Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
Умер основатель одной из первых регги-групп в России Герберт Моралес
Общество
В Обнинске водитель автобуса высадил на холод 10-летнюю девочку с диабетом
Происшествия
Силы ПВО за сутки сбили более 200 дронов ВСУ над Брянской областью
Мир
Патриарх Кирилл назвал главное условие для ощущения подлинного счастья
Общество
На ЗАЭС после ротации приступили к работе четыре новых специалиста МАГАТЭ
Мир
В польском Люблине объявили воздушную тревогу
Происшествия
Силы ПВО за ночь перехватили 16 дронов над Калужской областью
Происшествия
Удар ВСУ по поселку Юбилейный в ЛНР. Что известно
Общество
В Приамурье на окраине села отстрелили больного медведя-шатуна
Авто
Минпромторг перезапустит программу льготного автокредитования
Мир
Рябков сообщил о проработке визита представителей евротройки в Россию
Мир
Reuters узнало об увольнении главы управления Белого дома по кибербезопасности
Мир
В МИДе назвали любую форму членства Киева в НАТО неприемлемой для РФ
Мир
Автоконцерн Volkswagen планирует заморозить зарплаты сотрудникам на два года
Мир
Главы МИД 16 стран выразили одобрение санкциям против Израиля
Общество
Уголовное дело возбудили после атаки ВСУ на поселок Юбилейный в ЛНР
Здоровье
Ученые обнаружили различия в иммунной реакции на ожирение у мужчин и женщин
Общество
Прокуратура ЛНР открыла горячую линию для пострадавших при ударе ВСУ в Юбилейном

Пол ОСТЕР: "У меня до сих пор нет компьютера"

0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Впервые на русском языке выходит новый <A style="COLOR: blue" target="_blank" href="http://iz.ru/culture/article420340">роман известного американского писателя Пола Остера "Ночь оракула</A>". Пока в России готовится презентация книги, автор "Стеклянного города", "Тимбукту" и "Мистера Вертиго", сценарист "Дыма" и "С унынием в лице" и режиссер культового фильма "Где ты, Лулу?" не только написал еще один роман, но и почти закончил работу над сценарием к новому фильму Патриса Леконта. ПОЛ ОСТЕР дал интервью корреспонденту "Известий" НАТАЛЬЕ КОЧЕТКОВОЙ. <BR><BR><B>- Главный герой романа "Ночь оракула" - писатель Сидни Орр - делает главного героя собственного романа похожим на себя, а насколько сам Сидни похож на вас?<BR><BR></B>- Совсем не похож. Сидни - полностью вымышленный персонаж. Его личность и биография не похожи на мои, и пишет он совсем не так, как я. Например, Роза - персонаж его романа - списана с его жены. Я так не работаю <I>(смеется)</I>.<BR><BR><B>- Ваш герой предпочитает бумагу пишущей машинке, а для вас важны какие-то мелочи в рабочей обстановке?<BR><BR></B>- Конечно, у меня есть свои маленькие причуды. Например, я всегда пишу в блокноте. Я начал это делать давно, когда был еще совсем молодым. Потом, я всегда пишу от руки, а в конце дня перепечатываю это на машинке - старомодной механической печатной машинке. У меня до сих пор нет компьютера. Мне так удобно.<BR><BR><B class=t11>Мои книги как сказки - чистый нарратив </B><BR><BR><B>- "Ночь оракула" отчасти напоминает Гофмана - роман написан на грани мистики и реальности. Что дает такая игра?<BR><BR></B>- Сложно сказать, почему я так делаю. Я сам толком не понимаю, откуда идет то, о чем я пишу. Это все находится очень глубоко внутри меня, я следую тому, что говорит мне интуиция. Поэтому в определенном смысле каждая книга оказывается непохожей на предыдущую. Это как заклинание, которое действует на меня с того момента, как начинаю книгу, и до конца. Что же касается "Ночи оракула", то Сидни оказывается в затруднительном положении. Он до конца не осознает, каким хотел бы быть, и борется за эту ясность. Для меня эта книга вовсе не мистическая.<BR><BR><B>- Ваши книги часто сравнивают со сказками, которые можно рассказывать на ночь. Вы согласны с таким определением?<BR><BR></B>- Сказки для меня очень важны. Я думаю, что мои книги в определенном смысле чистый нарратив, как и сказки. Я имею в виду то, что мои книги описывают реальный мир, но в то же время я стараюсь делать это чуть-чуть по-другому, чем многие романисты. Делать историю проще, чище, прямее, наверное.<BR><BR><B>- Поэтому вы убрали часть истории в примечания?<BR><BR></B>- Да, это делает историю более компактной. Все действие происходит примерно в две недели. И мне бы хотелось, чтобы основное повествование происходило в настоящем времени. А примечания в основном относятся к прошлому. С одной стороны, они предоставляют читателю те сведения, которые ему нужны для понимания, но в то же время не вклиниваются в это двухнедельное повествование. Мне показалось, что это более интересно. Вы можете остановиться, скользнуть взглядом вниз, прочесть небольшой текст и продолжить читать роман. Эта книга во многом о времени, в некотором смысле это размышление о времени.<BR><BR><B>- В романе очень много вставных новелл. Какова их роль?<BR><BR></B>- Это то, что я бы назвал эффектом коллажа. Если у вас есть две, три, четыре различные составляющие, то интересно, какое действие произведет пространство между этими историями. Потом, когда у вас есть несколько историй, которые происходят одновременно, это выглядит очень естественно: одна история порождает другую. Это такой эффект книги в книге<I> (смеется)</I>: роман "Ночь оракула" внутри романа о Нике Боуэне, рассказ Траузе, история его шурина Ричарда, который через много лет после смерти жены находит ее фотографии, потом сценарий о машине времени - да, действительно, в книге полно разных историй... Но в любом случае они все связаны между собой.<BR><BR><B>- Ваш герой собирается писать сценарий, но для него это лишь способ заработать. А вам самому нравится писать сценарии?<BR><BR></B>- Только как сценарист я сделал два фильма - "Дым" и "С унынием в лице", и оба проекта очень важны для меня, я писал их с той же отдачей, что и свои романы. Хотя, честно говоря, не получил особенно много денег ни за один из них <I>(смеется)</I>. Это было не голливудское кино, и я получил за них меньше, чем за книгу. Так что в моем случае это, скорее, наоборот.<BR><BR><B class=t11>Вим Вендерс сказал мне: "Ты должен сам снимать этот фильм". И я стал снимать</B><BR><BR><B>- Как случилось, что вы стали режиссером "Где ты, Лулу"? <BR><BR></B>- Я работал с Уэйном<I> </I>(режиссер Уэйн Уонг.<I> </I>-<I> "Известия"</I>). В пятницу мы закончили снимать "Дым" и собирались в понедельник начать "С унынием в лице". Но Уэйн заболел и не смог выйти на работу. Я вынужден был стать режиссером и первые три дня снимал фильм один. Потом мы режиссировали вместе. Так что у меня был опыт, и он доставил мне массу удовольствия. Затем я написал сценарий к "Лулу". Режиссером должен был стать Вим Вендерс. Но он собирался делать другой проект и не мог снимать. Когда я об этом услышал, то подумал, что, может быть, мне стоит сделать это самому. И пока я об этом думал, от Вима пришел факс, в котором он писал: "Я думаю, что ты сам должен снимать этот фильм". И я стал снимать. Это самый потрясающий опыт в моей жизни.<BR><BR><B>- Не боялись, что не справитесь?<BR><BR></B>- Я успел многому научиться, работая над "Дымом" и "С унынием в лице". Я проник в каждую деталь съемок - делал все: подбирал актеров, работал художником-постановщиком, режиссером, подбирал музыку. Поэтому даже в "Дыме", хотя это фильм Уэйна, я уже многое умел и понял, что смогу снять сам. Я очень плотно работал с моим кинооператором, который, кстати, русский. Он оказался потрясающим, и мы за время съемок стали как братья. Это было удивительное сотрудничество.<BR><BR><B>- Не думаете повторить опыт?<BR><BR></B>- Не знаю. Правда, не знаю. Я только что закончил новый роман - буквально несколько дней назад. Он называется "Brooklyn Follies", и еще я согласился написать сценарий для французского режиссера Патриса Леконта и почти его закончил. Впервые за несколько лет я возвращаюсь в кино, правда, только как сценарист. Это первый англоязычный фильм Леконта. Он будет сниматься в Нью-Йорке, и съемки должны начаться очень скоро - уже на этой неделе.<BR><BR><B>- Это же здорово.<BR><BR></B>- Здорово, но дело в том, что после того как я закончил роман, чувствую себя таким опустошенным, несчастным и потерянным <I>(усмехается)</I>. Но поскольку у меня есть еще другая работа, то она позволяет мне преодолеть кризис, который следует за окончанием книги.<BR><BR><B class=t11>Моя новая книга - нечто вроде комедии</B><BR><BR><B>- Вы как-то сказали, что вас интересует больше внутренний мир героя, чем социология. Однако в "Ночи оракула" вам все же немного пришлось ею заняться: ваш герой живет в прошлом да еще пишет сценарий о путешествии во времени. Вы изменили свою позицию?<BR><BR></B>- Нет. Конечно, люди живут в обществе, и вы не можете писать книг, не обращаясь к истории и культуре того времени, когда происходят события. Но мне кажется, что центральные события моих книг происходят больше внутри персонажей, чем во внешнем мире. Внешний мир есть, он их окружает, и я не говорю, что меня он не интересует <I>(смеется)</I> - нужно быть для этого сумасшедшим. Я обнаружил в блокноте свои размышления о жизни двадцатилетней давности. И там две мысли: первая - "Мир в моей голове" и вторая - "Мое тело в мире". Внутреннее и внешнее переходят друг в друга, и все взаимосвязано. <BR><BR><B>- "Ночь оракула" во всей красе демонстрирует фирменный стиль Пола Остера: игра с разными художественными мирами, параллельными ситуациями. А как насчет вашей новой книги "Brooklyn Follies" - она какая?<BR><BR></B>- Моя новая книга - нечто вроде комедии, не совсем, конечно, в ней много и грустных моментов. И у нее совсем другая структура: в ней очень много глав, у каждой есть свое название. Всякий раз, когда я начинаю новую книгу, я как будто вступаю в незнакомую территорию. Стиль - это как часть твоего генетического кода, как твое тело. Когда я был молод, я думал над стилем все время. Тогда мне нужно было найти способ выразить себя. По прошествии лет он становится для тебя таким естественным, что ты больше о нем не думаешь. Единственное, что важно, - правильно рассказать историю. Сейчас меня больше волнует содержание.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир