"Тем, кто сидит в этом зале, ничто не угрожает"
После сборов <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/culture/article735579">театральных деятелей, обеспокоенных предстоящей реформой</A>, их писем президенту, принятия меморандума, в котором ЮНЕСКО просили внести <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/culture/article665831">русский репертуарный театр в список нематериального культурного наследия </A>человечества, диалог с властью состоялся. Театральных деятелей принял глава ФАКК Михаил Швыдкой, который попытался "утереть всякую слезу" и пообещал защищать все учреждения культуры. <BR><BR>На встречу пришли худруки самых известных театров страны: Юрий Соломин (Малый театр), Кирилл Лавров (БДТ), Темур Чхеидзе (главный режиссер БДТ), Константин Райкин (Сатирикон), Валерий Фокин (Александринский театр, Центр Мейерхольда), Татьяна Доронина (МХАТ им. Горького), Сергей Арцыбашев (Театр им. Маяковского). Настроены театральные деятели были более чем решительно: наконец-то можно будет высказать все не друг другу, а человеку, наделенному властными полномочиями. Однако всем было понятно, что агентство, которое возглавляет Михаил Швыдкой, законы, так испугавшие театральных деятелей, не разрабатывает. Была и еще одна сложность: в большинстве своем худруки театров не могут понять все тонкости законопроектов. Вот такое положение: не обсуждать законы нельзя, а для того, чтобы серьезно обсуждать их, надо владеть другой профессией. Поэтому, когда представитель Министерства экономического развития Ольга Маркова стала погружать зал в пучину законов и законопроектов, руководитель МХАТ имени Горького Татьяна Доронина прямо сказала, что ничего не понимает, и задала Швыдкому простой и самый важный вопрос: как будет влиять заполняемость зала на финансирование театров (кстати, полными залами могут похвастать очень немногие московские театры, а уж о большинстве нестоличных и говорить нечего). Михаил Ефимович ответил, что статистические показатели как учитывались, так и будут учитываться. <BR><BR>Вообще Швыдкой пытался уверить театральных деятелей, что волнуются они зря ("Я понять не могу, чего вы так разволновались"?), что реформа пойдет во благо, а в 2005 году вообще ничего не произойдет. Что театры смогут сами выбирать способ своего существования, то есть меру зависимости от государства. Что о реформе театра речь вообще не идет, будут реорганизованы все государственные и муниципальные учреждения социальной сферы, в том числе и театр. В этом, кстати, и заключалось главное недовольство театральных людей: валят в одну кучу медицину, другие виды социальных услуг - и театр. Режиссеров и актеров, наследующих великой театральной идее, понять можно: им вообще больно слышать слова "спектакль как продукт", "театральные услуги". Но, с другой стороны, очевидно, что наступает момент, когда менеджеров заставят ужесточить правила существования театров. И это, как сказал Швыдкой, "для всех будет тяжелым моральным испытанием". Это - как минимум - увольнения так называемого балласта в больших труппах. <BR><BR>Конечно, были выступления экзальтированные - иначе и быть не могло. Михаил Ефимович как мог справлялся со своей задачей: мягкий голос, легкие пассы руками, обаятельная улыбка. Однако он невольно (или напротив) обмолвился, что проблем гораздо больше, чем театральные деятели думают. Но тем не менее уверил, что для тех, кто сидит в этом зале, угроз никаких нет.<BR><BR>После этого собрания, после обещаний Швыдкого защищать все театры и учреждения культуры, корреспондент "Известий" поинтересовался, как относятся некоторые присутствующие к прошедшей встрече. Большинство было настроено скептически, умиротворенным почти никто не выглядел. <BR><BR>Ясно одно: театры скоро не смогут жить по прежним правилам. А в какой форме произойдут перемены - неизвестно.