентах и любви
0
Фото: из личного архива Екатерины Мечетиной
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Для концертирующего пианиста перерыв между сезонами — не только повод без помех подготовиться к грядущим выступлениям, но и дать интервью. За пару дней до начала отпуска на море пианистка Екатерина Мечетина рассказала корреспонденту «Известий» о жизни и творчестве.

— Когда вы поняли, что стали знаменитой?

— Не могу сказать, что я чувствую себя знаменитой. В кругу людей, которые постоянно ходят на концерты классической музыки, мое имя, конечно, хорошо известно. Но на улице ко мне за автографом не подходят (смеется). При этом, да, я заняла определенное место в этом мире, и мне комфортно. Я поняла это, когда шесть лет назад Московская филармония доверила мне сыграть сольные концерты в самых крупных московских залах: Зале имени Чайковского и Большом зале консерватории. 

— У вас должно быть много как почитателей, так и завистников. Вам прозвище еще не успели придумать?

— «Мацуев в юбке». Но мне это даже приятно. Мы с Денисом большие друзья, из одной творческой семьи. Учились у профессора Сергея Леонидовича Доренского. А вот еще случай вспомнила. Было важное выступление, и я от волнения играла с эмоциональными преувеличениями. Потом в газете написали: «Играла с таким остервенением, будто хотела перемять мешок картошки на пюре». Такое несуразное и неумное сравнение, однако было обидно.

— Мне показалось, что вы и ваши коллеги напрочь лишены звездной болезни.

— В нашей среде мало людей с перегруженным самомнением. У нас была хорошая прививка от звездности. Нам ведь ничего не далось просто так. Во-первых, мы каторжно работали, а во-вторых, нас не баловали похвалой. Одобрительной оценки добиться было очень сложно. Поэтому вознестись не получится. Наоборот, раньше всегда была неуверенность в своих силах и возможностях.

— Кто вам помог с этим справиться?

— Сначала три моих педагога: Тамара Леонидовна Колосс, Владимир Павлович Овчинников и Сергей Леонидович Доренский, о котором я уже упомянула. А позже Владимир Спиваков, Мстислав Ростропович и Родион Щедрин. Они сыграли огромную роль в моей судьбе. Владимир Спиваков появился в моей жизни в момент полного отчаяния и полной потери веры в себя. Он мне ее вернул. Я всю жизнь буду ему благодарна. Потом был Родион Щедрин.

Я должна была сыграть его произведение. Надо сказать, что исполнять в присутствии композитора написанное им же — очень волнительно. Ведь он как никто другой знает, как это должно звучать. Но у меня получилось, и он познакомил меня с Ростроповичем, а Мстислав Леопольдович отправил меня на стажировку в Париж. И теперь моему сердцу очень близка Франция.

— Ростропович вас также научил пунктуальности, говорят.

— О, этот случай я никогда не забуду. Мы должны были репетировать в 10 часов утра. Я выхожу с завтрака ровно в 10.00. Идти близко. Спускаюсь вниз и вижу — стоит Мстислав Леопольдович, смотрит на часы и говорит: «Десять часов, ноль-ноль минут, двадцать семь секунд». Было стыдно. С тех пор я предпочитаю выйти заранее.

— Кстати, когда вы поступили в консерваторию, то осознанно выбрали молодого преподавателя, сказав, что недостаточно интеллектуально развиты для того, чтобы учиться у профессора? «Наглость — второе счастье» — это не про вас?

— Абсолютно. Но было несколько причин. Во-первых, я действительно не была уверена в своих силах настолько, чтобы учиться в классе известного профессора. Во-вторых, мне очень нравился преподаватель, к которому я пошла. Я восхищалась им как артистом, да и человеческий контакт тоже состоялся. В-третьих, у авторитетных педагогов среди учеников, как правило, много звезд. А мне хотелось быть лучшей.

— То есть конкурентов не любили?

— Сложно было любить. Особенно на фортепианном факультете. Ведь скрипка, альт, виолончель могут пойти в оркестр, если не сложится сольная карьера. И это тоже будет интересная жизнь. А у нас оркестра быть не может. Ты либо пан, либо преподаешь детям. Я с большим уважением отношусь к преподавательской деятельности, но солировать — мое призвание.

— Вы же и сами сейчас преподаете. Это сложно?

— Я начала преподавать в ЦМШ. Мне нравится, но времени отнимает много. И довольно трудная задача — настроить детей на занятие, на выступление. Или, например, кого-то из учеников постигла неудача на конкурсе... Приходится быть еще и психологом, чтобы найти слова и утешить. Очень хочется им помочь.

— Что вы имели в виду, когда сказали, что не очень разбираетесь в фортепианном деле?

— Я так отвечу. Однажды уже очень немолодого Пабло Казальса спросили: «Маэстро, почему вы столько занимаетесь, вы же всё умеете!» И он ответил: «Вы знаете, мне кажется, что у меня начинает кое-что получаться». Фортепианное дело — тема обширная, она — как горизонт. Ты к нему приближаешься, а он всё равно уходит вдаль.

— В одном интервью вы сказали, что женщина за роялем — это ужасно. Как это понимать?

— Совершенно верно. Нет ничего хуже для женщины за инструментом, чем впасть в празднование своей женской сущности и забыть о том, что искусство не имеет гендерной принадлежности. Настоящее искусство со всей его философией, драматизмом и эмоциональным наполнением не может сводиться просто к красоте. При этом на сцене, я считаю, исполнитель должен выглядеть респектабельно.

— Поэтому вы всегда выходите в вечерних платьях.

— Я очень трепетно подхожу к выбору сценической одежды.Что-то покупаю, что-то шью. Два требования соблюдаются неукоснительно: красиво и удобно. Ничто не должно стеснять движений рук, плеч. И мне важно, чтобы мой наряд отображал мой внутренний мир. Есть вещи, которые мои, а есть те, что моему душевному устройству совершенно не подходят. Например, я никогда не выйду на сцену в платье пастельных тонов. Он вводят меня в состояние пеньюара (смеется). В такой одежде у меня не будет необходимого настроя.

— Шопинг любите?

— Ненавижу. Некоторые женщины, гуляя по магазинам, делая покупки, расслабляются, а я нет. Меня это утомляет.

— Простите, но я обратила внимание, что у вас нет маникюра. Это профессиональное?

— Маникюр я делала всего два раза в жизни. Не понравилось. Играть после этого больно. Я даже кремом для рук пользуюсь исключительно зимой.

—  Вы как-то заявили: «Женщина, которая не устроила личную жизнь, — неполноценная». Не слишком ли категоричное утверждение?

— Я искренне так считаю. По крайней мере применительно к себе. Я не чувствую абсолютного счастья, если у меня не складывается личная жизнь, нет романтики. Мне не нравится быть одной. Мне плохо, если у меня нет любимого человека.

— И он сейчас есть?

— Личная жизнь на то и личная… (смеется). Когда что-то изменится в моем статусе, я сразу расскажу это всем. Но могу сказать, что я хочу не просто испытывать чувства к человеку, но еще и восхищаться им, его талантом. Я вообще считаю — если уж любить, то только талантливого.

— В свободное время вы чем занимаетесь?

— Да нет его, свободного времени... Отпуск только между сезонами — летом. И неделя зимой. Раньше каталась на горных лыжах, но в прошлом январе неудачно упала и вывихнула большой палец на руке. Он теперь не сгибается до конца. Слава богу, на качестве игры не сказалось, но я это расценила как предупреждение. С экстримом покончено. В течение же года помимо работы много бытовых дел. Поэтому для меня настоящее блаженство — поваляться на диване с телефоном и кошкой или провести час-другой у родителей.

— Последний вопрос. Раскройте ваш рецепт успеха.

— Талант, труд, сила характера. Родиться одаренным мало, надо еще трудиться как проклятый. В начале становления умудряться одновременно быть в нескольких местах. Выступать как можно чаще. И помнить, со слабым характером никто не окажется на большой сцене. Он там просто не выживет. Нервы в нашем деле должны быть как канаты.

Справка «Известий»

Екатерина Мечетина родилась в Москве, окончила Московскую государственную консерваторию им. П.И. Чайковского. Лауреат премии президента России. Солистка Московской государственной филармонии. Выступает на крупнейших мировых сценах. В 2011 году вошла в состав Совета по культуре и искусству при президенте России.

Читайте также
Прямой эфир