Памятники старины защитит только полиция
<A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/capital2/article596805">Полемика Юрия Лужкова и Германа Грефа </A>на заседании правительства - единственное, что осталось в общественном сознании от этого <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/community/article560255">заседания</A>, которое посвящалось спасению памятников истории культуры. Вернуться к теме стоит хотя бы потому, что энтузиасты охраны старины ждали от этого обсуждения гораздо большего. Но существо дела не в первый раз свелось к спору об имущественной принадлежности памятников разного достоинства. Ответственность за эту профанацию лежит на обеих спорящих сторонах. Профанацией темы мог стать и другой спор - о приватизации памятников, к чему общественное сознание готовилось накануне заседания. Тема рассыпается на блоки потому, что правительство не владеет ею целиком.<BR><BR>Прав тот, кто говорит, что отнесение памятников к спискам федерального или местного значения есть определение ценности, а не принадлежности. В этом смысле прав Юрий Лужков, а не Герман Греф или иные апологеты противоположной позиции. Говорят, что федералы воспринимают памятники как имущество, как сумму полезных площадей, словом, как прибыльную отрасль. Будь это так, давно образовалось бы отраслевое ведомство - агентство или комитет охраны и использования памятников, о котором общественность мечтает двадцать лет, с тех пор, как стало небессмысленно мечтать. Вместо него пока образовались два: агентство по использованию памятников на руинах Минимущества и агентство по их охране на руинах Минкультуры. О пользе первого до сих пор ничего не известно; значение второго подчеркнуто его слиянием с агентством регистрации печатных средств. Только в издевку можно было так построить управление недвижимыми памятниками, из которых к тому же предполагается извлекать доходы.<BR><BR>На этом фоне московское управление охраны памятников (ГУОП) смотрится боевой организацией. Увы. Милые дамы из инспекторских отделов не способны противостоять давлению бандитов, а начальствующие над дамами грозные мужчины - давлению Юрия Лужкова или его главного строителя Владимира Ресина, которому почему-то непосредственно подчинены. Коль скоро управление недвижимыми памятниками в эпоху криминального капитализма сопряжено с опасностью для жизни, управлять должны такие люди, для которых риск есть часть профессии. Иначе говоря, нужна эколого-культурная полиция, подобная полиции экологической.<BR><BR>Причем полиция должна бы подлежать двойному подчинению, чтобы зависимость от местных органов стала хотя бы вполовину меньше. Иначе говоря, необходима подчиненность местных управлений федеральному. Не той инспекции из трех человек под началом четвертого, которая десятилетиями существовала в Министерстве культуры и продолжает существовать после него, - а федеральному агентству охраны памятников с полицейскими функциями. Не правда ли, в отстроенной подобным образом системе немыслим спор о федеральной или местной принадлежности предмета охраны. Если предмет охраны принадлежит всем, как утверждает Юрий Лужков, единой должна быть и система охраны. Но что-то подсказывает: мэр Москвы был бы против двойного подчинения ГУОПа. <BR><BR>Возможен еще один вариант - общий федеральный орган охраны природного и культурного наследия с двумя равно значительными департаментами. Кстати, именно к такому ведомству, а не к спортивному агентству, можно отнести и управление туризмом, поскольку извлечение туристской прибыли прямо зависит от состояния природы и культуры, а гибнущее наследие вправе рассчитывать на часть этой прибыли.<BR><BR>В полемическом наступлении Юрий Лужков говорил о разделении ответственности, а не имущества. Оставим за скобками сегодняшней темы вопрос об ответственности мэра Москвы за разрушение десятков памятников; здесь мы говорим о принципе. Федеральная власть может лишить себя права собственности на памятники федерального значения, но не может лишить себя ответственности за них. Любые работы на памятниках первой категории охраны согласуются сегодня научно-методическим советом и инспекцией федерального органа культуры. Облегчить эту процедуру - значит снять еще одну преграду на пути местной инициативы, в том числе начальственной. Предлагая вместо раздельной - местной и федеральной - собственности на памятники раздельную ответственность за них, Лужков хочет развязать себе руки.<BR><BR>Напоследок о пресловутой приватизации. Федеральное законодательство уже разрешило приватизацию памятников всех категорий, просто на приватизацию федеральных наложен мораторий. Обсуждать тему на правительстве значило ломиться если не в открытую дверь, то в такую, ключ от которой лежит в кармане. Проблема в другом: пока не существует единой "вертикали" охраны памятников, совершенно неважно, арендатором или собственником выступает тот новый русский, который разрушает дом, чтобы не реставрировать его, или тот, который просто никого к нему не подпускает. Даже государственного инспектора охраны памятников.